На крыльях крови - Брайер Болейн

– Фу, гадость, – пожаловалась Куинн. – Лорд Драхарроу? Можешь представить? Может, в следующем году это будет Блейк. Разве это не честь? – Я могла поклясться, что она дразнит Реган.

– Нет, я так не думаю, – ледяным тоном ответила Реган. – Я бы посоветовала ему этого не делать. Ты же знаешь, он всегда меня слушает.

Мне удалось подавить скептическое фырканье. Голоса двух девушек затихали вдали, по мере того как они удалялись.

Я осталась на месте, пытаясь сложить воедино все, что они сказали. Обряд Поклонения. Грязнорожденная девушка на роль Кровавой Девы. Высокородный мужчина, который будет играть роль Первого Высокородного. Что-то подсказывало мне, что этот обряд не похож на Ночь безмолвных подношений. Это было нечто более темное. И Блейк может быть к этому причастен.

Я сжала руки в кулаки, уже приняв решение.

Я сама окажусь на этом Обряде Поклонения и выясню, что там происходит на самом деле. Была только одна проблема: нужно найти способ попасть туда.

Глава 39

Медра

За два дня до Бала самой длинной ночи Кейдж прислал мне платье.

Оно прибыло в изящной черной коробке, перевязанной лентой с тиснением в виде крошечных серебристых звездочек.

Когда я открыла его, ткань рассыпалась по моим пальцам, мерцая, как жидкая ночь.

Платье было в цветах Дома Авари – черный с серебром. Лиф был облегающим и плотным, с глубоким V-образным вырезом, обрамленным тонкими атласными бретельками, которые открывали плечи и оставляли открытой большую часть спины. Расклешенная юбка из нескольких слоев тюля была расшита серебряными полумесяцами. С одной стороны был высокий разрез, доходивший до середины бедра.

В складках ткани была спрятана записка. «Медра, ты не обязана его надевать, но для меня было бы честью, если бы ты это сделала. Цвета Дома Авари тебе идут».

Я колебалась, держа записку в руках. Затем я сжала зубы. Я не была обязана Дому Драхарроу никакой преданностью. Почему я не должна принимать этот подарок?

И вот теперь мы с Флоренс стояли в моей комнате в общежитии и затягивали шнуровку на лифе.

– Ты выглядишь потрясающе, – восхищенно сказала Флоренс.

Я покрутилась перед зеркалом в полный рост, чувствуя, как платье с шелестом обвивается вокруг ног.

– Я никогда раньше не носила ничего подобного. – Я посмотрела вниз. Разрез был, конечно, достаточно высоким.

– Ну, я бы так никогда не подумала. Оно прекрасно сидит на тебе. На балу полно девушек в экстравагантных нарядах, и все они стараются превзойти друг друга. – Глаза Флоренс блеснули. – Но в этом платье ты затмишь их всех. Мне не терпится увидеть выражение лица Реган, когда она увидит тебя.

Я посмотрела на Флоренс. Она надела скромное платье темно-синего цвета с рукавами-фонариками. Платье было чуть выше колена и открывало стройные икры и лодыжки.

– Твое платье, может быть, и скромнее, но ты тоже выглядишь великолепно, Флоренс, – преданно сказала я. – Ты же знаешь, что не сможешь вечно прятать это тело под плащом. – Я улыбнулась, когда она покраснела.

Мы принялись причесывать друг друга. Флоренс заколола половину моих рыжих локонов, оставив остальные распущенными, а затем продела в прическу серебряную ленту. Это был взъерошенный, диковатый образ, который хорошо сочетался со смелым платьем Кейджа.

Когда она закончила, я собрала ее длинные прямые темные волосы в элегантную прическу и закрепила их заколками, украшенными мелким жемчугом. Флоренс выглядела грациозной и утонченной – именно такой, какой и была на самом деле.

– Ты нервничаешь? – спросила подруга, поправляя одну из заколок в моих волосах.

– Немного, – призналась я. – А ты?

Флоренс склонила голову набок.

– Я бы, наверное, нервничала больше, если бы шла не с Навином.

Я улыбнулась.

– С ним ты чувствуешь себя непринужденно. Это очень хорошо. Ты знаешь, он… – Я как раз собиралась сказать что-то вроде того, что нельзя недооценивать потенциал Навина, когда раздался стук в дверь.

Там стояла одна из первокурсниц. На ней были туника и брюки, и она явно не собиралась идти на бал.

– Медра, тебя ждет гость в общей комнате.

Я поблагодарила ее и взглянула на Флоренс.

– Встретимся там.

Я поспешила вниз по винтовой лестнице. Когда я спустилась, у меня перехватило дыхание. У камина стояла высокая фигура. На мгновение я увидела только серебристые волосы и высокую стройную фигуру. Мое сердце забилось быстрее. Блейк.

Затем гость повернулся. Кейдж.

На нем был строгий черный пиджак, отделанный серебром и идеально сидевший на его стройном мускулистом теле. К левому лацкану была приколота серебряная брошь в форме полумесяца. Он выглядел красивым и царственным, его высокие скулы отражали свет, а темные глаза сияли, как черный оникс.

Его губы изогнулись в одобрительной улыбке, когда он окинул меня пристальным взглядом.

– Ты выглядишь восхитительно. – Его темные глаза скользнули по моим волосам. – Тебе идет это платье. Оно выгодно оттеняет твои волосы. Как огонь на фоне ночного неба.

Я почувствовала, как мои щеки вспыхнули от такого щедрого комплимента. Я потрогала серебряную вышивку на своем платье, на мгновение потеряв дар речи, что бывало редко. С Блейком у меня такого определенно никогда не случалось.

Прежде чем я успела ответить, Кейдж сунул руку в карман пиджака и вытащил маленький черный бархатный мешочек.

– Я подумал, что это могло бы дополнить образ.

Он высыпал содержимое мешочка на ладонь, обнажив изящное серебряное ожерелье с кулоном в форме полумесяца.

– Позволишь?

Он подошел ко мне сзади и осторожно застегнул кулон у меня на шее. На мгновение его пальцы задержались на моем горле, и у меня по спине пробежала дрожь.

Я поймала себя на том, что задаюсь вопросом, смогу ли я когда-нибудь почувствовать что-нибудь к Кейджу Танаке. Хотел бы он этого? В чем его выгода, кроме прекрасной возможности разозлить Блейка?

И, кроме того, откуда знать, что Блейка это вообще волнует? Возможно, с моей стороны было бы чистой воды самонадеянностью думать, что его обеспокоит мое появление на балу под руку с другим мужчиной.

– Отлично, – пробормотал Кейдж, отступая назад. – Ты само совершенство. – Он предложил свою руку. – Пойдем?

Я колебалась всего мгновение, затем взяла его под руку. Мы вместе вышли из гостиной и отправились на бал.

Столовая полностью преобразилась.

Длинные обеденные ряды исчезли. На их месте стояли большие круглые столы, накрытые белыми льняными скатертями, и все они были украшены гирляндами из темных вечнозеленых растений, переплетенных с бледно-голубыми розами, лепестки которых были покрыты сверкающим инеем.

С потолка свисали длинные, тонкие, похожие на сосульки хрустальные люстры. Стены были явно заколдованы,