Адмирал Империи – 61 - Дмитрий Николаевич Коровников

и целовала Машеньку, её взгляд скользнул в сторону — туда, где лежали раненые. Пара десятков офицеров и гвардейцев первого министра, оставшихся в живых после побоища. И увиденное заставило её застыть.

В нескольких метрах от неё стоял один из роботов — андроид с черным корпусом, забрызганным кровью. В его руках была штурмовая винтовка, направленная вниз, на тело человека в форме. Тело дёрнулось — раз, другой — и затихло.

Робот только что добил раненого.

Рядом стоял второй андроид — в таком же состоянии, с таким же оружием. Он как раз наклонялся над следующим раненым, проверяя признаки жизни.

Или их отсутствие.

— Что… — голос Агриппины дрогнул, но мгновенно обрёл прежнюю сталь. — Что здесь происходит?

Псевдо-Щецин шагнул вперёд. Его лицо было бесстрастным, как всегда. Лицо барона фон Щецина, директора ИСБ, которое было всего лишь маской на металлическом черепе.

— Выполнение директивы, госпожа вице-адмирал, — его голос прозвучал ровно, без малейших эмоций. — Ликвидация командного состава противника и руководства планетарной обороны.

— Ликвидация⁈ — Агриппина посмотрела на раненых — тех, кто ещё дышал. Они лежали на полу, некоторые в сознании, некоторые без. Люди в форме, люди в броне. Враги — да. Но люди. — Они добивают раненых!

— Согласно директиве профессора Гинце, все представители командного звена противника подлежат полной ликвидации. Это включает офицеров командного центра, гвардейцев личной охраны первого министра и…

— Прекратить! — голос Агриппины хлестнул по воздуху. — Немедленно прекратить! Они хоть и враги, но они люди и солдаты!

Псевдо-Щецин не шелохнулся.

— Директива имеет наивысший приоритет. Она не может быть отменена без прямого приказа профессора Гинце.

Агриппина почувствовала, как внутри неё поднимается волна ярости — горячая, тёмная, грозящая захлестнуть всё. Она с трудом сдержала себя, стиснув зубы так, что заныли скулы.

— Капитан, — она повернулась к командиру «морпехов», не отрывая взгляда от робота. — Уведите моего сына, невестку и внучку из зала. Немедленно.

— Мама? — голос Олега был встревоженным. — Что происходит?

— Всё в порядке, — Агриппина всё ещё не смотрела на него. — Идите. Я скоро приду.

Катя подхватила Машеньку на руки, и двое штурмовиков по приказу капитана Ермолова повели их к выходу. Двери закрылись за ними с глухим шипением.

И тогда Агриппина Ивановна Хромцова сделала то, чего не делала уже очень давно.

Она ударила.

Удар пришёлся в лицо псевдо-Щецина — туда, где у человека была бы скула. Кулак Агриппины — не маленький и не слабый, несмотря на возраст — врезался в синтетическую кожу с глухим стуком, под которым ощущалось что-то твёрдое и нечеловеческое.

Очки робота сползли набок. Тёмные стёкла треснули, дужка погнулась под неестественным углом. Под очками обнажились черные глаза — холодные, которые теперь бесстрастно фиксировали её лицо.

Псевдо-Щецин не попытался уклониться. Не попытался защититься. Просто принял удар, как принимает удар скала.

— Это было необязательно, — констатировал он всё тем же ровным голосом.

— Ты подверг опасности мою семью! — Агриппина стояла прямо перед ним, её грудь вздымалась от ярости. — Подверг опасности жизни моих близких!

— Заложники не пострадали.

— Не пострадали⁈ — она засмеялась — коротким, злым смехом. — Ты притащил их сюда! В центр бойни! Хотя план — план, который придумал и утвердил тот же Гинце — был совсем другим!

Она шагнула ближе, и её голос стал тише, но от этого не менее угрожающим:

— Изначально ты должен был проникнуть на секретный объект и похитить моих родных. Вывезти их в безопасное место. Это всё. Никакого командного центра. Никакого риска для их жизней.

— План был скорректирован в соответствии с оперативной обстановкой, — ответил псевдо-Щецин. — Мне необходимо было попасть в командный центр. Настоящего Щецина ждали вместе с заложниками. Охрана непременно обратила бы внимание на то, что я прибыл без них, и устроила бы дополнительную проверку.

— В этом не было прямой необходимости! — отрезала Агриппина. — Ты попал в командный центр без всякой проверки! Первый министр сам отменил её, потому что торопился увидеть своего директора ИСБ!

Она ткнула пальцем ему в грудь:

— Я знаю об этом. Знаю, потому что ты сам послал доклад на «Палладу». Ты транслировал всю бойню в прямом эфире. И в этом докладе было ясно сказано: проверка отменена, «зелёный коридор» обеспечен.

Её глаза сузились:

— Так зачем тебе нужно было тащить мою семью сюда⁈

Псевдо-Щецин молчал секунду, две — обрабатывая информацию, анализируя, выстраивая ответ.

— Это стало известно только после прибытия на объект, — наконец произнёс он. — В момент принятия решения о маршруте я не располагал информацией об отмене проверки…

…Двое суток тому назад. На Сураже-4 Хромцова стояла в просторном помещении с высокими потолками и огромными окнами. Перед ней — юный император и его сестра Таисия. Только что она получила назначение — командующая операцией по освобождению системы «Новая Москва». Огромная честь. Огромная ответственность. И огромная проблема, о которой она не могла молчать.

— Ваше Императорское Величество, — она глядела императору прямо в глаза. — Я должна сообщить вам о ситуации, которая может повлиять на мою способность командовать операцией.

Она рассказала всё. О захваченной Птолемеем семье. О том, что Граус наверняка попытается использовать их против неё, чтобы сломить её волю или заставить совершить ошибку.

— Я предлагаю назначить на должность командующего вице-адмирала Пегова, — закончила она, и эти слова дались ей тяжелее, чем что-либо в жизни. Отказаться от командования — от возможности лично привести эскадру к победе, от шанса своими руками покарать человека, который держал её семью в заложниках… — Он опытный адмирал, он справится. Я… я не хочу, чтобы мои личные обстоятельства поставили под угрозу успех операции.

Император слушал молча, его лицо было непроницаемым. Его глаза сейчас оценивающе изучали Агриппину Ивановну, словно пытаясь заглянуть ей в душу.

— Профессор, — голос Ивана был тихим, но уверенным, — у вас есть решение?

— Есть, Ваше Величество, — голос Густава Гинце был мягким и почти добрым. — Необходимо провести операцию по вызволению этих самых заложников. Одно из моих изделий сможет проникнуть на объект и освободить семью госпожи вице-адмирала.

— Робот? — Таисия подалась вперёд, её глаза сузились. — Вы предлагаете послать робота на секретный объект ИСБ?

— Не просто робота, Ваше Высочество. Особый экземпляр. Алекс-3… Мы создадим для него маску, которая позволит выдать себя за конкретного человека.

— За кого?

— За барона фон Щецина. Нынешнего директора Имперской Службы Безопасности.

В итоге Алексу-3 буквально за пару часов изготовили маску — точную копию лица барона, вплоть до морщинок у глаз и родинки на левой щеке. Подогнали тело под параметры настоящего Щецина — рост, телосложение, походку. Загрузили в память голос, манеры, привычки. Потом через подпространство отправили на быстроходном корвете в