Фантастика 2026-151 - Сергей Тамбовский

— Ваш сын действительно собирается жениться на Джесселин? — уточнила матушка.

Он уже женился, правда, по драконьим традициям. Как же матушке сложно поверить, что меня мог полюбить самый завидный жених Райвима. Это никак не укладывается в её картину мира. И пусть это и вызывало раздражение, я его сдержала, продолжив пить остывший чай.

— Это даже не обсуждается, — сердечно произнесла королева и первый раз за время диалога улыбнулась мне. — Отныне Джесселин — член нашей семьи, и мы никому не дадим её в обиду.

Глаза наполнились слезами благодарности. Столько теплоты и участия было в голосе королевы. И особенно отрадно это слышать после того, как она узнала, какому риску подвергается её сын из-за меня. Но королева всё равно поддержала Данияра, хоть наверняка и злилась на нас обоих.

— Спасибо, — прошептала, отчаянно пытаясь сдержать слёзы.

Купава кивнула и вновь обернулась к моим родителям, а затем скастовала заклинание — я не видела его никогда прежде, лишь слышала — «сделка». Родители должны подтвердить свои намерения, чтобы королева точно знала: они не играют на две стороны.

Были оглашены тезисы, и после их скрепили рукопожатием, сопровождавшимся вспышкой магии. Они не могли рассказать об этом разговоре никому. И после нашего удачного обмена — хранить молчание. Я облегчённо выдохнула. Теперь осталось только найти Эрелин!

— Джесселин, ты можешь пока отдохнуть, а после начать готовиться к балу. Тебя проводят.

Одна из фрейлин взяла меня под локоть и улыбнулась. Путь до покоев был недолгим, зато внутри я обнаружила книгу, которую отдала лакею в столовой — рукопись Бажены!

«Яр, — вновь позвала мужа, — ты где?».

«В Аверосе, — откликнулся дракон. — Ищу твою сестру. Мне удалось сузить круг поиска, но всё же здесь целый город. Кстати, Трей со мной. Без него и его влияния на местных жандармов было бы сложнее».

Трей и Яр сотрудничают⁈ Удивительно!

Но главное, что они скоро найдут сестру. Я села на софу и разложила перед собой книгу. Должна признать, что Бажена была первоклассной художницей — её рисунки словно оживали. Но удивляло меня не это.

Дело в том, что многие события в книге совпадали с реальностью. Правда, в произведении гномки Джесси выкрала Яна — так она назвала сокращённо героя — с бала, закатав того в ковёр, подумав, что он мёртв. Но он оказался живее всех живых и потребовал от девушки заключения помолвки, заявив, что она — его истинная. Но Джесси сбежала (прям как я) и поступила в академию, где они с Яном случайно и встретились… когда героиня защитила хомячка от академических забияк!

Хм, в принципе, это ей было известно, поэтому могла перенести из реальности, но остальное…

На Джесси было смертное проклятие, снять которое помогла жертва — она закрыла собой сестру, попав под магическую молнию злодея. Но молния её не убила, а лишь растворила в ней проклятие. А вот кульминация оказалась неожиданной: сестра ушла в зеркало, подарив всем мир и свободу.

— Необычно, — пробормотала я и отложила книгу.

Оказалось, что я потратила больше двух часов на чтение, и на пороге давно уже топталась горничная, боясь отвлечь меня.

— Леди, простите, что приходится вам напоминать, но мне велено подготовить вас к балу.

— Да, точно, делайте, что нужно.

Дважды просить не пришлось. Прислуга во дворце была вышколенной, поэтому подготовка завертелась полным ходом. Уже к семи часам меня надушили, сделали высокую причёску и облачили в вечерний туалет. И теперь я застыла перед зеркалом, невесело размышляя о будущем.

Платье цвета морской волны было сшито из переливающегося атласа. Плотный корсаж украшен серебряной вышивкой в виде волн, а пышная юбка расходилась мягкими складками, будто водная гладь. Лёгкие тюлевые рукава-крылышки спускались с плеч, добавляя образу воздушности. При движении ткань мерцала, словно вода в лунном свете. Красиво, даже волшебно.

— Её величество позаботилась о наряде для вас, — поделилась горничная.

— Её величество очень добра.

— Лучшей королевы и пожелать нельзя! — воодушевлённо воскликнула девушка. — Позвольте проводить вас в антикамеру?

Я собиралась кивнуть, но в этот момент в отражении зеркала блеснул красный росчерк, а в сознание ворвался такой знакомый и родной голос:

— В этом нет необходимости. Я сам провожу леди Эндервуд.

— Яр, — выдохнула я облегчённо и бросилась к мужу.

Горничная поспешила выйти, а я буквально повисла на шее наследника, обнимая его и вдыхая такой родной запах. Заметила, как его зрачки привычно вытянулись, и принц склонился к моим губам, желая запечатлеть поцелуй, но остановился.

— Испорчу макияж, — с сожалением выдохнул он. — Нельзя сейчас рисковать доверием его величества Вильгельма.

Мне хотелось как маленькой захныкать. И всё-таки поцеловать Яра. Но я сдерживалась, лишь губы облизала. Честно-честно не дразнила наследника! Просто так само получилось, что его глаза полыхнули огнём.

— Ладно-ладно, поняла, — буркнула я смущённо. — Тебе удалось найти Эрелин?

— Целую и невредимую, — хмыкнул он. — Она действительно твоя копия. Как я раньше не замечал её в академии? Удивительно. — Он тряхнул головой и продолжил: — Сейчас ею занимается моя сестра, изменит ей цвет волос, но… подготовка займёт некоторое время, поэтому нам с тобой всё равно придётся выйти к Вильгельму. Иначе он может что-то заподозрить.

— Главное, что теперь Эрелин отправится домой с родителями. Только я переживаю, не выкрадет ли её по пути некромант?

— Она ему без надобности, пока ты здесь, — уверенно заявил Яр. — Источник тьмы — в тебе. Она полностью передала тебе магию, до последней капли, поэтому, даже учитывая её беременность ребёнком с зачаточной силой некромантии, заразиться от него чернью она не может.

— Она всё-таки беременна, — будто до последнего не могла поверить я. — Как малыш? Что его ждёт в будущем?

— Не знаю, Джесселин, — покачал головой Яр. — Некромантия под запретом… Либо он всю жизнь будет ходить в антимагических кандалах, либо…

— Неужели некромантия несёт одно зло? Не бывает ведь абсолютно чёрного, как не бывает и абсолютно белого.

Принц не ответил, лишь покачал головой.

— Давай решать проблемы по мере их поступления? Пока нужно решить вопрос с подменой. К сожалению, твоё платье в единственном экземпляре. Когда я сообщу тебе, что Эрелин готова, ты прольёшь на юбку сок и извинишься, сказав, что тебе нужно переодеться. А выйдет уже Эрелин.