Белый кот старейшины Цунчжэ. Том 1 - Юй Сы

– Пойдемте, – наконец сказал он, заходя внутрь.

Арена была идеально круглой, вокруг нее искрились барьеры, ровный слой песка покрывал поверхность. Арену обрамляли высокие деревянные трибуны, разделенные на шесть секторов: каждый выкрашен в свой цвет, а над верхушкой каждой башенки, которой заканчивались трибуны, развевались полотна с изображением символов сект. Над темно-зеленым сектором красовалось знамя Юньхэ – летящий журавль на темно-зеленом фоне. Около входа на арену стоял большой черный шатер с эмблемой перекрещенных свитка и пера – символ альянса Лунъюэ.

Цин Юйдунь повернулся к ученикам и проинструктировал:

– Вам предстоит записать свои имена в списки. Первые три боя вы проведете с другими учениками Великих сект, три боя – с учениками Двенадцати кланов и четыре – с теми, кто захочет сразиться с вами из цзянху. Если вы хотите сразиться с кем-то определенным из Пяти сект и Двенадцати кланов, запишитесь в список – альянс Лунъюэ устроит бой. Если у вас нет предпочтений, тогда все решит случай.

Новички на Конференции переглянулись и побледнели. Если кого-то выбрать, то хотя бы будешь знать противника, а так… сражайся незнамо с кем. Заметив их переглядывания, старейшина Цунчжэ продолжил:

– Правила рассчитаны на то, чтобы все было честно. Чем меньше вы знаете о противнике, тем натуральнее будет бой. В реальной жизни вы никогда не знаете, с чем столкнетесь. – Его пронзительный взгляд окинул съежившихся учеников. – Вперед. – Цин Юйдунь махнул рукой на шатер, отходя в сторону.

Ученики робко топтались на месте. Наконец Цай Хуэй смело вышла вперед и направилась к шатру, и Хоу Пэн тут же побежал за ней.

– Шицзе, куда ты спешишь? Хочешь записать свое имя рядом с моим? – поддразнивал он ее, но девушка лишь фыркнула и исчезла в шатре. Ее шиди скрылся вслед за ней.

А-Цю и Мин Дань переглянулись и поспешили за ними. Следом потянулись и остальные, обсуждая, с кем бы они хотели сразиться.

Старейшины остались снаружи. Им не нужно было записываться – альянс Лунъюэ прекрасно знал, кто из старейшин приехал на Конференцию. Дай Юнь скучающе разглядывал трибуны: только секта Линьцзи, как хозяйка, была почти в полном составе, остальные же секторы пока пустовали. Хао Лэй пошел со своими учениками, напоминая курицу-наседку с цыплятами.

Цин Юйдунь тоже окинул взглядом арену, невольно вспоминая, как он впервые приехал сюда. То время было так давно, что он уже забыл, как выглядел его противник, но запомнил то необычное чувство, что всколыхнулось в его груди, когда он сразил оппонента.

– Вспоминаешь свой первый бой? – спросил Дай Юнь. Цин Юйдунь вздрогнул от его проницательности и перевел на старейшину взгляд. – Значит, угадал? – усмехнулся тот. – Я тоже. Всегда вспоминаю свой первый бой, видя эту арену. Правда, сражался я не на этой.

– Не на этой? – переспросил Цин Юйдунь.

– На смешанной арене, – отозвался Дай Юнь.

Цин Юйдунь тут же сообразил, что тогда Призрачный старейшина не состоял ни в одной секте и сражался как бродячий заклинатель. Цин Юйдунь не знал, как Дай Юнь попал в Юньхэ, но и спрашивать было не в его привычке.

– Ты выиграл? – просто спросил он.

– Нет, позорно проиграл. – Губы Дай Юня изогнулись в улыбке, хотя до глаз она не дошла. – А ты?

– Выиграл, – отозвался Цин Юйдунь.

– Иного я не ожидал, – хмыкнул старейшина Кунци. Немного помолчав, он добавил: – Второй бой я выиграл.

Цин Юйдунь кивнул.

– Важнее не победа, а то, за что ты сражаешься. Если ты знаешь, что сделал все, что мог, этого достаточно, – медленно проговорил он, невидящим взглядом смотря на арену.

– Кто это сказал? – поинтересовался Дай Юнь.

– Мой Учитель, когда я проиграл свой второй бой. – Неожиданно губы Цин Юйдуня тронула легкая улыбка, и все лицо его вмиг осветилось, словно внезапно наступила теплая весна, растопившая ледяную корку.

Дай Юнь уставился на него, замечая эту резкую перемену, но улыбка быстро пропала, сменившись обычным равнодушием. В голове Дай Юня пронеслась мысль, что ни одного человека улыбка так не меняет, как старейшину Цунчжэ.

– Второй бой, быстро же ты сдулся, Цзисюань! Вот уж не ожидал, – хохотнул старейшина Кунци, и Цин Юйдунь согласно кивнул, ничуть не обижаясь.

– Старейшина! – раздался резкий окрик. Они обернулись и увидели, что из шатра выглянул Хао Лэй. Выражение его лица было крайне сложным.

– Что-то случилось? – спросил Дай Юнь.

– Это… – замялся старейшина Хэхуа. – Вам лучше взглянуть самим. – Он нырнул обратно, тяжелый черный полог упал, скрывая его.

Дай Юнь нахмурился, а Цин Юйдунь послушно направился к шатру. Внутри тот оказался гораздо просторнее, чем снаружи. Здесь висела такая же таблица, как в небе над ареной, но поменьше, и отражала она только секту Юньхэ – вернее, старейшин, приехавших на Конференцию. Под каждым именем было десять строчек, в которые любой желающий мог вписать свое имя, чтобы сразиться с ними. Все строчки под именем старейшины Цунчжэ были заполнены одним и тем же именем – «Эрлан»[140].

– Это что… какая-то шутка? – Даже у Дай Юня не нашлось других слов, чего уж говорить о Цин Юйдуне, который просто потерял дар речи.

Глава 44. Великий план этого несравненного достопочтенного, пункт № 3

– Разве так можно? – пискнул Чэнь Цзяолун, во все глаза глядя на своего Учителя. Что-то в этом имени его насторожило. Дурное предчувствие охватило Дракона…

Цин Юйдунь оторвал взгляд от списка и перевел его на ученика.

– Правила… кажется, не запрещают подобного, – медленно проговорил он. По его лицу нельзя было сказать, о чем он думает, но хорошо изучивший мельчайшие эмоции Учителя Чэнь Цзяолун заметил слегка нахмурившиеся брови.

– Цзисюань, неужели ты проведешь все десять боев с каким-то… Эрланом? – Губы Дай Юня скривились, когда он выплюнул это неблагозвучное имя. Кто вообще в здравом уме выбирает такое прозвище? А если это не прозвище, то наглецу даже стоит посочувствовать…

– Правила также… запрещают отказываться от боя, если заклинателю бросили вызов, – отозвался Цин Юйдунь. Легкая складка между бровями разгладилась, и смутное беспокойство, шевельнувшееся в сердце, улеглось. А может, это было и не беспокойство вовсе, а что-то сродни любопытству. Цин Юйдунь не знал, что это за эмоция, но ему хотелось верить, что он мог бы почувствовать подобное. Но это было не так.

– Я его не знаю, – нахмурился Дай Юнь, глядя на имя. – Нет ни одного известного заклинателя с таким именем. Кроме того самого Эрлана. Но вряд ли кто-то решил спуститься с Небес, чтобы бросить тебе вызов.

– Может, это просто прозвище? – влез в разговор Хао Лэй, поглядывая на Цин Юйдуня.