Псы Господни 3 - Олег Велесов

Марго? Может, просто похожа? Бывает, мелькнёт сходство в очертаниях скул, рта, услышишь знакомые нотки в голосе; тянешься взглядом, сердце замирает радостно, но присмотришься — не та. А здесь…

— Не стой истуканом, бастард, — дыхнули сзади. — Подойди.

— Наина?

— Иди, иди, — подтолкнула меня наперсница.

Я шагнул несмело, всё ещё не веря тому, что вижу. Как вести себя, что сказать? Расстались мы более чем позитивно. Она поцеловала меня. Сама. Значит ли это, что отныне я имею на неё право? И-и-и… господи… уф-ф-ф… За три прошедших месяца я много чего передумал, но так и не решил, как вести себя при новой встрече, если эта встреча вообще состоится. Состоялась. Ну, что дальше?

Одета Марго была по-походному, в мужской костюм, сверху неброский плащ, прикрывающий фигуру от похотливых взглядов. На голове капюшон. Она так и не скинула его, когда я подошёл. Рядом стоял дю Валь. Он смотрел на меня жёстко.

— Сенеген, я разговариваю, жди у дверей!

Марго протянула мне руку:

— Приятно видеть вас, господин де Сенеген, — она премило улыбнулась, демонстрируя свою радость от нашей встречи, но когда я попытался поцеловать руку, отдёрнула её.

— Вы знакомы? — прорычал дю Валь.

По тону было не совсем ясно вопрос это или констатация… Ах, как его коробит! На мгновенье мне даже стало приятно: пусть побесится. Но почти сразу пришло понимание, что Ив дю Валь соперник куда опаснее Бодрикура. Тут и статус, и положение при дворе герцога Филиппа, и благосостояние. По возрасту он, конечно, намного старше, за сорокет точно… Да… Вот только в средневековье это играло не самую важную роль, и значит, мне стоит напрячься.

— Разумеется, — с привычной холодностью ответила ему Марго. — Вы же знаете, кто мой покровитель. А Псы Господни — его слуги. Или вы не видите голову на сюрко?

Новым сюрко я обзавёлся незадолго до начала военных действий, и оттиск пёсьей головы смотрелся на нём как живой. Дю Валь презрительно хмыкнул:

— Псы не настоящие рыцари, госпожа Маргарита. Вам не следует обращать внимание на это отродье, тем более удостаивать разговором.

— С кем мне общаться я решаю сама. И сейчас хочу поговорить с этим человеком. Прошу, оставьте нас.

Дю Валь закусил губу, но отошёл.

— Ревнует, — со злорадством прошептал я.

— Не о том думаешь, — резко оборвала меня Марго. Она вынула из поясной сумочки небольшой свиток. — От отца Томмазо. Прочитай и сожги.

Я сунул свиток за пазуху.

— Прочитаю на досуге. Ты останешься? Кажется, бургундец замышляет пир в честь взятия Люневиля. Намечаются пироги и танцы.

— Посмотрим. Может быть.

— Значит, мы увидимся?

— А с чего ты решил, что тебя пригласят?

— Но я же здесь. К тому же я капитан роты псов. Будешь писать ответ монсеньору, сообщи, что его поручение выполнено.

— Сообщу.

Она собралась уходить, но я придержал её за локоть.

— Марго, погоди…

Я хотел сказать ей многое, например, что сильно соскучился и что до сих пор помню вкус того поцелуя в ночи под дождём, но смог лишь спросить:

— Ты как здесь? Отец Томмазо послал или…

Рассчитывать, что она приехала в Лотарингию ради встречи со мной смешно. Марго не великосветская львица, разъезжающая по окрестным землям в поисках развлечений. Главная её задача — шпионаж в пользу святой инквизиции. И всё же вдруг она скажет, что надеялась на встречу? Чем чёрт не шутит?

— Увидимся на пиру, — взглянула на меня Марго. — Только помойся, от тебя воняет.

— Это запах войны, — с гордостью пояснил я.

— Смой его, иначе сидеть будешь с музыкантами.

Не прощаясь, она через весь зал направилась к лестнице в верхние покои. На полпути к ней присоединилась Наина. Глядя на них, я подумал, что со спины невозможно понять, кто из них кто: одинаковый рост, одинаковые фигуры, одежды. Они как сёстры. Даже в поведении и замашках у них много общего. И вроде бы положение в обществе равное, но мне всегда казалось, что Наина исполняет роль если не служанки, то помощницы и телохранителя. Недаром я назвал её наперсницей.

— Сенеген!

Голос дю Валя заставил меня вздрогнуть. Господи, совсем забыл про него.

— Слушаю, господин капитан.

Дю Валю не нравилось, когда его называли капитаном. Вассер постоянно напоминал, что к баннерету нужно обращаться не иначе как «монсеньор» и при этом слегка склонять голову. Но мой монсеньор сейчас не здесь, а «капитан» вполне приличное звание, и в данном контексте обозначает командующего всех отрядов в Люневиле. Я, конечно, тоже капитан, но капитан всего лишь роты. Не понимаю, чем дю Валь не доволен.

— Иди за мной.

Мы прошли в дальний угол, где прямо на полу лежала уже знакомая мне карта.

— Поднимай свою псарню и двигай сюда.

Он небрежно указал длинным носком пулен на Брен-сюр-Сей. То есть, история взятия Люневиля должна повториться. Хорошо. Подобная тактика захвата замков могла привести к определённой пользе, и в первую очередь к снижению потерь. Это очень важно. За полководцем, который бережёт своих бойцов, люди пойдут куда угодна, хоть в ад.

— Когда выступать?

— Немедленно! У тебя двое суток, чтобы взять замок.

Взять? Да ладно. Шутит? После штурма Меонкура, армия стояла на месте пять дней. С чего вдруг сейчас потребовалась такая спешка? Да и людей у меня мало.

— Не понимаю…

— Чего ты не понимаешь?

— Почему выступать надо немедленно. Мои люди устали. Им необходимо отдохнуть, залечить раны. Кидать их в бой сейчас, по сути, гнать на смерть. К чему такие жертвы? Особенно на фоне всех этих приготовлений, — я обвёл рукой зал. — Получается, все будут пить и гулять, а мои псы умирать?

Дю Валь не стал оригинальничать и выдал изрядно заезженную фразу:

— Ты подписал договор и обязался выполнять мои приказы. Вот и выполняй!

Меня закорёжило. Сука… Это он за Марго мстит? Наверняка. И ведь не придерёшься. Я сам читал договор, там нет никаких особых условий и оговорок, дескать, выполнять исключительно те приказы, которые реально можно выполнить, и если сказали иди и разбей голову о стену, придётся идти и разбивать. Аристократ драный! Он прекрасно понимает, что взять замок Брен-сюр-Сей, каким бы он ни был, у меня ни единого шанса. Все под стенами останемся. Было бы сотни полторы бойцов! Но вместе с новобранцами в роте лишь