Фантастика 2026-97 - Ольга Кобзева

Идея конструкторов была в том, что даже если платформа будет накрыта непрерывным огнём противника, то врагу потребуется разобрать практически каждый кусок этой машины войны, чтобы заставить её остановиться.

Когда эти гигантские машины проезжали мимо платформы с Берганом, Мерцем и Ольберихом, то всё живое содрогалось от трепета.

А затем ещё и это отбитое нападение! Вид творящейся наверху чрезвычайно сильной магии был ещё одним поводом прийти в восторг.

Вот только отец Ольбериха и Мерц были не так рады. Они обменялись сложными взглядами, ведь вид тех трёх верховных магов будил у них не самые тёплые воспоминания.

— Эй, сын, сколько раз я тебе говорил не использовать эти глупые аргологизмы⁈ — нахмурился Берган, отчитывая Ольбериха. — Уже достаточно, что мы ездим на аргомобилях, путешествуем в Арголор-бург, слушаем аргорадио и пьём аргокофе, так ещё и говорить мы теперь будем аргословами⁈ — обычно спокойный и взвешенный маг явно рассердился, однако его сын явно упорно придерживался другого мнения.

— Отец, это сейчас аргомодно! — закатил он глаза. — Все сейчас так разговаривают. Ты хочешь, чтобы мои друзья на меня смотрели так, будто я только-только разобрался, где у хищной архисороконожки ядовитый мешок? (ещё одна из триллиона смертоносных тварей Ильрадии) Кроме того, ты сам мне говорил подружиться и обзавестись как можно большим числом знакомств среди будущих наследников окружающих ферм. Как я это сделаю, если ты мне даже не даёшься следовать аргомоде!

— Да потом пособачитесь! — прервал их нетерпеливый Мерц. — Лучше давайте обсудим этот парад! Эй, Берган, ты как самый башковитый из нас, какое твоё мнение о той мега казни? Мне, если честно, прям понравилось. Надо что-то похожее устроить, когда поймаем очередную группу посевных рейдеров!

«Посевное рейдерство» стало забавным казусом, появившемся именно благодаря чрезвычайной дороговизне растительной продукции на рынках Тароса. Желающие по-быстрому сорвать куш банды покупали или арендовали небольшие суда или машины, после чего производили набеги на самые дорогие плантации редких трав и растений. По-быстрому собрав их, они растворялись в бескрайних просторах Ильрадии.

— Мы ещё к этому вернёмся, — многообещающе пообещал он сыну, но всё же позволил Мерцу себя отвлечь. — Парад неплох, в чём-то даже лучше, чем тот, что проходил в Хольбурге. Там, конечно, было куда больше золота и драгоценностей, но показанная здесь мощь лучше всего демонстрирует народу то, чего они ждут больше всего — безопасность. Но признаюсь, я поражён скоростью, с которой этот дракон сумел развить своего духа.

— А что с этим не так? — удивился мало понимающий в магии, тем более такой редкой, как шаманизм в Империи, Мерц.

— То, что обычно духам требуются тысячи, ну или, при удаче, сотни лет, чтобы достичь ранга великого духа, — тяжеловесно протянул Берган. — Я не могу даже представить, что этот дракон сделал, чтобы так сильно увеличить эволюцию элементаля, низведя её до каких-то ста лет.

— Это так преувеличенно? — засомневался Мерц, на что получил невеселый взгляд друга.

— Максимальный ранг элементалей, которые живут на Таросе, это Мировые духи, и каждый из них имеется лишь в единственном числе, представляющем свою стихию. Каждый из них, при желании, способен уничтожить этот мир, и великие духи находятся прямо под ними, — Берган взглянул на зачарованно слушавшего сына и незаметно вздохнул. Его огорчало то восхищение и преклонение, которое Ольберих испытывал к Аргалору. Аргалориум слишком хорошо научился промывать разумным мозги, и попытки Бергана показать сыну то, как обстоят дела на самом деле, натыкались на его подростковый протест.

— Выше Мировых духов мне известна лишь одна единственная категория — Изначальные духи. Это элементали, вышедшие за границы отдельных миров и невероятно сильно погрузившиеся во вселенский стихийный океан. Теперь ты понимаешь, насколько великие духи сильны?

— Слушая это, я вновь вспоминаю, какой хорошей идеей было свалить в Ильрадию! Тут тебе никаких тебе разумных сверхмонстров на каждом шагу. — криво улыбнулся Мерц, но Берган неожиданно не согласился.

— Это так, но наличие такого числа чудовищ даже по вселенскому уровню делает Тарос одним из самых защищённых мест против иномирных вторжений. Та же Ильрадия сейчас так спокойная исключительно из своих связей с Таросом, — глаза Бергана сверкнули решимостью. — Именно поэтому, когда мы вернёмся, я буду продвигать идею создания нашего собственных ильрадских полков.

— Что⁈ — вся весёлость мигом исчезла, и Мерц раздраженно уставился на своего друга. — Какого хрена, Берган⁈ Мы только-только свалили из-под жопы этого дракона, а ты нас обратно к нему решил потянуть? Да ещё и ценой наших новых соотечественников?

— Ты не понимаешь. — вздохнул Берган, на что Мерц зло рассмеялся.

— Ну так ты мне тогда объясни!

— Что, ты думаешь, будет дальше? После этого парада? Я тебе отвечу: Аргалориум превратит это событие в грандиозную победу, которым оно и является. Это же, в свою очередь, запустит невероятный энтузиазм в вербовочных пунктах. Всякий же, кто будет стоять в стороне, получит плохую репутацию. Более того, именно сейчас, пока Аргалориум в самой высокой точке, нам стоит присоединиться и привлечь к себе внимание…

— Ладно-ладно, я понял, опять эти твои планы, — скривился Мерц. — Я лишь надеюсь, что ты всё хорошо рассчитал и мы не сдохнем из-за твоих амбиций.

— Наших амбиций, — поправил его Берган. — Ведь если у нас всё получится, то мы сможем стать чем-то большим, чем обычные богатые фермеры. Ильрадия пока остается в стороне, и мы первыми дадим понять, за кого мы именно стоим, и тем самым соберем большинство благосклонности Аргалора и его людей.

— Как скажешь, друг, — хмыкнул Мерц. — Но, зная тебя, ты уже, наверное, даже придумал название для нашего полка? Придумал ведь, а? Да ладно, не мни яйца, выкладывай!

— … — холодно дернул щекой Берган. — Ты меня слишком хорошо знаешь, — он чуть пожевал губами, раздумывая, говорить сейчас или нет. — Ильрадские дьяволы.

— В честь тех суперпрожорливых и чертовски трудно убиваемых насекомоподобных тварей? Подходящее название! — одобрительно кивнул Мерц. — Знаешь, а я даже рад. Давненько не разгонял кровь какой-нибудь большой войной!

* * *

Парад закончился, и, как догадался Берган, машина пропаганды Аргалориума взревела на полную катушку.

«Победа Аргалориума!», «Мы можем праздновать даже сейчас!», «Аргалориум победит!» — эти и многие другие