Леди Горничная - Илона Волынская

Мы просто вывалились за порог и покатились кубарем по захламленному двору.

Бабахнуло!

За узкими окнами фабрики полыхнуло пламя. Окна вынесло. Стекло разлетелось мелкой сверкающей пылью. Меня придавили к земле, закрывая затылок сцепленными руками… Вслед за стеклом из окон плеснул металл.

Вжжжжиуууу! Дзинг-дзигнг-дзинг! Волны перекореженного, дробленного в мелкую пыль железа метались между стенами фабрики, хлестали по старому камню толстыми железными хлыстами. Удар! Толчок! Грохот шрапнели! Рокот! Стук! Бряск! И дробный шорох осыпающейся железной пыли.

Пламя в последний раз полыхнуло за окнами и принялось медленно опадать, лишь изредка подсвечивая сквозь выбитые окна желто-оранжевыми сполохами. Я уцепилась за что-то… за кого-то… и медленно поднялась на ноги. Сильная рука обхватила меня за плечи и…

– Ушел! – орал мой спаситель, потрясая кулаком в сторону развороченной, висящей на одной петле фабричной двери. – Ушел, скотина, тварь такая!

– Живы! – выдохнула я и впилась в губы лорда Трентона жадным, почти злобным поцелуем.

Глава 45

На краю любви

– Ого! – сквозь поцелуй буркнул он, и ответил. Да так ответил, что еще немного, и мы рухнули бы прямо на кучу ветоши, припорошенной железной пылью.

Пришлось рвануться, высвобождаясь из его рук. Мы замерли, глядя друг другу в глаза и тяжело дыша. Он смачно, как налопавшийся кот, облизнул окровавленную губу.

Это его там, в драке? Или сейчас… я?

Судя по ухмылке – я. И он был бы отнюдь не прочь продолжить, и сейчас, кажется, обижен на меня, что я это самое «продолжение» прервала. Точно, выражение лица стало склочным… именно с таким он после бессонной ночи отсылает недостаточно крепкий, или недостаточно горячий кофе на кухню.

– Это входит в обязанности горничной? – он обвиняюще кивнул в сторону фабрики.

Как будто я ее разгромила!

– Это входит в права леди! – огрызнулась я. Моя фабрика, хочу – громлю! Хотя вообще-то не хочу… Я вздохнула и честно созналась: – Я такого не планировала.

– Чего именно? Быть убитой? – продолжал беситься он.

– Этого – тем более! – отрезала я. Вот что привязался? Самого-то всего год назад домой с пулей в плече приволокли! Или он думает, кто-то поверил, что его на заседании Имперского Совета подстрелили? – Я вообще сама никогда не ввязываюсь в драки!

Правда, поглядите на меня, с кем я могу толком… а тем более, с успехом, подраться?

– Всегда нахожу кого-нибудь, кто сделает это за меня!

– А в этот раз желающих не нашлось? – хмыкнул он.

– Почему не нашлось? – вздернула брови я.

Или он и впрямь думает, я настолько потеряла навыки, что пожелай я уйти из дома совершенно незаметно, этот член Имперского Совета сумел бы меня выследить? Я окинула его насмешливым взглядом: от всклокоченных, припорошенных металлической крошкой волос, по измазанному мазутом и драному костюму до… О! Интересно-то как… как надо было постараться, чтоб ботинок из шкуры василиска подрать?

Вслед за моим взглядом лорд тоже опустил глаза… изумленно хмыкнул, пошевелил выглядывающими из раззявленного башмака пальцами – носки уцелели, вот что еще удивительнее! – и вздохнул:

– Я бы пришел и раньше, – он вдруг виновато отвел глаза, а вздохнул и вовсе – покаянно. – Дурак! Даже мысли не было, что тут кто-то есть. Хотел поглядеть, куда те, с телегой, направились…

– Я тоже не подумала, что тут кто-то есть, – кивнула я. – А куда телега поехала, я и не глядя знаю. Очень сложно скрыть что-то от меня на земле рода.

– Ну да… глава рода…

Он словно только сейчас понял, что я и впрямь – глава рода де Молино, а вокруг – мои земли, где от меня невозможно что-то скрыть. Почти невозможно… Я со вздохом покосилась на фабрику. Я глава всего второй день, а разбираться приходится, что тут Тристан творил годами!

Потрепанный в драке лорд стоял, растеряно хлопал глазами…

Смешной…

Он поймал мой взгляд… и вдруг преисполнился деловитости.

– Поехали домой!

– А тут… – я оглядела разгромленный двор.

– Что мы можем сделать тут? – он пожал плечами. – Полицию вызвать?

Я представила ночной разговор с Барракой, содрогнулась и энергично покачала головой.

За воротами, рядом с моим мерином, была привязана одна из упряжных лошадей – похоже, лорд позаимствовал ее из того же самого загона. Ехали мы быстро и молча, вернули лошадей на место… лорд направился было к парадному крыльцу, но я покачала головой и провела его через черное, для слуг. На цыпочках мы прокрались мимо кухни, где тихо тлел притушенный очаг и доносилось похрапывание Фло.

Меня пошатывало. Усталость навалилась как-то быстро, сразу, будто поджидала меня в доме и прыгнула на плечи, стоило мне лишь переступить порог. Белеющая сквозь мрак лестница казалась препятствием, непреодолимым, как горный хребет. Хотелось сесть на ступеньку, привалиться к перилам да тут и заснуть, и плевать, если утром об меня споткнется прислуга.

Сонная темнота дома вдруг ринулась мне навстречу, а лестница, наоборот, отдалилась… и сквозь усталую муть я поняла, что меня несут вверх по ступенькам. С облегчением выдохнула… и привалилась к плечу Трентона, согреваясь в его руках как в детстве под одеялом.

Меня несли сквозь мрак, сквозь спящий дом, неслышной походкой скользя вдоль закрытых дверей…

– Моя комната в другой стороне, – не поднимая головы от его плеча, пробормотала я.

– Там нет ванной, – мне на ухо выдохнул он.

– Сильно испачкалась? – сонно поинтересовалась я.

– После драки, взрывов и пожара? Совсем чуть-чуть… – его тихий голос зазвучал насмешкой. – Но леди Марита, пожалуй, все равно удивится, если увидит… вас. А потом то, что осталось от фабрики.

– Скажу, что я там прибиралась. Я же го-о-орничная… – не сдерживая неприличного зевка, выдохнула я.

Он хмыкнул.

Легкий сквозняк, дверь в его комнату открылась и тут же захлопнулась за спиной.

Этот человек и впрямь как кот, всюду приносит свои запахи! В отведенной ему комнате моего дома пахло точно, как в кабинете Трентон-холла: бумагой, выдержанным бренди, самую капельку гарью и раскаленным металлом.

Меня пронесли через комнату – снова движение воздуха от распахнувшейся двери, стук падающих капель, который сменился негромким шорохом воды. Меня усадили. Теплые пальцы обхватили щиколотку – ботинки стянули один за другим, они негромко стукнули, падая на пол. Потом стянули изодранные в клочья чулки, словно мимоходом огладив ноги от бедер до кончиков пальцев. Глаз я не открывала – не хотелось. Я лишь чувствовала запах, ощущала прикосновения…

Он касался меня бережно и… дразняще: его ладони прошлись от шеи вниз по спине, потом обхватили талию. Шнуровку на платье распутал быстро и умело, выдавая