На крыльях крови - Брайер Болейн

– Ну, мы не отдаем ее какому-то конкретному высокородному. Мы жертвуем ее Кровавой Деве, – объяснила Флоренс.

– Я все еще не понимаю, кто такая эта Кровавая Дева. Какая-то богиня?

Флоренс кивнула.

– История гласит, что, когда наш мир только зарождался, полубогиня – наполовину смертная, наполовину божество – пожертвовала собой и пролила свою кровь, чтобы спасти мир. Но ее семья была полна решимости избежать ее участи. Ее мать, отец, братья и сестры выпили ее кровь. Она спасла их, и они обрели бессмертие.

– Они украли ее кровь, обманули смерть, потому что были слишком эгоистичны, чтобы помочь ей спасти мир, и превратились в вампиров, – подвела итог я.

Флоренс поморщилась.

– Это лишь одна из точек зрения. Такую интерпретацию я бы не стала представлять на занятиях у профессора Хассан.

Я рассмеялась.

– Я постараюсь.

– Так или иначе, некоторые из братьев и сестер полубогини отказались пить ее кровь.

– Я их не виню, – согласилась я. – Отвратительно.

– Отвратительно, но эффективно, – возразила Флоренс.

Я подумала о том, что сказал Навин. О том, как Флоренс лелеяла великие амбиции и, возможно, была бы счастлива, если бы ее выбрали в консорты к высокородному. Я задавалась вопросом, правда ли это. – Братья и сестры, которые не пили, остались смертными. Низшая форма жизни.

– Полукровки, – подсказала я.

– Верно. Поначалу на них смотрели свысока. Затем произошли события, о которых ты уже слышала на занятиях профессора Хассан.

– Высокородные были спасением для грязнорожденных. – Я фыркнула. – Помню.

– Независимо от того, во что ты веришь, – продолжала Флоренс. – Высокородные и грязнорожденные почитают Кровавую Деву. По всей Санграте строятся храмы, посвященные ей. Некоторые женщины даже поступают к ней на службу, проводя жизнь, почитая ее. – Подруга бросила на меня любопытный взгляд. – Ты знала, что мать Блейка Драхарроу находится в Святилище?

– В храме? – удивленно переспросил я. – Нет. Откуда мне было знать? Почему? – Я была удивлена, что женщина из такой влиятельной семьи и дома предпочла вести уединенную жизнь.

– Когда умер ее муж, она оставила свою семью. Насколько всем известно, именно туда она и отправилась. В Святилище Кровавой Девы. Святая святых Санграты. С тех пор ее никто не видел. Я предполагаю, что Блейк и его семья каким-то образом поддерживают с ней связь.

– Мне не нравится, что приходится жертвовать кровь в этом месте, – сказала я со стоном.

– Все не так уж плохо. Вот увидишь. Мы с Навином можем пойти первыми. Ты сможешь понаблюдать… за нами… – Флоренс зевнула.

– Нам пора спать, – виновато сказала я, вспомнив, как усердно она занималась. – Тебе нужно отдохнуть.

– Звучит заманчиво, – мечтательно произнесла Флоренс.

На некоторое время в комнате воцарилась тишина. Затем она снова заговорила.

– Как ты думаешь, с кем мне пойти, Медра?

– С Навином, – быстро ответила я. – Тебе будет с ним весело.

– Думаю, ты права. – Она снова зевнула. – Хотя он, скорее всего, пригласил меня только потому, что думал, что больше никто этого не сделает. Ты же знаешь, у него была девушка.

– Знаю, – сказала я. – Но они же вроде расстались?

Но ответа не последовало. Флоренс заснула. Еще через несколько минут заснула и я.

В ту ночь драконы мне больше не снились.

Глава 37

Медра

Прошло несколько недель.

Зимние экзамены остались позади.

Я сдала все, очень удивившись некоторым своим оценкам. Я получила четверку («похвально») по целительству у профессора Родригеса. Часть меня думала, что он был удивлен не меньше моего. Я не умела пользоваться магией исцеления, но теория была захватывающей, и я была рада углубиться в алхимию в следующей части курса. Я получила самую высокую оценку по основам боя для грязнорожденных – «отлично» и еще одно «похвально» по продвинутому владению оружием у профессора Санкары, что, по моему мнению, было более чем справедливо, учитывая инцидент с Блейком.

Единственным предметом, по которому я получила предпоследнюю из возможных низких оценок, тройку («слабо»), была история Санграты. Сам предмет был интересным. На лекциях профессора Хассан обычно было полно интересных исторических фактов. Но она возненавидела меня с того самого первого дня, когда я опоздала, и как бы я ни старалась не попадаться ей на глаза и как бы усердно ни работала над своими эссе, ситуация не улучшалась. Она вообще завалила меня на одной работе и обвинила в списывании. Так что я была рада и тройке. Все лучше, чем полный провал.

Все оценки Флоренс были отличными, что неудивительно. По всем предметам. И Навин, казалось, тоже был доволен своими результатами, хотя и не делился с нами.

С тех пор как Флоренс приняла его приглашение на бал, он выглядел немного взвинченным. Но я списала это на нервозность из-за Бала самой длинной ночи. Он беспокоился не только о своем сольном выступлении, но и о том, что рядом с ним будет Флоренс.

С ночи второго землетрясения мои сны изменились. Блейка больше в них не было. Его заменил дракон.

Все сны были почти одинаковыми. «Кровавое крыло» рушилось. Иногда я металась по коридорам и пыталась спасти Флоренс, или Навина, или Вона, или других грязнорожденных учеников.

А в это время из-под обломков, не переставая реветь, поднимался огромный дракон с массивными хлопающими крыльями.

Произошло еще несколько подземных толчков, но они случились днем, и Флоренс была права – никто из профессоров не выглядел особенно обеспокоенным.

Наступил последний день семестра. Было время обеда. Мы с Флоренс шли по коридору в сторону столовой, и от моего дыхания в холодном воздухе поднимался пар.

Погода резко испортилась, и академия покрылась толстым слоем снега. Но несмотря на холод, студенты «Кровавого крыла» предвкушали предстоящие школьные каникулы и фестиваль Ледяного огня. Большинство первокурсников, похоже, оставались в школе, а не возвращались домой.

В то время как Навин и Флоренс собирались вместе на Бал самой длинной ночи, у меня не было пары. Меня никто не пригласил. Но я была полна решимости не мешать друзьям и не становиться третьим лишним.

Я сказала Флоренс, будто узнала, что должна пойти с Блейком и Реган. Ложь, но подруга поверила. Теперь я могла держаться в стороне и дать им с Навином время побыть немного наедине. Я прекрасно справлюсь сама. Я прикинусь тихоней, оставаясь в стороне и наблюдая за танцами, и буду появляться только в случае крайней необходимости. И уйду я так рано, как только возможно.

Когда мы завернули за угол, а мои мысли все еще блуждали, я вдруг остановилась как вкопанная – высокая фигура вышла из тени, преграждая нам путь.

Еще мгновение, и я