Удар скорпионов - Елена Анатольевна Прудникова

и Экзепра. — Ну, а теперь про дела действительно всё, и нам пора отметить День Изгнания. — Достав из кармана молитвенник, патриарх открыл нужную страницу и начал читать: — Сегодня мы снова покидаем свой дом, безвинно проклинаемые и преследуемые…

Орлеания, клуб «Один выстрел»

— Не самый большой трофей, но один из самых достойных! — Ари с уважением взглянул на голову гигантской кандианской росомахи, скалившейся со стены каминного зала клуба «Один выстрел». — Я и не представлял, что они столь свирепы!

Основатель и бессменный президент клуба довольно улыбнулся и, растянувшись в кресле, с наслаждением вытянул ноги к огню. Его левая рука была закована в гипс и висела на широкой перевязи.

— Матёрому самцу уступают дорогу даже молодые тигры и медведи…

— Но суар Арман уступать не захотел! — начальник службы безопасности Аvaland Pharmacevtic укоризненно покачал головой, глядя на босса, словно на непослушного сынишку. — И когда наш красавец не свалился от его единственной пули, пошёл на него с этой древней хренью, подаренной нашими вендскими друзьями… как её… рогатиной!

— Которая оказалась прочнее, чем мои старые кости! — рассмеялся Аваланд. — И теперь заслуженно занимает место на стене рядом с ружьём, из которого я убил своего первого медведя. А что там с твоей добычей?

— С нашей! — поправил Ариэль. — До сих пор не могу понять, как вы заманили моего дорогого родственника на Кандиану?

— Пусть это остаётся моим маленьким секретом! — Фармацевтический магнат поднялся, открыл стоящий за ним портфель из крокодиловой кожи, достал ручку и записную книжку, вырвал два листочка. — Так же, как твоим секретом останется, куда ты дел Сензангакеле после допроса.

— Ой, да можно подумать, я скрываю! — фыркнул майор и указал на голову росомахи. — Там, на полянке, целое семейство таких, как наш покойный приятель, пару кабанчиков доедали. Мы положили неподалёку, ну и всё. Даже череп разгрызли, обжоры! Теперь сам Тарантос не разберётся, где какая свинья. Само собой, старикашка мне всё рассказал. И, хотя заказчик покушения на вас с ним лично не встречался, девять шансов из десяти, что его зовут…

— Стоп! — Аваланд предупреждающе поднял палец. — Ни слова! Я тоже провёл небольшое расследование. Запиши, кто заплатил за мою жизнь, и положи листок на камин. Я запишу на другом, и мы сверим имена.

Имя оказалось одно и то же.

— Интересно, зачем ему вас убивать? — меланхолично спросил Ари, кидая листки в огонь.

Старый охотник подошёл к окну и с грустной улыбкой посмотрел направо и вверх. Туда, где за сотни миллиардов километров его притягивала невидимая Радуга.

— Понял! — кивнул Ари. — Он что-то пронюхал о ваших находках и хочет наложить на них лапу. Рассчитывая, что решить проблему с наследником будет проще, чем с вами.

Суар Арман качнул головой.

— Нет, в таком случае было бы проще дождаться моей естественной смерти. Но грядёт война, и, если собственником института окажется капитан Гверо, власти его могут конфисковать, а кому потом удастся вытащить центр из лап орлеанского правительства и удастся ли вообще — большой вопрос. Семейство этого человека чрезвычайно влиятельно, но есть и другие, столь же могущественные. Значит, наложить лапу может не получиться. Выгоднее, чтобы Воислав получил наследство уже сейчас, а потом обработать его. И…

Старик помолчал, наморщил лоб, словно борясь сам с собой.

— Я узнал ещё кое-что. Очень скоро он встретится с главным человеком из твоего списка. Они старые знакомые и пятнадцать лет назад свергали Ндумо вместе. Место и время встречи мне известно.

Ариэль резко выдохнул и внимательно посмотрел в глаза мужчины, сидящего перед ним. Жизнь научила его не верить никому, но сейчас лжи он не увидел. Только непонятную печаль.

— Я как раз собирался, отпуск хотел попросить… Для себя и ребят… Всех моих, кто остался… И ещё… Я нашёл своего сына, и он мой наследник. Эгбейеме и остальные тоже написали завещания, и все выбрали душеприказчиком вас.

Аваланд снова залез в портфель, достав на этот раз чековую книжку.

— Вот чек на предъявителя, который оплатят в любом тамошнем банке. И адрес, по которому можно обратиться в случае затруднений. Отпускные получишь наличными. О сыне не беспокойся. И всё равно постарайся вернуться. Тем более с тебя трофей!

— Боюсь, головы благородных хищников, украшающие стены вашего клуба, оскорбятся таким соседством!

Покидая каминный зал, Ариэль улыбнулся про себя: к старости хозяин стал ещё осторожнее, чем обычно, не называет имён ни в своём клубе, ни даже в собственном кабинете. И, судя по недавнему покушению — он прав!

Один из богатейших людей Орлеании, напротив, полагал, что совсем скоро сможет вздохнуть спокойно. Прикончив Оназиса, Ари наверняка погибнет сам и никогда не узнает, сколько денег вложил владелец Аvaland Pharmacevtic в свержение и убийство его дяди, президента Ндумо. О сыне Ариэля Аваланд, конечно, позаботится, ведь за эти пятнадцать лет командир «скорпионов» и сам стал для него почти что сыном. Оттого так и мерзко на душе.

Джална, территория бывшей республики Джамхира

В покрытом ковром из чёрных и белых бараньих шкур Малом зале для приёмов бывшей горной резиденции президентов Джамхиры шёл неторопливый разговор. Рассевшиеся прямо на полу и облокотившиеся на подушки собеседники уже выпили по традиционной пиале зелёного чая, и теперь настала очередь плова, но Натаниэль попросил изменить порядок встречи.

— Уважаемые, — приложил он руку к сердцу, — я знаю и чту ваши традиции, всем сердцем принимая их! Воистину мудр был великий Джална, заповедовав говорить о деле после еды. Но я прошу проявить снисходительность к скромному уроженцу Лиги — после столь замечательной трапезы отяжелеет не только моё тело, но и мозг. Давайте сперва побеседуем, а потом отдадим должное мастерству ваших поваров!

Мудрейшие обычно так и поступали, и лишь законы гостеприимства заставили их поставить плов впереди беседы. Затаившийся в соседнем помещении человек прижался к стене и весь превратился в слух. Вряд ли Ари пустился бы на столь безумную авантюру, если бы не место встречи. Узнав о том, что владыки планеты решили принять Оназиса в бывшей горной резиденции правителей Джамхиры, преемник президента Ндумо расценил это как знак.

Пробиваясь через ущелье, единственная дорога к резиденции вьётся безумным серпантином над пропастью и бурной рекой. На трассе несколько застав. Главная из них располагается в начале узкого ущелья, перекрытого каменной стеной. Подъезд к мощным железным воротам прикрыт позициями крупнокалиберных пулемётов, способных вести перекрёстный огонь. Заряды взрывчатки на стенах прохода в любую секунду готовы вызвать обвал и смести любого, осмелившегося покуситься на жизнь властителей Уммахана. А на выходе из ущелья — ещё три заставы, одна за другой.

Небольшое плато, на котором высится