Фантастика 2026-173 - Александр Вольт

Наш отряд, вытянувшись змеей по узкой горной тропе, слегка растянулся. Женская часть, вступающая в Академию магии, держалась ближе к середине. Так уж вышло, что мы, все девушки и женщины отряда, оказались вместе… словно брошенные своими мужчинами. Крис и Энда ехали по обе стороны от меня, а их мужья… и Артем, возглавляли колонну воинов. Сразу за нами следовала госпожа Ольга, а чуть впереди, словно две тени в легких доспехах, гарцевали Шери и Ками – боевые горничные.

Разговор, как-то само собой, свернул на… мужчин. Сначала обе замужние дамы, перебивая друг друга, наперебой расхваливали своих мужей. Удивительно было услышать от Энды, что мой непутевый братец Руди, известный сердцеед, на самом деле – душка и верный муж. Она говорила о нем с таким придыханием, что я невольно рассмеялась. В ответ Энда, посерьезнев, бросила:

– В замке шепчутся, что Артем… несостоятелен как мужчина.

Я вздрогнула и нахмурилась. До меня такие слухи не доходили. Крис кивнула, подтверждая их существование:

– Я тоже слышала…

– Глупости, – пробурчала я, касаясь тыльной стороны левой ладони, где пульсировала метка богини. За время, что она была со мной, я многое о ней узнала, перерыв отцовскую библиотеку и старинные записи. Конечно, я знала, что слухи беспочвенны, а реальность куда сложнее и запутаннее, чем кажется. Крис и Энда, как и все, кто распускал эти сплетни, не могли знать правды. И все равно мне было неприятно.

– Многие девушки, после преображения Артема, стали проявлять к нему повышенный интерес. Но он их… игнорирует. Отсюда и слухи.

– Еще как минимум шесть лет, – пробормотала я, скорее себе, чем им. – Им не стоит надеяться.

Мои слова лишь подстегнули их любопытство.

– Ты что-то знаешь? – спросила Крис.

Неудивительно, что они не знали всех деталей. Кто станет интересоваться подобными вещами? Я заколебалась, решая, стоит ли открываться. Но в конце концов решила, что стоит. Мне было плевать на чужое мнение, но я не хотела, чтобы близкие люди верили во всякую чушь об Артеме. Мне это было неприятно.

– Дело в наших с Артемом метках, – призналась я, инстинктивно снова коснувшись затыльной части ладони левой руки, скрытой под тонкой перчаткой. – Вы ведь знаете, что они, по сути, указывают на нашу помолвку?

– Да, – кивнула Энда. – Руди говорил, что метки позволят вам чувствовать друг друга и знать, где кто находится. И что после твоего посвящения они исчезнут.

– Да, все так… – подтвердила я. – Еще метки позволяют мне черпать ману из Артема, когда моей не хватает… Но главное, что они – знак нашей помолвки, благословленной богиней. И если мы переступим черту… – я покраснела. – Они станут брачными браслетами, и связь между нами станет нерасторжимой… Смысл в том, что пока татуировка не превратится в браслет, он не захочет ни одну другую женщину, кроме меня. – Я старалась говорить уверенно, но чувствовала, как краска заливает щеки. Мне было сложно говорить о таком без смущения.

– Не знала таких подробностей, – задумчиво и без улыбки произнесла Крис. – Так что там с браслетом? – Она внезапно пристально посмотрела на меня. – Ты хочешь его заполучить или нет?

– Тут без вариантов, – отрезала я, в голосе звучала сталь. – Он будет мой. И надеюсь, – взгляд мой скользнул по замужним подругам, – этот разговор останется между нами. Ни слова вашим мужьям.

– Судя по всему, мнение Артема в этом уравнении не учитывается, – Энда криво усмехнулась. – Мне даже немного жаль беднягу.

***

Артем.

К вечеру мы достигли места, где когда-то возвышалось родовое гнездо графов… вернее, того, что от него осталось после жестокой расправы герцога Адамадова над родом, посмевшим посягнуть на жизнь его дочери. До этого трагического события их дома не связывала вражда. Я не был свидетелем той бойни, но рассказы Рона врезались в память навечно. Он говорил, что, когда боевая дружина герцога подошла к замку, а сам он потребовал открыть ворота и сдаться, в ответ прозвучал лишь дерзкий отказ, сопровождаемый слабой магической атакой. Тогда-то герцог и отдал приказ сравнять замок с землей, уничтожив все живое.

Взять крепость штурмом было бы непросто, но на стороне герцога была Ника, непревзойденный маг огня, а также сорок боевых магов во главе с Шоном, ее бывшим наставником. Защитники замка оказались бессильны перед яростью пламени. У них не было ни единого шанса, ни магов, способных противостоять столь мощной огненной атаке.

Рон живописал, как замок пылал, словно соломенный стог, подхваченный ветром. Его слова рисовали в моем воображении картины апокалипсиса: огонь пожирал все вокруг, пока от замка не осталось лишь огромное, чадящее зарево, багрово освещавшее надвигающуюся ночь.

Когда пламя утихло, передовые отряды, ведомые самим герцогом, вошли в крепость. Среди обгоревших тел не было найдено ни единой живой души. Нижние уровни замка обрушились, поглощенные огнем, и нельзя было с уверенностью сказать, погибли ли все, или кому-то удалось спастись через тайный подземный ход. Разведчики Калита тщательно прочесали окрестные горы, но безуспешно. Возможно, никакого тайного хода и не существовало. В конце концов, разведчики герцога были лучшими следопытами, и если они ничего не нашли, то, вероятно, искать было нечего.

Два года спустя замок, который должен был стать второй линией обороны на пути демонов, прорвавшихся через Восточный Предел, стоял почерневшим и обугленным, никому не нужным, печальным памятником былой трагедии.

Мы не планировали задерживаться здесь и собирались ехать дальше, чтобы успеть до темноты добраться до деревни, где собирались заночевать. Но вдруг мой взгляд выхватил в самой верхней башне едва заметный огонек света.

Инстинктивно я натянул поводья, останавливая лошадь и поднимая руку, подавая сигнал тревоги: внимание!

– Что-то не так? – Рон впился в меня напряженным взглядом.

– На самом верхнем этаже замка… – я замолчал, буравя взглядом зияющие глазницы окон. Ни огонька, ни тени. Ничего. – Мне померещилось, будто там мелькнул свет, словно кто-то крался с факелом или свечой.

– Ничего не вижу, – Руди резко повернулся к руинам. – Уверен, что не показалось? – спросил он с легким напряжением в голосе спустя пару секунд.

Да чтоб меня! Ни в чем я не был уверен!

Хотелось заорать во все горло, но вот только