Ищущий свет - Е. Юань

Этот человек отличался весьма массивными мочками ушей и жесткой, непослушной темно-синей шевелюрой. А в бездонной глубине его глаз, казалось, яростно плясали мириады молний.

То был не кто иной, как кардинал Церкви Повелителя Бурь, архиепископ Баклундской епархии — «Жрец Глубокой Синевы» Редар Валентин.

Священнослужитель, облаченный в глухую черную сутану, щедро расшитую символами шторма, бегло прочесал округу цепким взором. Устремив тяжелый взгляд на златоглазого незнакомца, он пророкотал голосом, подобным грозовому раскату:

— Селт, что здесь, дьявол побери, стряслось?

Мужчина по имени Селт лишь отрицательно покачал головой:

— Я и сам только-только прибыл.

Не успело эхо его слов растаять в воздухе, как с противоположной стороны прямо из пустоты вынырнуло исполинское, сродни горному пику, почти прозрачное духовное тело. Оно бережно опустило в полувоздухе еще один человеческий силуэт.

Новоприбывший щеголял в черной сутане с алыми вставками. Гладкое, чисто выбритое лицо и бездонные, дышащие первозданной тишиной глаза безошибочно выдавали в нем главу Баклундской епархии Церкви Богини Вечной Ночи, святого Энтони Стивенсона.

Исполинский дух, блестяще справившись с поручением, в мгновение ока съежился и юркнул прямиком в рот святого Энтони. Синхронно с этим за спиной архиепископа соткался иной, жутковатый фантом: его лицо наглухо скрывала густая смоляная шевелюра, а нижняя часть тела терялась в призрачной дымке. Дух мертвой хваткой вцепился в плечи своего хозяина, не давая тому рухнуть вниз.

Секунду спустя со стороны Баклунда с ревом вырвался неистовый воздушный поток, толкая перед собой еще одну фигуру, которая на бешеной скорости мчалась прямо к месту бойни.

Вскоре силуэт резко затормозил. Этим гостем оказался старец с донельзя кротким и благообразным лицом, облаченный в белоснежную пасторскую рясу и мягкую шапочку священнослужителя.

Ревущий поток за его спиной тотчас иссяк, а мерцающие холодным блеском массивные стальные сопла абсолютно бесшумно втянулись обратно в его плоть.

То был не кто иной, как архиепископ Баклундской епархии Церкви Бога Пара и Машин, член Божественного Совета — Хорамик Хайден.

Диковинным образом застыв в невесомости, он обвел собравшихся пытливым взглядом и проронил:

— Положа руку на сердце, мясорубка здесь разыгралась не то чтобы эпохальная, однако можно с железобетонной уверенностью констатировать: бой шел на уровне святых.

— А уж эта остаточная скверна… воистину, не поддается никакому описанию…

Пока он вещал, все четверо полубогов синхронно опустили головы, устремив тяжелые взоры в самое сердце развороченного леса.

Прямо в землю там была намертво вбита карта Таро. С картона на них взирал одинокий старец, опирающийся на посох и сжимающий в руке стеклянный фонарь.

Аркан «Отшельник»!

Редар Валентин, Селт, Энтони и Хорамик вмиг провалились в глухое, звенящее безмолвие. На несколько томительных мгновений ни один из мастодонтов не отважился проронить ни звука.

…………

В таинственных чертогах монументального древнего дворца над серой мглой Клейн, сурово сдвинув брови, сверлил немигающим взглядом лежащую перед ним «Шкатулку Былых Времен».

Стоило лишь этому Запечатанному артефакту нулевого класса оказаться на жертвеннике, как весь «Замок Истока» содрогнулся от чудовищной аномалии, забурлив, словно доведенная до кипения вода.

Подавляющая, первобытная мощь хлынула сама по себе, вздымаясь клубами пара и сливаясь в ревущий поток. Эта лавина наглухо затопила «Шкатулку Былых Времен», спеленав её слой за слоем и сковав железобетонными путами.

В эту самую секунду серебристо-черный, усыпанный россыпью самоцветов трехъярусный «ларец» уподобился жалкой мошке, намертво застывшей в янтаре, напрочь лишившись малейшей возможности даже шелохнуться.

«В былые времена „Замок Истока“ срывался с цепи лишь тогда, когда я имел неосторожность сунуть нос в дела истинных богов или Королей Ангелов, нарываясь на фатальную ответку… А вот чтобы его так перекорежило от какой-то пришлой вещицы — такое на моей памяти впервые…» — Клейн на чистых инстинктах поднял правую руку, стирая со лба несуществующую испарину.

Положа руку на сердце, юношу пробрал запоздалый, леденящий холодок. Он с горечью осознал, что, заполучив первичный контроль над «Замком Истока», позволил себе излишнюю, губительную беспечность.

Раньше он бы ни за какие коврижки не отважился протащить под эти своды Запечатанный артефакт нулевого класса. Но на сей раз, резонно рассудив, что дрянь не несет в себе «Уникальности», а сам он уже совершил качественный эволюционный скачок, сыщик всё же рискнул сыграть в рулетку с судьбой.

«Хвала небесам, удалось удержать ситуацию в узде… Нужно будет кровь из носу предупредить леди „Отшельника“ и остальных: нечего тащить мне на алтарь всё, что плохо лежит. Я им не старьевщик-барахольщик…» — беззвучно проворчав эти слова, Клейн принялся скрупулезно препарировать «Шкатулку Былых Времен».

Юноша кристально ясно помнил: мисс «Фокусник» всё еще томится в недрах этого артефакта. А потому следовало в кратчайшие сроки распутать все секреты шкатулки, дабы не затянуть с вызволением и случайно не пустить свою наживку в расход.

«Калибр у этой реликвии воистину заоблачный, даже „волшебному зеркалу“ Арродесу её подноготная ведома лишь по верхам. Придется брать быка за рога самому… Судя по всему, если благоразумно не совать нос в гадания о содержимом третьего яруса и не рыть землю в поисках первоисточника её мощи, риски вполне терпимы, а то и вовсе болтаются на нуле…» — опираясь на свою железобетонную духовную интуицию, Клейн выковал первичный вердикт.

Не теряя ни секунды, он силой мысли соткал бумагу с пером и приступил к прорицанию.

Одному богу известно, сколько минуло времени, прежде чем он наконец распахнул глаза и глухо прошептал себе под нос:

'Верхний ярус наделен властью менять собственное внутреннее пространство местами с любой выбранной зоной, параллельно сужая и превращая захваченный сектор в игрушечный макет… Пожалуй, это единственный фокус, из которого можно выжать хоть каплю пользы…

Любая живая тварь, угодившая в эту игрушечную мышеловку, кровь из носу должна быть выпущена на волю в течение двадцати четырех часов. В противном случае метаморфоза станет фатальной и необратимой, а их души уже вовек не сыщут покоя…

Вытащить пленников наружу — пара пустяков. Достаточно лишь ткнуть пальцем в нужный клочок земли, желательно такой, где отродясь не водится ничего живого, и вновь совершить рокировку с нутром шкатулки…

Разумеется, у этого таланта имеется свой потолок: радиус поражения не превышает габаритов того же Баклунда… Стоп, и какого дьявола я привел в пример именно этот город…

Второй ярус хранит в себе слепки всевозможных локаций: тут тебе и «Бездна», и бескрайний космос, и целая прорва иных диковинных мест. Опираясь на них, владелец вкупе с окружающими зеваками может мгновенно телепортироваться прямо по координатам…

Вот только главная заноза