На крыльях крови - Брайер Болейн

Он бросил на меня последний долгий взгляд, прежде чем исчезнуть в коридоре.

Глава 38

Медра

Фестиваль Ледяного огня официально начался.

С наступлением ночи в первый день фестиваля из замка отправилась грандиозная процессия студентов, профессоров и Глав Домов. Первокурсников и второкурсников посадили в экипажи вместе с преподавателями «Кровавого крыла», по шесть-восемь человек в одном, в то время как некоторые из старших студентов и Главы Домов ехали верхом впереди.

Это была Ночь безмолвных подношений, во время которой мы должны были прийти в Святилище Кровавой Девы и принести в жертву немного своей крови по гребаной традиции высокородных.

Мои нервы были на пределе, когда я осознала, что сижу между Флоренс и Навином в одном из экипажей. Они говорили о фестивале, но, хотя я и старалась не терять нить разговора, мои мысли были далеко.

Прошлой ночью я отправила Кейджу Танаке записку, что принимаю его приглашение. Понятия не имею, правильно ли поступаю, но сейчас я была полна решимости.

Карета покачивалась от сильного зимнего ветра, дувшего с моря, когда мы проезжали по длинному железному мосту, ведущему в Вейлмар. Добравшись до материка, мы повернули на восток и проехали по другому мосту, который вел на остров, где находилось Святилище.

Когда наша процессия приблизилась, показался храм.

Расположившееся подобно белому гнезду на темном утесе Святилище поражало воображение в зимних сумерках. Построенное из светящихся белых камней, оно сверкало как жемчужина на фоне бушующего моря, взмывая в небо, а в центре симметрично возвышались узкие шпили. Чем ближе мы подъезжали, тем сильнее бросались в глаза размеры здания.

Я переглянулась с Флоренс, которая одарила меня легкой ободряющей улыбкой. Я рассказала ей о приглашении Кейджа. Она была удивлена, но поддержала меня.

Навин широко раскрытыми глазами смотрел в окно кареты. Я знала, что он и раньше бывал в храмах, но это было его первое посещение Святилища. Обычно его посещали исключительно высокородные. В Вейлмаре было достаточно храмов, куда ходили полукровки.

Когда экипажи остановились, нас вывели наружу, преподаватели и Главы Домов провели нас через внешние ворота.

Я посмотрела на величественные двери Святилища. На белой каменной притолоке было вырезано изображение Кровавой Девы. Выражение ее лица было безмятежным, руки сложены чашей, как будто в них она держала свою собственную жизненную силу. Я вздрогнула.

Когда мы подошли ближе, фонари осветили тропинку, открыв возвышающиеся перед нами белые стены.

Лидеры домов и преподаватели ходили среди нас, тихо переговариваясь между собой. Они все проделывали это раньше. Сегодняшний вечер не был чем-то новым ни для кого из них, даже для грязнорожденного профессора Родригеса или полукровки профессора Виспвуд.

Блейк мелькал между рядами студентов. Его черный плащ развевался на ветру, когда он расхаживал с важным видом, словно был хозяином этого места.

Нам было приказано соблюдать тишину в Святилище, и студенты не осмеливались ослушаться.

Когда мы приблизились, показались два дверных проема. Один для полукровок, другой для высокородных. Было совершенно ясно, для кого какой.

Вокруг арки для грязнорожденных были вырезаны символы в виде сложенных чашей ладоней, с которых капала кровь.

Дверь для высокородных, напротив, была богато украшена блестящими медными вставками, на которых были выгравированы рельефы вампиров, стоящих высоко и гордо, с поднятыми руками, когда они тянулись к чаше Кровавой Девы.

Мы прошли под арками в две колонны. Большинство грязнорожденных студентов вокруг меня молчали и шли, опустив головы, словно в знак почтения.

Я не собиралась им подражать. Я не собиралась склонять голову в этом месте.

Высокородные были менее дисциплинированными. Они приглушенно перешептывались, их голоса нарушали тишину.

Несколько профессоров пробились сквозь толпу, шикая на них. Я наблюдала, как профессор Родригес подошел к тому месту, где стояла Реган, которая переговаривалась с Куинн и Гретхен.

– Замолчите! – Холодный голос Родригеса прорезал ночной воздух. Реган выглядела настолько потрясенной, что я с трудом удержалась от смеха.

– Не заставляйте меня повторять дважды, девушки, или вы все будете наказаны, несмотря на зимние каникулы.

Реган нахмурилась, но замолчала, а Родригес зашагал прочь.

Мы приблизились к арке. Флоренс и Навин первыми переступили порог для грязнорожденных. Я шла за ними.

Храмовый атриум внутри был огромен и освещался только мерцающими свечами. За атриумом я разглядела неф и часть внутреннего святилища, где должно было происходить приношение крови. Ряды белых каменных скамей разделялись двумя широкими проходами. В дальнем конце стоял алтарь – массивная белая мраморная плита, над которой возвышалась статуя Кровавой Девы со сложенными руками.

Я наблюдала, как один за другим грязнорожденные студенты приближались к алтарю. Каждому из них служитель храма вручал маленький церемониальный кинжал. Сделав быстрый надрез на ладони, они позволяли нескольким каплям своей крови упасть в серебряную чашу у подножия алтаря.

После этого они преклоняли колени в молитве, как бы отдавая дань уважения жертве Кровавой Деве. Ирония судьбы заключалась в том, что я не понимала, какую пользу на самом деле получал кто-либо из них.

Высокородные студенты не приносили в жертву свою кровь. Вместо этого они подходили к алтарю с другой стороны, двигаясь с отработанной формальностью.

Приблизившись к алтарю, они склоняли головы в безмолвной молитве, опускались на колени и бормотали заученные слова, прежде чем взять маленькую красную таблетку с серебряного подноса, который держал один из служителей – каждый из них был одет в развевающиеся белые одежды, перехваченные на талии красной тесьмой. Флоренс уже сказала мне, что на каждой из таблеток была капля крови грязнорожденного и они символизировали приношение Кровавой Деве.

Я с отвращением наблюдала, как каждый высокородный клал в рот таблетку, а затем проглатывал ее.

Стоя в ожидании своей очереди, я еще больше чувствовала себя чужой, здесь, в этом древнем месте вампирских обрядов и тайн. Я поплотнее закуталась в плащ. Неужели я действительно должна пройти через эту варварскую церемонию и принести в жертву кровь богине, которой я совершенно не собиралась когда-либо поклоняться?

После того, что я пережила в Аеркануме, с меня было достаточно так называемых богов и богинь.

Когда я шагнула вперед, капюшон соскользнул с моей головы. Я встряхнула кудрями, распуская волосы теперь, когда мы были вдали от пронизывающего ветра. Когда я это сделала, мой взгляд обратился к Блейку. Он подошел к одному из служителей. Все они были женщинами. Интересно, разрешалось ли высокородным мужчинам быть частью Святилища?

Блейк указал на меня. Я почувствовала укол беспокойства, когда выражение лица служительницы мгновенно изменилось, ее глаза округлились, когда она увидела мои волосы. Она сжала мантию в руках