Фантастика 2026-151 - Сергей Тамбовский

— Отец занимается студенткой Канвуд. Предложил подождать его на кухне. Я пока отлучусь, с вашего позволения. Яр, откроешь мне портал в академию?

Для этого им пришлось выйти. Вернулся Яр уже один. И сразу принял на себя роль хозяина, показав, где кухня. Она была совмещена со столовой, разделял две части лишь стол-остров. Нас с магистром Кеосом усадили за обеденный стол, а Яр отправился на кухню. Я не вытерпела и подошла к нему. Он подогревал на огне кофейник и кастрюльку с молоком.

— Что ты собираешься делать?

— Приготовить раманский кофе. Будешь?

— Помнится, ты мне обещал, — с улыбкой откликнулась я.

Уголки губ Яра тоже тронула улыбка.

— А ты уже научилась готовить вишнёвый пирог?

— Всё недосуг, — покачала головой и серьёзно посмотрела на принца. — Мне страшно, Яр. Я боюсь не того, что у меня не будет времени научиться готовить вишнёвый пирог, а того, что для этого не будет причин.

— О чём ты?

Последнюю неделю он намеренно избегал меня и пришёл лишь сегодня, когда со мной случилось беда. Не мог проигнорировать. Я не глупая и всё понимаю.

— Ты обещал рассказать мне, когда что-то изменится, Яр. Скажи, ты по-прежнему контролируешь свою магию или она начала выходить из-под контроля?

Принц молчал, лишь взирал на меня с какой-то затаённой болью. Я прикусила губу. Неужели это началось? Он перестаёт контролировать магию из-за меня?

— Раманский кофе готовится на взбитом тёплом молоке, — ушёл от ответа Данияр и, налив в стакан молоко, взбил его магией. — Вода в кофейнике вскипает и проходит через молотые зёрна. В итоге получается горячий кофе. — Он сопровождал свои слова действием. Влил кофе в молоко, но необычно, а оставив на поверхности молока кофейный рисунок, и подал мне. — Но я никогда не боялся обжечься, обучаясь его готовить, Джесселин. А ты — боишься?

— Хоть духовка будет раскалена при приготовлении вишнёвого пирога, я боюсь не её жара, — на глаза навернулись слёзы, — а того, что вместо сахара я добавлю в тесто яд. И отравлю того, кто мне дороже всего на свете.

Отвернувшись, я сжала в руках стакан и вернулась за стол. Я — его яд. Я медленно уничтожаю его, но хуже всего, что он уже стал зависимым. Если бы я только знала лекарство от себя, то не пожалела бы за него никаких денег.

Я почувствовала приближение Яра. Он поставил второй стакан рядом с моим и наклонился так, что его ладони располагались на столе по обе стороны от моих. Дыхание обожгло ухо, а в нос ударил неповторимый запах можжевельника.

— Ты забываешь, что яд мне давно стал слаще сахара.

Яр отстранился так же порывисто, как и приблизился, и сел по правую руку от меня, напряжённо глядя в сторону двери. Там стоял мужчина, которого я никогда прежде не видела, но безошибочно узнала. Именно благодаря ему моя жизнь так изменилась.

Кейн Эверус собственной персоной.

Глава 9

— Джесселин Дервуд… так вот какой ты стала, — произнёс он, и я сглотнула, не зная, что ответить.

Он был уже в летах. Старше семидесяти точно, хотя и выглядел крепким и жилистым, но взгляд раскрывал его возраст. Впрочем, я и без того знала, что лучший шаман Малоземья приближался к столетию. Он выглядел бодрым, но несколько разочарованным. В простой рубашке и тёмных хлопковых брюках, он производил впечатление простого рабочего, разве что обереги на шее и на запястьях выдавали в нём мага.

— Рада знакомству. Как Элис? — спросила я.

— Жить будет, хотя за жизнь ей придётся заплатить высокую цену — её источник отныне будет вечно пуст.

— Она не сможет обращаться к магии?

— Не сможет, — покачал головой шаман и сел напротив, бросив короткий взгляд на Кеоса и в частности на его браслеты. — А ты что здесь делаешь, некромант?

— Пришёл покаяться, — усмехнулся Кеос.

— Ко мне ходят не за покаянием, — отозвался шаман хмуро. — Зачем ты пришёл на самом деле?

На лицо Тирона легла тень. Он бросил взгляд на меня и вздохнул.

— Спасите её. Я расскажу всё, что знаю, но вы должны сделать всё возможное, чтобы Джесселин Дервуд была как можно дальше от Талрема.

— Я уже выполнил твою просьбу заочно, некромант. Ещё девятнадцать лет назад я скрыл девушку, чтобы она никогда не попала в крылья фаргоского чудовища.

— С этим возникли проблемы, мастер, — отозвался Данияр, и Кейн перевёл на него хмурый взгляд. — Без вашего присмотра всё покатилось к драксам.

— Я уже вижу, раз вы двое вместе раньше положенных двадцати лет, — Кейн дотронулся двумя пальцами до брови, продолжая хмуро взирать на нас. — Джесселин, разве бусина не должна предостерегать тебя от близости раманского принца?

— С болью вполне можно смириться, если наслаждение от объятий преобладает над чувством страха, — откликнулась смущённо, боясь поднять взор на Яра.

Но его взгляд почувствовала. Наверняка он сейчас вспомнил всё. Все наши объятия, поцелуи… когда я отталкивала его, но всё равно раз за разом позволяла себя целовать. Потому что уже не представляю свою жизнь без раманского принца.

— Значит, нужно было ставить более низкий болевой порог, — без жалости припечатал шаман. — Вы понимаете, что ставите под угрозу обе жизни? Надеюсь, молодой наследник, ты недостаточно привязался к своей истинной? — Яр не ответил, а Кейн Эверус закатил глаза. — Что мне с вами делать, молодёжь? Остается уповать на то, что всё обойдётся и…

— Не обойдётся, — вставил Яр. — Джесселин заражена чернью.

Кейн встрепенулся. Подскочил и подошёл ко мне. Перешёл на магическое зрение и, оттянув ворот моего платья, извлёк чёрный кулон. Глубоко вздохнул и сжал челюсти.

— Как на тебе оказалась эта дрянь?

— Сестра передала мне всю силу, а в ней оказалась и чернь. Мой источник заражён, как вы видите, и было лишь делом времени, когда Талрем меня бы нашёл и… наградил этим украшением.

— Как он уверяет, это всего лишь маячок. Можно сказать таймер, который отсчитывает, сколько осталось времени до полного заполнения источника чернью.

— Откуда вы знаете, что он безопасен?

— Талрем сообщил мне это в наведённом сне. Но не волнуйтесь, больше такие сны невозможны благодаря помолвочному браслету