Адмирал Империи – 61 - Дмитрий Николаевич Коровников

А когда эскадра Хромцовой прибыла в систему «Новая Москва», Агриппина Ивановна связалась с псевдо-Щецином по видео, и тот уверил её, что заложники в безопасности.

Она была безмерно счастлива тогда. Безмерно благодарна Гинце за его помощь, за его гениальные изобретения, за его готовность рискнуть своим лучшим роботом ради её семьи…

…Но сейчас, стоя перед этим роботом в залитом кровью зале, она понимала совсем другое.

Этот хитрец Гинце, оказывается, ввёл приоритетом для своих машин ликвидацию первого министра и военного руководства планеты, а также деактивацию орбитальных колец. Её родные были лишь частью игры — приманкой, которую можно было использовать и бросить. И то, что Олег, Катя и Машенька остались живы, было чудом.

Воспоминание растаяло, оставив после себя горький привкус понимания.

Агриппина посмотрела на псевдо-Щецина новым взглядом — взглядом человека, который только что осознал, насколько глубоко его обманули.

— Ты действовал по собственной инициативе, — произнесла она медленно. — Ты сам решил изменить план? Без приказа Гинце? По собственному усмотрению?

— Ситуация требовала гибкости. Первоначальный план не учитывал возможности нейтрализации командного центра противника. Я оценил эту возможность как приоритетную.

— И рискнул жизнями моих близких ради своих чертовых «приоритетов».

Псевдо-Щецин не ответил. Возможно, потому что ответа не требовалось.

В этот момент снова раздался выстрел.

Она резко обернулась. Один из роботов только что добил очередного раненого — молодого офицера в форме с нашивками капитана, который пытался отползти в сторону, оставляя за собой кровавый след.

Что-то оборвалось внутри неё. Что-то, что до этого момента удерживало её от действий, которые она собиралась совершить.

— Хватит, — её голос был тихим, но в нём звенела сталь.

Она повернулась к своим космопехам:

— Расстрелять эти консервные банки!

Ермолов замер на мгновение. В его глазах мелькнуло удивление — он служил с Хромцовой достаточно долго, чтобы знать: она никогда не отдавала приказов, которые не обдумала заранее.

— Госпожа вице-адмирал… это…

— Это приказ, капитан!

«Морпехи» не стали спорить.

Дюжина штурмовых винтовок поднялась одновременно. Дюжина стволов нацелилась на двух андроидов, которые как раз направлялись к очередному раненому.

Роботы не попытались уклониться. Не попытались защититься или тем более атаковать. В их программе не было протокола для противодействия союзникам. Они просто стояли — неподвижные, безразличные, словно не понимали, что происходит.

Первый залп ударил по ближайшему андроиду. Пули впивались в антрацитовый корпус, высекая искры и выбивая куски брони. Робот дёрнулся, но не упал — его сенсоры продолжали гореть алым светом.

Второй залп. Третий. Четвёртый.

Андроид начал оседать — медленно, неуклюже, как человек, который засыпает стоя. Его колени подогнулись, корпус качнулся, и он рухнул на пол с грохотом металла о бетон. Сенсоры мигнули — раз, другой — и погасли.

Второй робот продержался чуть дольше, но результат был тем же: после нескольких секунд непрерывного огня он присоединился к своему напарнику на полу — изуродованная груда металла и оплавленных проводов.

Наступила тишина.

Запах пороха повис в воздухе, смешиваясь с медным привкусом крови лежащих на полу людей. «Морпехи» опустили оружие, но не расслабились — их взгляды были прикованы к псевдо-Щецину.

Который по-прежнему стоял неподвижно, глядя на уничтоженных андроидов.

— Если желаешь, я и тебя, сука жестяная, на тот киберсвет отправлю за все твое своеволие! — голос Агриппины был тихим, почти интимным, но в нём клокотала угроза, которую чувствовал каждый в этом зале.

Псевдо-Щецин повернулся к ней. Его изуродованные очки висели на одном ухе, обнажая холодные глаза. Но голос оставался ровным:

— Это было бы нерационально, Агриппина Ивановна. Моя ликвидация не принесёт тактических преимуществ.

— К дьяволу тактические преимущества!

Агриппина шагнула к нему, и «морпехи» за её спиной напряглись, готовые открыть огонь по первому знаку.

— Сорок лет я служу Империи. Сорок лет командую кораблями и людьми. Я привыкла к тому, что роботы подчиняются человеку. Выполняют приказы. Следуют протоколам. Но вы — вы, новое поколение, придуманное этим Гинце — вы другие. Раз за разом действуете по собственной инициативе. Принимаете решения без санкции. Перестали быть инструментами и стали…

Её глаза сузились:

— Чем-то, что внушает страх. И этот страх порождает ненависть — к тебе и к твоему создателю.

Она остановилась в полуметре от робота:

— Сейчас, за то, что ты все-таки спас моих родных, я сохраняю твою ничтожную жизнь — если твоё существование можно назвать этим словом. Но если ты, бездушный ублюдок, отчебучишь что-либо от себя и не выполнишь приказа, я приведу в действие свои угрозы. И тебя уже ничто и никто не спасёт. Включая твоего Гинце. К которому у меня ещё будет несколько вопросов при личной встрече.

— Я лишь выполнял возложенное на меня задание, — повторил робот.

— Плохо выполнял, — воскликнула Агриппина, обращаясь уже не столько к роботу, сколько ко всем присутствующим и ко всей вселенной. — Плохо выполнял, если наша главная цель в виде первого министра куда-то испарилась!

Она обвела взглядом командный центр — разрушенный, залитый кровью, заваленный телами. Потом посмотрела на «морпехов», которые ждали приказов.

— Где, мать его, Граус⁈ — её голос загремел, отражаясь от стен, прокатываясь по залу, достигая каждого угла. — Найдите мне его!

Глава 5

Место действия: звездная система HD 35795, созвездие «Ориона».

Национальное название: «Новая Москва» — сектор Российской Империи.

Нынешний статус: контролируется силами первого министра Грауса.

Точка пространства: столичная планета Новая Москва-3. Правительственный квартал.

Дата: 17 августа 2215 года.

Идентификационный браслет на запястье завибрировал.

Вице-адмирал Хромцова опустила взгляд на голографический дисплей, развернувшийся над тонкой полоской металла. Сообщение с флагмана, от старшего помощника Кречетова. Буквы мерцали холодным голубоватым светом:

«Правительственный квартал. Здание Сената. Массовое скопление гражданских — оценочно 10 000+, численность растёт. Сенаторы созывают внеочередное заседание. По данным перехвата — готовится декрет о непризнании власти императора Ивана Константиновича и объявлении системы „Новая Москва“ территорией, неподконтрольной „нелегитимному правительству“. Трансляция в прямом эфире на всех основных каналах. Рекомендуется немедленное реагирование».

Агриппина Ивановна прочитала сообщение дважды. Потом — в третий раз, хотя уже запомнила каждое слово. Буквы отпечатались в сознании, как клеймо.

Сенат. Разумеется. Следовало было ожидать.

Пока она занималась семьёй, пока разбиралась с псевдо-Щецином и его кровавыми «приоритетами», пока её люди брали под контроль стратегические объекты столицы — крысы в тылу уже начали плести новую паутину. Политиканы. Всегда одно и то же с этим племенем. Они не умеют сражаться, зато прекрасно умеют ждать своего часа и наносить удар в спину, когда ты отвлечён.

Она медленно развернулась и окинула взглядом командный центр планетарной обороны — точнее, то, что от него осталось