Фантастика 2026-16 - Александр Петрович Нетылев

в его ладони лезвие клинка, до поры до времени прятавшееся в рукаве, и король понял, что сейчас произойдет, за мгновение до того, как предстоятель эормингской Церкви вонзил кинжал себе в грудь. И тут же как будто взбесились проклятые тени. Со всей отчаянной, истинно демонической яростью и жаждой крови обрушивались они на барьер, окружавший двух людей, сошедших в Бездну.

Их становилось все больше, и очень скоро барьер не выдержал. Проклятые тени хлынули сквозь него неостановимым потоком. Они обрушивались на еще теплое тело, из которого изливалась столь желанная ими смертная кровь. Это было ужасное зрелище.

Но только Этельберт смотрел отнюдь не на него. В тот момент, когда демонов стало слишком много, не сумевший остановить их лжесвященник, жестокий безумец, что осмелился притащить живого человека за грань Бездны, не удержал слетевший капюшон. С болезненной четкостью священная реликвия отражала его лицо.

Знакомое лицо.

Слишком хорошо знакомое лицо.

— Что же ты наделал, брат… — прошептал Этельберт, чувствуя, как рвется последняя ниточка надежды.

Ниточка надежды, разрубленная демонским клинком.

Закончилось видение, наведенной священным камнем Эормуна. Развеялся божественный золотой свет. А король все так же невидящим взглядом смотрел перед собой.

Как будто часть его надеялась, что сейчас бог-предок Эормун лично явится и скажет: «Я пошутил».

— Надеюсь, теперь вы все понимаете, Ваше Величество, — подал голос Кутред, — Я понимаю, как вам тяжело, мне не хуже вас известно, что такое братская любовь. Я знаю, что такое боль потери. Но у короля есть долг, и вам придется исполнить его до конца.

— Не забывайтесь, Бей’Кутред, — холодно ответил Этельберт, — Не вам говорить мне о долге короля. Не вам.

— Простите, Ваше Величество, я забылся, — склонил голову патриций, — Просто среди знати давно ходят слухи… что ваше попустительство к действиям вашего брата выходит за рамки допустимого. Что вы не в силах контролировать его. Я никогда не верил этим слухам, Ваше Величество. Вы сильнее, чем думают ваши придворные. Я верю в вас.

— Я поступлю так, как сам сочту правильным, — процедил король, — И не нуждаюсь в советах Торгового Альянса, как мне править моей страной.

«Я поступлю правильно», — мысленно повторил он, — «Как бы ни было больно».

— В таком случае, не смею больше отнимать ваше время, Ваше Величество, — ответил патриций, — Я оставлю вас наедине с вашими думами.

Он спрятал священный камень обратно в рукав, и в этом жесте Этельберт уловил еще один намек. Хотя это видение они смотрели наедине, он не был единственным, кто его видел. Наверняка он не был даже первым. Даже если прямо сейчас он набросится на патриция вопреки законам гостеприимства и отберет реликвию, это ничего не изменит.

Разговоры о том, как Ингвар затащил отца Бернара в Бездну и там скормил демонам, будут множиться и распространяться, обрастая все новыми и новыми подробностями. И попытки пресечь их, объявить их ложью, будут смотреться нелепо и жалко.

В этот раз брат пересек черту.

— Что же ты наделал, Ингвар… — повторил Этельберт.

В иной ситуации можно было бы выкрутиться. Они бы вместе подумали, как решить проблему.

Но не сейчас. Сейчас и время, и обстоятельства загоняли их в западню.

Выход из которой был лишь один.

— Приказ короля. Немедленно отправьте людей в Гиатан. И арестуйте кесера Ар’Ингвара Недостойного.

Глава 11. О том, как рушатся Небеса

Представая перед королем Ар’Риардайном, Ингвар не чувствовал себя, как дворянин перед монархом чужой страны.

Он не чувствовал себя, как победитель в войне перед проигравшим.

Он даже не чувствовал себя, как верный союзник, принесший бесценные сведения.

А чувствовал он себя, как зять перед тестем; как человек, который предстал перед отцом своей жены.

И сейчас испытывает инстинктивный трепет, выработанный поколениями предков.

— Встань, дорогой зять. Не к лицу герою преклонять колена.

Непривычно для уха Ингвара было то, что его вдруг назвали героем. С запозданием догадался кесер, что о его роли в окончании войны Линетта наверняка написала отцу. Да только знал он людскую натуру и сильно сомневался, что для кого-либо такая мелочь, как спасение всей страны, могла значить больше, чем демонское пламя в его глазах.

— Ваше Величество, — ответил Ингвар, поднимаясь, — Я прибыл к вашему двору не как зять и не как герой. Я прибыл как союзник, что разоблачил змеиное гнездо под самым вашим носом.

Он повел рукой в сторону, и трое пленных у него за спиной как по команде заговорили:

— Ваше Величество, мы невиновны!

— Это интрига асканийцев!

— Я клянусь Шестью Богами!

— Тихо! — перебил их всех король Риардайн.

После чего вновь перевел взгляд на зятя.

— Объяснитесь, кесер.

Ингвар чуть кивнул и начал рассказывать:

— Мне удалось узнать, что культ Седьмого, недавно уже подменивший риира Ар’Джейлеса тысячелетним демоном-нетопырем, продолжал свою деятельность на территории Аскании. Он направил своего шпиона в провинцию Гиатан, что находится под моей рукой. Вместе с вашей дочерью мы использовали этого шпиона для отправки дезинформации — и проследили, куда она попадет. Расследование привело меня на тайное собрание. Перед вами — трое выживших его участников: эдлинг Ар’Ниалл, риир Ар’Руари и риир Ар’Десун. Ваше Величество, я прошу вас допросить их.

— Ваше Величество, это клевета! — вновь подал голос Ниалл.

— Это демонское отродье ворвалось на нашу встречу и убило наших друзей! — нашелся Руари, — Прошу вас о правосудии!

Король Риардайн оглядел Ингвара, затем пленников, и сделал знак придворным:

— Оставьте нас.

Наедине с зятем он немного расслабился.

— Вы поставили меня в неудобное положение, кесер Ингвар. Многие из моих подданных недовольны условиями мира с Асканией. Они полагают, что мне следовало бороться до конца. Если сейчас я пойду у вас на поводу, это даст им повод говорить о том, что я испытываю страх перед асканийцами.

Он бросил мимолетный взгляд на пленных.

— Не сомневаюсь, что и здесь мы имеем дело с той же категорией людей.

— Ваше Величество, это все ложь! — почти что хором вскричали Ниалл и Руари, — Мы верны вам!

А вот Десун поднял на правителя гордый взгляд:

— Это правда, Ваше Величество. И ваши предположения о наших мотивах — тоже правда. Мирный договор с Асканией был позором. Позором для всей нашей великой страны. Сотни поколений предков стенают в могилах, глядя на то, каких трусов они породили!