Охотники за тенями - Валерий Александрович Гуров

— У меня имелся четкий приказ — инженер Вайтерс! Именно он не должен был попасть к русским! Но… — снайпер развел руками. — Его там не было. Тем не менее, мы не оставили поиски и двинулись следом за русскими, пробуя обойти их посты и проникнуть внутрь их построения. И нам практически это удалось! Мы почти перешли следом за ними линию фронта! Но… кто-то из их саперов установил мину… И на ней подорвался мой напарник, фельдфебель Анциг. С тридцать девятого года — и ни одной царапины! А здесь… хорошо, если только ногой все и ограничится.

— Да… — Кранц поджал губы. — Печально. Передайте своему напарнику мои искренние соболезнования. Я распоряжусь — его переведут в отдельную палату. Так вы точно видели, что их было двое?

— Я даже лицо одного из них рассмотрел! — усмехнулся снайпер. — Лет тридцати, темные волосы, седая прядь с правой стороны. И шрам на щеке… вот тут…

«Снова этот унтер?» — обожгла мозг Кранца неожиданная догадка.

Глава 5

Выдержка из доклада гауптмана Кранца

'…Нет никаких сомнений, что атака на аэродром, организованная для похищения инженера Вайтерса, и нападение на казарму 325 охранного батальона являются скоординированной акцией, выполненной не отдельными группами русских окруженцев, а специальным подразделением РККА, предназначенным именно для таких мероприятий. Обращает внимание высокая выучка русских, сумевших без единого выстрела нейтрализовать охрану инженера и выкрасть его самого из охраняемой гостиницы. Их никто не видел до момента отхода. А при попытке поднять тревогу диверсантами был подорван склад боеприпасов и обстреляна казарма роты охраны. Срочно предпринятое силами роты охраны аэродрома преследование столкнулось с многочисленными минными ловушкам и понесло потери, не позволившие организовать оперативное освобождение захваченного русскими инженера.

Практически в то же время группа диверсантов неустановленной численности, ориентировочно 50–70 человек, предприняла нападение на казарму и автопарк 325 охранного батальона. Устранив часовых на въездных воротах, они атаковали автопарк и смогли устроить там пожар, уничтоживший практически все автомобили батальона. Ими же была заминирована территория, прилегающая к казарме, что впоследствии привело к жертвам со стороны солдат указанной воинской части.

Подорвав кирпичный забор, ограждавший место размещения батальона и его служб, русские открыли массированный пулеметный огонь по окнам и прилегающей территории. Вышедшие из казарм солдаты натолкнулись на установленные мины и были вынуждены вернуться под прикрытие стен здания, так как большинство заранее подготовленных оборонительных позиций оказалось заминировано русскими диверсантами.

В связи с этим своевременный выход батальона на помощь охране аэродрома оказался невозможен. Атаки на занимаемые им позиции были отбиты, и противник, понеся потери, отступил.

По истечении часа огонь со стороны нападающих прекратился, но на территории, занимаемой батальоном, продолжались взрывы в течение всего дня, что затрудняло оказание помощи раненым и их эвакуацию в гарнизонный госпиталь.

Согласно указанию, полученному непосредственно из главного штаба Люфтваффе, попадание инженера Вайтерса в руки противника являлось абсолютно недопустимым и, ввиду этого, была задействована специальная снайперская команда в лице лейтенанта Нормайера и фельдфебеля Анцига. Перед ним была поставлена задача: любой ценой, не останавливаясь при необходимости и перед физическим устранением, не допустить попадания инженера Вайтерса в руки противника.

В процессе исполнения поставленной задачи фельдфебель Анциг подорвался на установленной русскими мине, был тяжело ранен и эвакуирован с поля боя. Впоследствии он скончался в госпитале. Оставшись без поддержки, лейтенант Нормайер поставленную задачу не выполнил.

Следует отметить, что в ходе нападения на казарму 325 охранного батальона русские применили новые, ранее не использовавшиеся ими типы взрывных устройств.

Некоторые мины взрывались самостоятельно, без приближения к ним людей. А при попытке обезвредить подобные мины получили ранения трое военнослужащих инженерно-саперного взвода. По-видимому, часть мин снабжена устройствами неизвлекаемости, а некоторые из них установлены с замедлением подрыва.

Имеются обоснованные причины для утверждения о том, что в атаке на казармы 325 охранного батальона принимал участие отдельный подвижный заградительный отряд, созданный по личному указанию генерал-лейтенанта Сомова. Один из его командиров, опознанный по приметам как унтер-офицер Васин, был замечен лейтенантом Нормайером.

Данный отряд активно действовал на фронте летом 1941 г., после чего сведений о его участии в боях не имеется. Но, учитывая разрозненные сведения о тщательно спланированных в тылу германских войск диверсиях с применением мин и взрывчатых веществ, есть все основания утверждать, что отряд не только не был уничтожен в боях, но и был существенно усилен, после чего вошел в число специальных подразделений РККА…'

— Что ж, мой друг… — положил бумагу на стол оберстлейтенант, — вы проделали большую работу! Ценю! Со своей стороны хочу уведомить вас о том, что наше подразделение теперь организационно не входит более в состав штаба 79 пехотной дивизии. Мы переезжаем на новое место дислокации и меняем название. Теперь мы «отдельная группа комплектации и снабжения 2 корпуса германской армии». И пусть вас не смущает название и то, что мы находимся достаточно далеко от того самого корпуса — этого требуют меры секретности.

Гауптмансовершенно этому не удивился: кое-какие слухи о предстоящем переезде уже ходили.

— К вам под начало передается группа из трех офицеров-аналитиков, и с сегодняшнего дня вы все — специальная аналитическая группа реферата 1Х «Штаба Валли». Соответственно, поздравляю вас с повышением по службе, гауптман!

Кранц вскочил, вытянулся и прищелкнул каблуками. Вот оно — долгожданное повышение! Карьера успешно продолжается!

— Садитесь, мой друг… Ваша основная задача — найти и уничтожить этих подрывников. Пока их относительно немного, и они не успели еще нанести сильного вреда. И… — тут Олендорф помолчал. — Генерал Мечников… если он — хоть косвенно! Вы меня поняли⁈ Пусть даже мельком, но появиться в поле вашего зрения — немедленно информируйте меня! Это — Железный крест вам лично и награда тому, кто его увидит! Не забывайте об этом!

Мы дома…

Как же приятно бывает рухнуть на свою кровать!

Не раздеваясь и даже сапог не снимая — вот просто так упасть и полежать хоть несколько минут. Блаженство…

Позади остается холод, снег по колено и постоянное напряжение: из-за какого угла вдруг выглянет ствол винтовки? Все время оглядываешься по сторонам — где они? И пусть мы уже давно на своей территории, и позади осталась линия фронта — это еще ничего не означает. Ходим же мы по их тылам?

Ходим — и давно.

А им кто такое делать помешает?

И не надо успокаивать себя мыслями о том, что они-де не такие… Не