На крыльях крови - Брайер Болейн

Голос Реган прервал мои мысли.

– Блейк, дорогой, – промурлыкала она, дергая меня за рукав. – Ты так пристально смотришь.

Я проигнорировал ее, наблюдая, как Кейдж ведет Пендрагон сквозь толпу к одному из столиков, зарезервированных для Дома Авари.

Рука Реган скользнула по моей груди, прикосновение было неприятным, но настойчивым.

– Блейк, ты меня не слушаешь, – сказала она угрюмо.

Я заставил себя отвести взгляд.

Реган улыбнулась мне.

– Так-то лучше. Танцы вот-вот начнутся.

– Мне это неинтересно, – холодно ответил я.

Реган раздраженно фыркнула.

– Ты сегодня такой зануда, Блейк.

– А ты, как всегда, капризная стерва, – безжалостно огрызнулся я. – Я тебя сюда не приглашал, так что не смотри так обиженно. Иди и найди кого-нибудь другого, чтобы выносить мозг.

Я отвернулся, но успел заметить, как вытянулось ее лицо. Мое настроение испортилось. Внезапно мне захотелось побыть одному. Я смешался с толпой и начал бродить по залу.

Я не мог уйти. Я был обязан присутствовать здесь как Глава Дома.

И как Главам Домов, нам с Танакой также не разрешалось нападать друг на друга. Как бы мне ни хотелось нарушить это правило, я знал, что окажусь в огромной куче дерьма, если так сделаю. Хуже, чем то, что чуть не случилось с Пендрагон, когда она напала на меня.

Куда бы я ни посмотрел, я везде видел Пендрагон и Кейджа.

Как только оркестр заиграл, Танака повел ее танцевать.

Я должен был признать, что у Танаки хороший вкус. Было ясно, что он выбирал это платье для Пендрагон. Вырез, конечно, был слишком глубоким. Мои цвета подошли бы ей больше, но даже в черном с серебром она была просто великолепна. Ее огненно-рыжие волосы блестели на фоне темной ткани платья.

Наряд был потрясающим, открытым, облегающим каждый изгиб ее тела так, что у меня пересохло в горле.

Меня убивало смотреть, как Кейдж водит ее по залу.

Я ходил по кругу и теперь снова добрался до группы Драхарроу.

Реган слишком много болтала и слишком громко смеялась. Она коснулась моей руки и попыталась втянуть меня в разговор, но я вырвался. Я знал, что веду себя как придурок, но я не приглашал ее на бал, и меня бесило, что она вела себя так, словно это было иначе.

Я никого не приглашал. Я знал, что Пендрагон отказала бы мне наотрез. Мысль об этом была просто невыносима.

Заиграла медленная композиция, и я увидел, как Кейдж положил руки на талию Пендрагон, направляя ее в такт мелодии.

Каждая клеточка моего тела приказывала мне вырвать ее из его рук.

Мысль о том, что Кейдж действительно мог верить, что эта ночь может закончиться тем, что он окажется в постели Пендрагон, заставила мою кровь вскипеть. Я ни за что не позволю этому случиться.

Я напомнил себе, что был единственным мужчиной в зале, который знал, как она выглядит под всем этим шелком и серебром. Я помнил каждую деталь. Совершенство ее груди, изгиб бедер, длинные соблазнительные ноги.

Я украдкой взглянул на танцпол, на ее соблазнительные округлости, представив, как опускаю край платья и подставляю прохладному ночному воздуху ее обнаженную грудь, припадая к ней горячим ртом.

Твою мать. Я должен был прекратить мучить себя, иначе я буду всю ночь возбужден.

Кейдж мог решить, что все это просто какая-то игра. Попытка разозлить меня, выставляя напоказ Пендрагон. Но я знал ее гораздо лучше. Разве не так? Она была упрямой, непокорной и ни за что не позволила бы Кейджу принудить себя к чему-то.

Я надеялся, что прав.

И все же в объятиях Кейджа ее лицо озарялось улыбкой, которая казалась искренней, и я сжал кулаки. Она никогда так мне не улыбалась. Она казалась счастливой. Как будто ей действительно было весело.

Я знал, что она рассмеется мне в лицо, если я приглашу ее. Но сейчас, когда я наблюдал за ней с Кейджем, я почувствовал сожаление, что даже не попытался.

Мне нужно было выпить. Что-нибудь, что могло снять напряжение.

Я подошел к бару и заказал бокал кровавого вина. Мне нужно было что-то достаточно сильное, чтобы заглушить образ Кейджа и Пендрагон, покачивающихся в объятиях друг друга на танцполе.

Как только бармен протянул мне бокал, я услышал рядом со мной знакомый голос. Я повернулся и увидел Кейджа, который заказывал два напитка – один для себя, другой для Пендрагон.

– Кровавое вино для меня и пряное вино для леди, – вкрадчиво произнес Кейдж.

Я осушил свой бокал и со стуком поставил его на стол, почувствовав, как хрустнула ножка. Бармен бросил на меня взгляд, но ничего не сказал.

Я повернулся лицом к Кейджу.

– Вино с пряностями? Серьезно? Откуда ты знаешь, что она любит?

Кейдж равнодушно посмотрел на меня.

– Это мелочи, Драхарроу. Когда проводишь с кем-то достаточно времени, начинаешь понимать его.

Я стиснул зубы, а он ухмыльнулся.

– Ты думаешь, что, проведя несколько часов на танцах, ты узнаешь ее? Ты ни черта о ней не знаешь.

Кейджа не было ни на одном из наших занятий. У Дома Авари было свое собственное расписание. Когда это он проводил с ней время? Неужели они встречались без моего ведома?

Кейдж небрежно облокотился на стойку бара.

– Я начинаю узнавать ее получше. Медра полна сюрпризов, не так ли? В ней кроется гораздо больше, чем кажется на первый взгляд.

Я шагнул к нему навстречу.

– Если ты так хорошо ее знаешь, то должен понимать, что она не из тех, кто клюнет на пару модных словечек и немного дешевого вина.

Кейдж приподнял бровь.

– Может, и нет. Но, кажется, ей нравится мое общество сегодня вечером, ты так не думаешь? В конце концов, ты наблюдал за нами достаточно внимательно, чтобы заметить.

– Наслаждайся моментом, пока он длится, – прорычал я. – Ты никогда не узнаешь ее так, как знаю я.

Кейдж улыбнулся, но его тон стал ледяным.

– Так, как ты? Это забавно. Кажется, что ты ее совершенно не знаешь. Или что она не хочет, чтобы ты узнал. Может, ты просто боишься, что она поймет, что кто-то другой может относиться к ней лучше, чем ты?

В моей груди поднялась волна гнева. Руки чесались схватить Танаку за горло и стереть с его лица это самодовольное выражение.

Я сдержался. С трудом. Я бы не доставил Кейджу такого удовольствия – устроить сцену на глазах у всех.

– Это не игра, Кейдж, – сказал я, и в моем голосе прозвучало предупреждение.

Глаза