Демонхаус - Софи Баунт

– Я заблокировал ее магию атамом! У меня не было выбора, тупоголовое ты создание, усек? – верещит он.

– Она умирает!

– Она станет призраком и будет здесь. Всегда. Со мной! А если ты заткнешься и откроешь проход, – он толкает меня к стене, – я смогу вылечить ее с помощью гримуара.

Я разрезаю руку и рисую символы в ячейках обоев, которые когда-то показывал Олифер, одновременно перекрикиваю оправдания Висы:

– Ты мог найти другой вход в башню, мог снести стену. Миллиард вариантов! Ты предал ее! Ты убил ту, кого любишь!

– Комната в башне, как и портал, зачарована, – кричит Виса. – Если явиться туда силой, гримуара там не окажется! Говори, блядь, пароль!

Я заканчиваю узор и произношу:

– Dum spiro, spero…

Звон в воздухе. Танец узоров на обоях. Круговорот иероглифов. Потрескивание – и водяная дверь проявляется во всей своей красе.

– Серьезно? – поражается Виса, хватаясь за голову. – И это весь пароль?! Всего-то? Охуеть!

Я проваливаюсь в портал, потому что своим тяжелым байкерским сапогом Виса пинает меня в поясницу. Ударившись о деревянный пол лицом, я с трудом сдерживаюсь, чтобы в ответ не кинуться душить белолицего урода. Нельзя! Я должен взять себя в руки. Сначала надо вылечить Сару, а потом я что-нибудь придумаю, я заставлю эту суку Вису сожрать самого себя за то, что он натворил!

Виса появляется в комнате следующим, наступая мне на руку. Его зеленые глаза светятся, как у кота. Он осматривается и, похоже, действительно видит в темноте.

Я бегу по лестнице наверх. Виса застревает у портрета с Волаглионом.

– Четыре портрета, – говорит он не то мне, не то себе. – Алекс был последним.

– Быстрее! – трясу я его.

Виса подпрыгивает и вновь бежит, отталкивая меня к перилам лестницы, я чуть не переваливаюсь, но удерживаюсь и влетаю в тайную комнату башни. Виса стоит у пьедестала, окруженный зеленым светом, жадно перелистывает багровые страницы тяжелого гримуара. Атам торчит из-за его ремня. Я осторожно подступаю, чтобы вытащить клинок, а когда вытаскиваю, то роняю на пол от неожиданности, потому что вампир начинает орать.

Из-за меня?

Нет…

Я отшатываюсь, огибаю пьедестал и вижу его руки: кожа покрыта черными волдырями и ожогами, точно он засунул ладони в костер. Вампир дергается, отрывая пальцы от страниц, на которых остаются куски мяса и кожи.

Я стою пораженный.

И вдруг вижу расширяющуюся тень прямо за Висой, из нее вылезают чернильные щупальца, тянутся к жертве.

На горле вампира вдруг сжимаются черные пальцы.

Очертания тьмы приобретают форму, и в следующее мгновение в меня вонзается застланный мраком взгляд Волаглиона.

Виса падает замертво.

Глава 39

Враг или друг

На полках гаснут десятки свечей. Сердце бьется вдвое быстрее, и мне трудно дышать из-за тьмы, поглощающей башню: она проникает в легкие, ползет по стенам и шепчет сотнями голосов призраков – душ, принадлежащих Волаглиону, – она застилает свет нескольких чудом не погасших фитилей у котла. Во мраке ярко сияют лишь желтые глаза демона и гримуар, чьи страницы источают зеленый свет, очерчивая фигуру хозяина дома и мертвого вампира.

Волаглион снимает медальон с трупа Висы, и я жду, что он наденет его, но демон убирает медальон в карман черного пальто и поворачивает голову ко мне, скользит взглядом уже черных глаз, которые теперь не источают, а, наоборот, втягивают в себя тьму – тени отливают от стен, от пальцев и длинных волос демона, скользят по скулам и тонут в белках его чернильных глаз, точно в глубоком колодце, растворяются, возвращая радужкам голубой цвет, а прядям – золотистый. Его волосы вновь становятся лишь слегка отросшими, золотыми, но темными у корней; кожа – светлой, а не смертельно белой и черной до локтей.

Демон захлопывает гримуар.

Свечи в комнате вновь вспыхивают, и я начинаю отчетливо видеть причину своей скорой смерти – мрак отступил, обнажив тайну Волаглиона: его некогда идеальная кожа теперь покрыта черными трещинами, и выглядят они так, точно демон вот-вот рассыплется на куски мозаики. Его ногти гниют. Волосы начали серебриться и выпадать, словно болезнь, которая поглотила Волаглиона, – это ускоренный процесс старения. При одном взгляде на его тело любому станет ясно, что время этой нечисти на исходе. Он погибает…

Черт!

Как и ведьма!

Сара!

– Сара умирает, – опомнившись, громко восклицаю я. – Сделай что-нибудь!

Волаглион прожигает меня взглядом, хватает с полки безоар и черным вихрем вылетает из комнаты. А я остаюсь. Нет, я застываю могильной плитой, и вовсе не потому, что кто-то меня зачаровал. Дело в человеке, который передо мной неожиданно предстает.

– Эмилия?

Я выгибаю брови.

В дверях стоит Эмилия Дейнега. Она улыбается, поправляя края своего белого облегающего пиджака, который сливается с цветом ее светлой длинной косы. Девушка вся в белом – и совершенно не сочетается с мрачной атмосферой дома.

– Здравствуй, Рекс, – чересчур таинственно произносит она. – Не ждал?

– Ты… откуда ты взялась? – недоумеваю я.

– Я пришла вместе с Волаглионом. Как единое целое.

– Что, прости? – морщась, переспрашиваю я.

Эмилия хлопает ресницами, посмеиваясь, а потом воздушной походкой пересекает разделяющие нас шкуры медведей, заправляет мои волосы за ухо и переводит взгляд на вампира у нас под ногами. Тот вдруг начинает хрипеть. И я вздрагиваю.

Виса жив?!

Эмилия презрительно говорит:

– Он считает себя таким умным, не правда ли? Но вы, мужчины, сколько бы лет на Земле ни прожили, хоть двадцать, хоть двести, остаетесь наивными детьми. В какую сторону толкнешь, туда и скачете.

Носком кожаного белого сапога она поворачивает бессознательную голову Висы в свою сторону.

– Как ты узнала о демоне? – недоумеваю я.

– Виса очень красноречив, когда выпьет, особенно если повод его запоя касается Сары, – она надавливает сапогом на щеку Висы, словно хочет раздавить его голову, – а еще… внушаем.

Эмилия улыбается мне, как невинная принцесса, которую застали за жестокими убийствами крестьян, и теперь при виде ее изогнутых губ всем становится жутко.

До меня наконец доходит.

– Ты надоумила Вису ранить Сару кинжалом?

– Возможно, – задумывается Эмилия и с наигранным сожалением сипит: – Она так плоха… не знаю, какое чудо должно случиться, чтобы эта тварь выжила.

Одним шагом я сокращаю расстояние между нами и вцепляюсь в горло Эмилии.

– Если она умрет, я уничтожу вас обоих, – рычу в ее лицо.

– Я ни при чем, котенок. Я лишь шепот на ушко… навязчивая идея. К тому же, если бы не я, Волаглион бы так быстро не прибыл. Я рассказала ему о планах Висы. Будь благодарен, – щебечет девушка.

Огромных усилий мне стоит не сломать ей шею,