Фантастика 2026-173 - Александр Вольт

– Хорошо, – кивнула та и покинула нас. Мама Белл, придвинувшись к Тоше, серьезно спросила:

– А теперь расскажи, кто это с тобой сделал и как это вообще произошло?

– Собственно, какая теперь разница? – попытался уйти от ответа суккуб. Было видно, как тяжело ему вспоминать об этом.

– И тем не менее, Тоша, я хочу знать, что произошло, – настояла Белла. Тот почему-то виновато взглянул на меня и с неохотой начал свое признание:

– Я встретил женщину, которой не повезло попасть в лапы демонов. Спустя время я помог ей бежать и самолично вывел к людским землям, где она обещала мне свою защиту и покровительство. До самой границы, пока мы были в пути, она была нежна и… – Тоши неожиданно покраснел и, запнувшись, перешел к моменту их спасения. – А в итоге, на границе, завидев патруль, она завопила о похищении прихвостнем тьмы. Для меня это было настолько неожиданно, что я растерялся. И тут на меня налетели люди, пограничный отряд. Почему не прикончили сразу, не знаю. Поломали оба больших крыла, искромсали маленькие и, пронзив клинком, бросили умирать у неактивной арки портала. Видимо, решили, что и так сдохну…

Я ахнула от неожиданности и зажала рот ладонью. То, что он рассказал… Невозможно поверить. Ведь если это правда, сейчас я сижу напротив собственного… Нужно было только спросить и уточнить пару деталей. Но язык, почему-то отказывался мне повиноваться.

И тут, вместо меня эти самые вопросы задала ему мама Белла.

– Тошик, – протянула она медленно, словно пробуя слова на вкус, – а у той женщины были такие же длинные ушки, как у Крис?

Тошик снова бросил взгляд на меня и медленно кивнул своей израненной головой.

– Ты был с ней близок? – не отступала мама моего мужа, пристально глядя на сородича.

И снова То...

Пожалуй, будет честнее далее называть его так, как есть – моим отцом. Так вот, мой отец снова густо покраснел, как подросток, пойманный с поличным на первом свидании… и снова склонил голову в знак согласия.

– Ну, тогда я тебя поздравляю, – Белла перевела взгляд на меня, а муж неожиданно сильнее прижал меня к себе. – И позволь представить тебе твою дочь, Крис… Хорошая и замечательная девочка!

Глаза отца распахнулись, словно чайные блюдца, полные потрясения и недоверия. Уверена, в тот момент я выглядела не лучше. Мы сидели молча, утонув в глазах друг друга, и время словно замерло. Что ж, нас можно было понять… вот так, внезапно… мне встретить отца, которого никогда не знала, а ему – дочь, о существовании которой он и не подозревал.

***

Зинария.

Первый шаг к исцелению – позволить телу освободиться от лишнего.

Вокруг меня, словно бдительные стражи, замерли трое опытных целителей и четверо высокоуровневых лекаря, а в их тени, подобно прислужникам, ютились их менее искусные помощники, готовые исполнить любое поручение: подать, принести, отойти в сторону.

Уже дымилась паром ванна, наполненная густой, серовато-синей слизью, чей удел – размягчить панцирь из засохшей крови и плоти, сковавший тело Артема. Лишь истончив эту корку, мы сможем освободить его от доспехов и покрыть обнаженные раны целебной глиной, под которой забрезжит надежда новой кожи.

Главная сложность заключалась в искусстве баланса – не передержать Артема в обжигающей слизи. Нужно было выхватывать его из плена, счищая размягченную корку и мгновенно покрывая очищенные участки живительной глиной. Затем – новое погружение в вязкую глубину, и снова, и снова, пока все его тело не скроется под коконом исцеления. Благо, целебная глина не растворялась в этой странной субстанции, сохраняя свои чудодейственные свойства. Именно для этих ритуальных погружений и извлечений и были нужны сильные руки помощников.

– Делаем, как договаривались, – словно напоминая о негласном пакте, произнесла я, бросив мимолетный взгляд на некроманта. – Убирай кокон, но будь начеку.

В ответ лишь безмолвный кивок и плавное движение руки, рассеивающее мерцающую темную пелену.

Мгновенно, словно хищник, бросающийся на добычу, я надела браслет на запястье Артема и запустила магическую диагностику, одновременно пытаясь отслеживать его общее состояние.

Отклик! Слабый, но уверенный, словно луч света в кромешной тьме. Артефакт работает.

Состояние… лучше, чем казалось на первый взгляд. Жизненно важные органы уцелели, лишь слегка задеты, а шанс вернуть ему зрение теплится, словно уголек надежды. Но главное – больше нет необходимости заточать его в коконе, останавливающем время. Не теряя ни секунды, я направила всю доступную ману на восстановление внутренних органов, зная, что процесс будет долгим, займет не меньше пяти дней.

– Начинаем, – мой взгляд скользнул по помощникам, облаченным в специальные балахоны и перчатки, призванные защитить их от едкого воздействия слизи. Подхватив Артема с предельной осторожностью, они медленно погрузили его ноги в бурлящую субстанцию, которая тут же окутала его тело, словно живая.

Пять томительных минут ожидания. Мой приказ – и Артема извлекают из ванны и бережно укладывают на медицинский стол. Начинается кропотливая работа по освобождению его от доспехов, намертво прикипевших к телу. Металл приходится срезать дюйм за дюймом, но слизь сотворила чудо, размягчив кровавую корку, сковавшую его плоть и отделить металлические детали доспеха от живой плоти, удается сравнительно легко.

Короткий осмотр – и снова погружение в слизь, на этот раз на минуту. Возвращение на стол, и вот уже смоченные в очищающем растворе губки бережно удаляют остатки слизи, обнажая кровоточащие раны. На них тут же ложится прохладная целебная глина, мгновенно застывающая, словно второй кожей. Завершив работу с ногами, я вновь провожу диагностику, убеждаясь, что все идет по плану. Только после этого Артема вновь погружают в слизь, на этот раз до пояса.

И пока он пребывает в целительной субстанции, следующие пять минут, другие помощники приводят в порядок медицинский стол, заменяя использованные инструменты стерильными.

Процесс повторялся вновь и вновь, пока тело Артема, вплоть до лица, не покрылось целительной глиной. С самого лица, словно с хрупкой реликвии, запекшуюся корку снимали с особым трепетом. Затем, словно ювелир, наносили целебную слизь, слой за слоем, осторожно очищая каждый миллиметр. Ошибка была недопустима.

Наконец, и этот труд завершен. Артем напоминал теперь глиняное изваяние, его лицо скрыто под маской, оставляя лишь три отверстия. И еще два, ниже… о них умолчу, полагаю, их предназначение очевидно. Верхние же служили для дыхания, а через третье поступала питательная