Белый кот старейшины Цунчжэ. Том 1 - Юй Сы

Внезапно на арену опустилась тишина. На площадку поднялся невысокий и полный мужчина в роскошном голубом широком ханьфу в пол с длинными рукавами с золотой вышивкой. На своих коротких ногах он быстро вышел в центр арены и замер, давая всем рассмотреть себя. У него было добродушное круглое лицо, небольшая темная бородка, волосы собраны в пучок под золотой гуань, а улыбающиеся глаза почти превратились в щелочки, когда он махнул рукавами, обводя арену.

– Линьцзи приветствует всех на арене Великих сект! – разнесся по трибунам его зычный голос, усиленный ци.

– Линь Кэ[142] стал еще толще, – тихо шепнул Дракон Цин Юйдуню, но тот и бровью не повел, давно привыкнув к высокомерному поведению Чэнь Канлуна. Заметив отсутствие реакции, Дракон добавил: – Он наверняка на тебя зуб точит.

На это Цин Юйдунь наконец отреагировал:

– Почему?

– Ты же сместил его из пятерки сильнейших!

– О, – отозвался старейшина Цунчжэ без всякого интереса.

– Вот увидишь, – пробормотал Чэнь Канлун, глядя, как Линь Кэ распинается на сцене, – он точно приготовил для тебя какую-нибудь яму, раз уж ты не сможешь сразиться с ним прямо.

Видно, у Дракона был вороний рот, потому что в этот момент взгляд главы Линьцзи остановился на секторе Юньхэ, и он прищурился, широко улыбаясь.

– Раз уж у нас произошло столь необычное событие – кто-то вызвал на бой старейшину секты, я думаю, никто не будет против, если мы начнем сразу с этого столь ожидаемого боя на арене сект! – произнес он.

Трибуны одобрительно зашумели: конечно, никто не против! Да большинство и пришло сюда только ради того, чтобы поглазеть на этого самоубийцу, вызвавшего на бой старейшину Цунчжэ. Теперь взгляды всех устремились на ложу, где сидел Цин Юйдунь, но подобное внимание не могло смутить ледяного старейшину.

– Вот видишь, я же говорил, – прошипел Чэнь Канлун, бросая злобный взгляд на Линь Кэ. Тот и бровью не повел, делая приглашающий жест. – Удачи, Цзисюань. Надери задницу этому выскочке. – Он похлопал друга по плечу.

Цин Юйдунь твердо кивнул, будто ни на миг не сомневался в подобном, а затем легко слетел с высокой трибуны и изящно приземлился на арену рядом с Линь Кэ.

– Глава клана, – слегка поклонился он.

– Старейшина Цунчжэ, – ответил кивком тот.

Когда они стояли рядом, разница между ними казалась еще более разительной: высокий прекрасный старейшина и низенький пухлый глава Линьцзи. Видимо, эта же мысль пронеслась в голове Линь Кэ, потому что он тут же вскинул рукава и сделал несколько шагов в сторону от Цин Юйдуня.

– Давайте же пригласим на арену нашего второго сражающегося: Эрлан, без секты. – Он махнул рукой в сторону входа на арену.

Чэнь Цзяолун глянул туда и почувствовал, как его резко затошнило.

– О Владыка. – Он сполз ниже на скамье, шипя проклятия себе под нос.

– Шиди Чэнь, ты в порядке? – несколько встревоженно спросил Мин Дань, сидящий рядом.

– Да-да, – с трудом выдавил Дракон. – Я просто неожиданно увидел кое-что совершенно отвратительное.

Мин Дань вскинул брови и повернулся в сторону входа на арену. Медленным, уверенным шагом к Цин Юйдуню оттуда приближался заклинатель. Он был высок и изящен, одет в простой черный короткий халат и черные штаны, подчеркивающие его стройную фигуру. У него были необычные белые волосы с черными кончиками, собранные в высокий хвост, однако даже это не так бросалось в глаза, как несуразная кошачья маска, закрывающая половину его лица. Зрители видели лишь изящный подбородок с белой кожей, надменную улыбку и сверкающие голубые глаза. Заклинатель небрежно закинул на плечо ржавый меч и вальяжной походкой направлялся к старейшине Цунчжэ, неподвижно застывшему в центре арены. Все зрители единогласно сошлись во мнении: во-первых, этот Эрлан ужасно высокомерен и глуп, раз осмелился с такой рухлядью бросить вызов Цин Юйдуню, а во-вторых, как же хочется его избить! Как бы то ни было, появление Эрлана произвело настоящий фурор на арене сект: зрители зашумели, переговариваясь и гадая, что за зелье он продает в тыкве-горлянке[143].

– Что за идиот, – процедил сквозь зубы А-Цю, разглядывая хорошо знакомую ему фигуру на арене.

Маомао – а это, конечно, был он – остановился в нескольких шагах от Цин Юйдуня.

– Этот ничтожный заклинатель просит совета у великого старейшины Цунчжэ. – Он скинул меч с плеча, грубо воткнул его в песок, будто это была палочка от шашлычка, и обнял кулак ладонью.

– Приветствую, – склонил голову Цин Юйдунь, разглядывая своего необычного противника.

– Что ж, я вас оставлю, – засуетился Линь Кэ, с любопытством поглядывая на Маомао.

Он уже собрался уходить, как вдруг молодой человек с неприглядным именем лениво вскинул руку.

– Подождите, у меня вопрос.

– Вопрос? – Глава Линьцзи непонимающе моргнул. – Какой?

– Вопрос к старейшине Цунчжэ. – Бледные губы Маомао растянулись в самодовольной улыбке.

– Задавай, – отозвался тот.

– Если этот ничтожный продержится все десять боев, может старейшина Цунчжэ ответить положительно на одну мою малю-ю-юсенькую просьбу? – нагло спросил Маомао, сверкнув голубыми глазами.

Цин Юйдунь почувствовал, как в его груди поднимается волна редкой для него эмоции – раздражения. Он на мгновение плотнее сжал губы, а затем снова распахнул их.

– Какую?

– Если старейшина посчитает меня достойным, может ли он взять этого ничтожного в ученики? – Кот оперся на меч, торчащий из песка, и чуть наклонился вперед, заглядывая в лицо Цин Юйдуню. Тот подавил в себе желание отшатнуться. Брать неизвестно кого на пик Цунчжэ…

Цин Юйдунь качнул головой.

– Сожалею, я не могу выполнить вашу просьбу.

А-Цю злорадно захихикал. На трибунах стояла такая тишина, что голоса двух сражающихся были прекрасно слышны публике. Когда кот попросился в ученики, они разом ахнули, а Чэнь Цзяолун скрипнул зубами, но сейчас мгновенно повеселел. «Получай, вшивый кот, мой Учитель никогда не…» Что Цин Юйдунь никогда не, Дракон не успел закончить думать, потому что в этот момент кот спросил:

– А если я смогу победить вас?

Толпа вокруг взревела: какая наглость, какое высокомерие! Утверждать, что сможешь победить старейшину Цунчжэ, недавно вошедшего в пятерку сильнейших заклинателей мира! Да ты не Эрлан, ты Елан![144]

К неожиданности А-Цю, Цин Юйдунь не разозлился. Он… усмехнулся. Глаза Чэнь Канлуна, неотрывно следящие за его лицом, потемнели. Золотые всполохи стали красными.

– Если ты сможешь хотя бы дотронуться до меня, я подумаю, – снисходительно сказал Цин Юйдунь, вытаскивая Бинжэнь из ножен.

– Это обещание! – торжествующе воскликнул Маомао. – Смотрите, не отказывайтесь от своих слов потом, старейшина! – Он резко выдернул клинок из песка и