Дипломная работа. Книга 2 - Василий Кораблев

— Для того вы мне и нужны, — задумчиво проворчала кукла. — Уничтожить последнего.

— Что?

— Что? А вы, мистер секретный агент, разве не знали, что он тоже из ихних? Он последний из головы Волка.

Впрочем, очутившись в костнице и осмотрев страшный скелет, Гай Катулл несколько успокоился. А уж когда выяснил, что тут находится Неписаная рукопись, так и вовсе возликовал.

— А можно я тоже пошлю в прошлое весточку? Ведь это возможно? — приставал он к учёному, занятому подготовкой саркофагов.

— Нельзя! Вы не понимаете, насколько хрупка реальность, — раздражённо отвечал тот. — Один предмет может изменить буквально всё. Да и зачем? Разве вам мало того, во что превратился Офир? Ничего трогать нельзя, пока я не уберу отсюда эти чёртовы саркофаги.

— Тогда что вы предлагаете? Запечатать навсегда это помещение? Это же такая власть в нужных руках! — недоумевал офирец. — Нельзя, чтобы рукопись досталась землянам.

Костомаров не ответил. Он злобно отбросил в сторону бесполезный гаечный ключ и задумался. Саркофаги были намертво прикручены к полу, а головки болтов сорваны, словно бы Достоевский работал в пьяном угаре. Маразм. Почему он должен всё делать сам? Нужно было заранее позаботиться о каждой мелочи, о техниках например, о специнструменте. А ещё: как их везти, эти гробы паскудные? Систему жизнеобеспечения с собой не потащишь, она слишком громоздкая, да ещё этот пронырливый иномирянин со своими вопросами. Что же делать-то? Стоп. Есть же Громовержцы. Нужно связать их систему фильтрации ихора с саркофагами, наколдовать левитацию — и никаких колёс более не потребуется.

Подозвав солдат, он попросил их повернуться к нему спиной и, объяснив Гаю Катуллу, что собирается сделать, приступил к работе.

Офирцу было скучно. Он погулял по костнице, осмотрел оборудование, сделал несколько объёмных снимков на память рядом со скелетом Выродка, а затем, пользуясь тем, что на него не обращают внимания, приблизился к проектору и с любопытством вгляделся в текст. Первоначально, обследуя пещеру, он был уверен, что текст на русском, по крайней мере, так ему сказал его внутренний автопереводчик, а другие помощники, такие как расширенная память, искусственный интеллект и анализатор, вкратце поведали об устройстве фиксатора, работавшего с Неписаной рукописью. Анализатор обозвал данное устройство крайне примитивным, и Гай Катулл был с ним совершенно согласен, тем более что все офирцы были склонны доверять мнению своих электронно-вычислительных устройств. Какая-то архаичная механика, колдовские артефакты папуасов, — это он имел в виду «Соглядатай» и устройство записи в виде рубинов, которые в принципе никто и никогда для таких целей и не использовал. Но вот текст...

Когда он вновь подошёл к проектору, то автопереводчик опять бодренько доложил, что текст на русском, однако Гай Катулл своими глазами увидел, что это не так. По экрану бежала знакомая офирская вязь с характерными точками и значками, а такого в принципе не могло быть. Ведь это была тайнопись, доступная лишь высшим государственным чинам. Военный обернулся и посмотрел на Костомарова, занятого работой. Спросить его или нет? Почему текст изменился? Но искусственный интеллект тут же напомнил ему, что отвлекать такое выдающееся существо будет неблагоразумно, ведь от того, как пройдёт операция, зависит всё, в том числе будущая карьера самого Гая Катулла. А как же тайнопись?

Офирец повернулся к экрану и ещё раз сверился с данными своих электронных помощников. Нет, не тайнопись, утверждали они, — русский. А. Б. В. Г. Д... Что, и эта закорючка с короной, означающая монарха, тоже русская? Почему тут написано про какого-то мужчину, который лежит на кровати и вспоминает события прошлого? Но, судя по тексту, речь идёт вовсе не про сограждан, а про некий народ, поклонявшийся голове Змеи. Дьявольщина! Это же про детей Выродка!

Гай Катулл вздрогнул и посмотрел на скелет в углу пещеры. Краем глаза ему показалось, будто бы тот шевельнулся. На всякий случай он потянулся рукою к поясу, где висел личный квантовый телепортатор. Ничего страшного. Чтобы ни случилось, он выживет. У него защитное силовое поле и мантия, защищающая от любых проклятий и зловредного колдовства. Тем более что от скелета не исходило никаких энергетических эманаций. Это просто старые кости. Скорее всего, костница, внутри которой они находятся, так влияет.

На всякий случай он подождал немного, прислушиваясь к ощущениям и отчётам анализатора, но больше ничего странного не происходило. Скелет Выродка... Да его и скелетом было сложно назвать, скорее костяной голем, собранный из разных, неподходящих костей, стоял неподвижно, как и полагалось мёртвой материи. Ну а если нечем себя занять, так почему бы не почитать тайнопись? Всё же приятно видеть в этом отсталом, архаичном мирке элементы родной культуры. Офирец хмыкнул и прочитал самые верхние строчки — «...Отец нашёл возможность вылечить нашего брата-ежа».

*****

Шэнь Су-си хитро улыбался. Возможно, впервые с того момента, как они вернулись из Офира. Денис от радости аж подпрыгнул, слетел с кровати и в мгновение ока вытянулся перед учителем, словно солдат на смотре перед генералом. Морщинки на жёлтом лице учителя ещё больше сморщились и стали походить на змеиную чешую.

— У нас не так много времени, — сообщил ему Шэнь Су-си.

— Я слушаю, я всё сделаю, — понимающе кивнул Денис.

— Сначала слушай. Валерке осталось жить всего три дня. Сейчас его силы поддерживает его учитель, меняя свою жизнь старика на жизнь молодого мужчины. Он сам так решил, но Отец не велит нам гибнуть понапрасну, а умрёт молодой Ёж — умрёт и старый, им недолго осталось, проклятье не одолеть терпением, тем более что его противник тоже всё ещё жив, пусть и остался в Офире.

Денис вздрогнул, припомнив, как во время той битвы у них под ногами разверзлась сама земля, выпуская наружу огненные языки пламени и фонтаны чёрного пепла, а затем началось землетрясение. А вслед за этим арена, считавшаяся неуязвимой для любой природной стихии, начала стремительно рушиться. И если бы не учителя, спасшие их, то они бы уже давно провалились в огненную пропасть. Да там никто бы не выжил. Началось извержение вулкана. Там был сущий ад. Станислав Чёрный погиб, он точно не смог бы выжить, оказавшись в жерле вулкана, там же температура — караул. Пусть он и огненный змий, но там же лава. Почему учитель утверждает обратное? Он же своими глазами видел, как Станислав провалился.

— Он не мог выжить...

— Не перебивай старших!

Учитель резко переменился в лице и взглянул необычайно сурово.