Воздушная кавалерия. Том 5 - Джек из тени

полупрозрачная фигура, которая ушла в глубину Консоли, как выразилась сама Алиса на калибровку и тестирование систем. Хвостатая теперь предпочитала не показываться даже здесь, после инцидента в госпитале став донельзя осторожной. — Как прошел парад имени тебя? Все враги в ужасе разбежались, а поклонницы бросали в воздух чепчики?

— Почти, — хмыкнул ей, проходя к своему рабочему месту, огромному голографическому столу в центре зала. — Только вместо чепчиков были косые взгляды, а вместо поклонниц кучка перепуганных аристократов. Но в целом, да, эффект достигнут.

Я активировал стол, и над его поверхностью вспыхнуло трехмерное изображение. Это была не упрощенная модель беспилотника и не схема нового автомата, я начал потихоньку баловаться стрелковкой. Сейчас передо мной была моя мечта. Моя главная, самая дерзкая идея, ради которой, по большому счету, все и затевалось.

В воздухе медленно вращался силуэт нового десантного дирижабля. Он был не похож ни на один из существующих кораблей. Никаких неуклюжих, раздутых форм, характерных для большинства современных воздушных судов. Мой корабль был хищником. Стремительный, приземистый корпус, покрытый гладкими листами композитной брони, острый, похожий на клюв сокола, нос, мощные, убранные в защитные кожухи двигатели. Он был создан не для неспешных грузовых перевозок, в тыл, а для активной войны. Для молниеносного прорыва ПВО, быстрой высадки десанта в самое пекло и такого же стремительного отхода, если понадобится.

— Проект «Валькирия», — произнес вслух, любуясь своим творением. — Легкий десантный дирижабль нового поколения. Длина сто пятьдесят метров, экипаж двенадцать человек, десантная группа два взвода бойцов в полной выкладке. Скорость до двухсот километров в час на форсаже. Вооружение: две спаренные скорострельные пушки в выдвижных турелях и восемь пусковых установок для ракет «воздух-земля». Но главное не это…

Я провел рукой по голограмме, и изображение изменилось, показывая внутреннее устройство корабля.

— Главное, это система десантирования, — с энтузиазмом продолжил, обращаясь скорее к самому себе, чем к Алисе. — Никаких медленных аппарелей и спусковых тросов. Вся центральная часть корпуса, это и есть десантный отсек. По прибытии в точку высадки днище корабля просто раздвигается, и вся десантная группа уходит вниз за считанные секунды. Пять секунд на все про все! Это не просто корабль, Алиса, это революция! Мы изменим тактику десантных операций навсегда.

Я был воодушевлен, поглощен своей идеей. Я видел, как эскадры таких «Валькирий» прорываются сквозь вражескую оборону, как они высаживают моих бойцов в тылу у японцев, сея хаос и панику. В моем сознании уже разворачивались целые сражения, где эти корабли играли ключевую роль. Но голос Алисы вернул меня с небес на землю.

— Революция, это, конечно, прекрасно, дорогой хозяин, — промурчала хвостатая, и рядом с изящной моделью дирижабля появилась другая голограмма. Уродливая, прагматичная, состоящая из бесконечных столбцов цифр и диаграмм. — Но у любой революции есть цена. И в данном случае она выглядит вот так…

Я посмотрел на смету и мой энтузиазм начал стремительно угасать, как пробитый воздушный шар. Я знал, что это будет дорого, но не думал, что настолько! Стоимость одного только каркаса из нового композитного материала, который я сам же и разработал, была сопоставима с бюджетом небольшого уездного города. Левитационные установки на основе золотистой Пыли, способные обеспечить такую скорость и маневренность, стоили как крыло от самолета, которые были здесь большой редкостью, понятное дело, все у вояк. А уж цена за системы вооружения, навигации и РЭБ, которые я планировал туда установить…

— Это… — я с трудом подобрал слова, — это несколько больше, чем рассчитывал.

— Несколько больше? — Алиса скептически изогнула бровь. — Хозяин, стоимость постройки одного прототипа «Валькирии» превышает все расчетные в три раза. Я уже молчу про серийное производство. Чтобы построить хотя бы одну эскадрилью из десяти таких кораблей, нам нужны большие личные средства, которых у тебя нет. Деньги банкира почти кончились, их хватит только на операционные расходы. Все, что ты сейчас производишь и продаешь, я вкладываю обратно в производство, оставляя лишь немного на нормальную жизнь вне академии. И это без учета стоимости боеприпасов, обучения экипажей и технического обслуживания.

Ее слова были как ушат ледяной воды. Я молча смотрел на цифры, они были безжалостны и неоспоримы. Я мог построить самый совершенный десантный корабль в современной истории, но у меня не было на это денег. Моя мечта, такая близкая и осязаемая в виде этой сияющей голограммы, на деле оказалась недостижимой, как звезды в небе.

— Есть варианты? — горестно вздохнув, спросил у Алисы, хотя уже знал ответ.

— Варианты есть всегда, — философски заметила моя помощница. — Вариант первый: упростить проект. Заменить композит на обычную броню, поставить стандартные двигатели, убрать половину вооружения. В итоге у тебя получится обычный, ничем не примечательный дирижабль, который будет стоить в пять раз дешевле, но и воевать будет в десять раз хуже. По сути, ты создашь очередную летающую мишень, только с чуть лучшими характеристиками. Хотя даже этого «чуть» хватит, чтобы армейцы писались от счастья.

Я поморщился, компромиссы были не для меня.

— Вариант второй, — невозмутимо продолжала Алиса. — Найти серьезного инвестора, например, твой будущий тесть, генерал Воронцов. Уверен, он с радостью вложится в проект, который усилит армию и сделает его будущего зятя еще более влиятельной фигурой. Правда, в этом случае «Валькирия» будет уже не совсем твоим проектом.

Я снова поморщился, на этот раз еще сильнее. Мысль о том, чтобы просить деньги у Воронцова, была мне отвратительна. Я не хотел быть обязанным. Не хотел, чтобы за моей спиной шептались, будто все мои достижения, это заслуга денег моей жены.

— А вариант третий? — с надеждой спросил я.

— Вариант третий, самый реалистичный, — Алиса сделала драматическую паузу. — Забыть про «Валькирию» на ближайшие лет пять. Сосредоточиться на производстве беспилотников, амуниции, систем связи для пехоты и так далее. Накопить капитал, расширить производственную базу, а потом, может быть, вернуться к этому проекту. Если к тому времени война еще не закончится.

Она замолчала, и в цехе повисла тяжелая тишина, нарушаемая лишь гудением станков. Я смотрел на сияющую модель «Валькирии», потом на безжалостные столбцы цифр. И чувствовал, как меня охватывает холодная безнадега. У меня были знания, технологии, команда. У меня было все, чтобы совершить прорыв. Все, кроме денег! Эта банальная, вульгарная причина казалась мне самой унизительной. Мечта, прекрасная и дерзкая, разбивалась о банальную нехватку средств.

— Нет, — ответил ей тихо, но твердо. Голос прозвучал хрипло, но в