Призрак крепости Теней - T. C. Эйдж

class="p1">– Вы обещаете, что позаботитесь о ее безопасности, сэр Элион? – спросила Сесилия и одарила Шаску слащавой улыбкой. – У нее добрая и честная душа, она заслуживает счастья. Вы лично проследите за ней?

В вандарийском плаще и серебристом нагруднике Элион выглядел особенно галантно.

– Конечно, миледи.

– Обещайте. – Леди Сесилия вытащила кинжал и протянула вперед свободную руку. – Поклянитесь на божественной стали, сэр Элион, что Тильда будет в безопасности.

Казалось, Элиону не очень понравилось это предложение, но он не стал возражать. Сесилия взяла его за руку.

– Я обещаю, – немного неохотно сказал он. – Обещаю, что позабочусь о ее безопасности, насколько смогу. Клянусь божественной сталью.

Леди Сесилия будто наверняка знала, насколько серьезно Элион Дэйкар относится к подобным клятвам, и теперь вовсю веселилась, вынуждая его к этому.

– Хорошо, – заключила она, освобождая руку в фетровой перчатке. – Теперь я могу вернуться в Илитор спокойно, зная, что эта милая невинная девушка будет в безопасности. Тильда, сэр Элион, прощайте. Надеюсь, однажды мы встретимся снова.

Сесилия поклонилась, слегка взмахнула полами плаща и ушла. Шаска смотрела ей вслед, чувствуя, как легко и беззаботно вздымается грудь, и у нее вырвался долгий вздох облегчения.

Они двинулись по лагерю, ничего не говоря. Элион лишь велел Шаске натянуть капюшон и спрятать лицо, чтобы никто не заметил, как она входит в его шатер. Несколько солдат стояли на страже, слуги и работники суетились вокруг, но все важные персоны по большей части были заняты осадой. Пока они шли, Шаска хорошо разглядела лагерь. Стоял ясный, светлый и ветреный день, небо в кои-то веки не затянуло снежными тучами. По пологим склонам к югу от Болотной крепости было разбросано около двух десятков катапульт и требушетов, которые время от времени метали в стены камни и валуны.

Оказавшись в шатре Элиона, Шаска сказала:

– Это не поможет, ты же знаешь. – Она указала рукой в сторону крепости, пока Элион опускал пологи шатра. – Стены очень толстые. Камни и валуны ничего им не сделают.

Закончив с пологом, Элион взялся разводить огонь в жаровнях.

– Я знаю, – ответил он, помешивая угли. – Все это знают, я думаю. Но Райлиан очень дотошный. Он попытается пробить дорогу в крепость всеми возможными способами, прежде чем рискнет жизнями своих людей.

– Он кажется хорошим человеком.

– Он такой и есть. – Элион поджег хворост в жаровне тонкой свечой. За ним занялись ветки потолще, а в конце концов разгорелись и угли. – И совсем не похож на своего подлого отца. С нетерпением жду того дня, когда Джанила падет и Райлиан займет трон. Он справедливый, благородный человек и станет прекрасным королем. Такой нам сейчас нужен как никогда. Эллис пляшет под дудку Джанилы, а Годрин сходит с ума.

Эти слова показались Шаске обидными.

– Кто сказал, что Годрин сходит с ума? – спросила она. – Это неправда. Он немолод и любит говорить загадками, но вполне в своем уме, уверяю тебя.

Элион пожал плечами. Разобравшись с жаровней, он бросил в огонь шкурку апельсина и несколько тонких веточек виноградной лозы, чтобы сделать запах дыма более сладким.

– Может, ты и права. В основном эти слухи распространяют тукоранцы, потому что им выгодно, чтобы люди так думали. – Элион подошел ко второй жаровне, но в последний момент решил, что пока хватит и одной. – Там есть напитки и еда. Для вина еще рано?

– Элион, еще только утро.

– Точно. – Он продолжал осматривать шатер и скользнул взглядом по кровати. – Пожалуй, скажу, чтобы мне принесли тюфяк. Ты можешь занять кровать, пока мы решаем, что делать дальше.

Все мысли Шаски, кроме воспоминаний о той ночи, улетучились.

– Наверное, нам лучше спать отдельно, пока ты здесь, – не унимался Элион. – Не хочу, чтобы ты думала, будто я пытаюсь воспользоваться тобой.

Шаска невесело усмехнулась.

– Мне кажется, это я воспользовалась тобой, Элион. – Она озабоченно нахмурилась. – Я… Я ведь не принуждала тебя, правда? Той ночью…

Элиона, похоже, весьма позабавило ее предположение.

– Меня вообще сложно к чему-то принудить, Шаска.

– Да, но я…

– Не думай об этом. Мне ли жаловаться? Но, вероятно, нам следует позаботиться о том, чтобы такое больше не повторилось. Это все только усложнит, и нам будет еще труднее расстаться.

«Кто бы говорил», – подумала Шаска. Она сомневалась, что он будет так уж сильно терзаться, учитывая его опыт в подобных делах. «А я?» Теперь она чувствовала к нему неоспоримую привязанность, которую сама не могла до конца понять, но решила не давать воли чувствам и не углубляться в размышления, а сосредоточиться на более насущных проблемах, с которыми они оба столкнулись.

– Я добуду тебе побольше одежды, – сказал Элион. – У тебя есть какие-то особые пожелания?

«Наряд служанки, – подумала Шаска. – Так я смогу прокрасться в шатер Кастора и перерезать ему горло».

– Достаточно простой одежды. Что-нибудь для непогоды и холодов.

– Конечно. – Он пристально посмотрел на нее, словно угадал, о чем она думала. – С тобой ведь все будет в порядке, пока меня нет рядом? Ты же не собираешься улизнуть, чтобы попытаться завершить свою миссию?

– Нет, конечно.

– Шаска, ты должна пообещать мне это. Если попытаешься убить его и будешь поймана, я буду отвечать. Нельзя, чтобы меня заподозрили в связях с расаланским шпионом. Даже то, что ты здесь, – это уже большой риск не только для меня, но и для моего дома и моей семьи. Можешь остаться, пока я не придумаю, как безопасно вывезти тебя из лагеря. Но ты должна пообещать, что не будешь пытаться убить Седрика Кастора.

Он не стал принуждать Шаску к клятве на божественной стали. Такие клятвы дают рыцари и люди чести, а не наемные убийцы и шпионы.

– Я обещаю, что не буду пытаться убить Седрика Кастора, – пообещала Шаска, нарушив при этом другую клятву – ту, что она дала Мэриан.

Но долгие дни, проведенные в лагере, показали, что Элион был прав. Кастор теперь редко снимал свои доспехи, разве что на ночь, но в это время у его шатра всегда дежурили по меньшей мере два Изумрудных стража. К тому же поговаривали, что он спал сжимая в руке кинжал из божественной стали, который даже во сне обострял все его чувства. Один неверный шаг, один звук – и Кастор проснется, готовый к любой опасности. Такая затея казалась невозможной, да и не имела особого смысла. Элион сказал, что убийство Кастора никак не поможет положить конец войне. «Да, – подумала Шаска, – но оно поможет мне избавиться от ночных кошмаров».

Элион подошел к письменному столу, установленному в задней части палатки. Он был завален книгами по истории, политике и войне.