"Фантастика 2026-5". Компиляция. Книги 1-29 - Настя Любимка

и всё… Никто не выжил. А в тот, первый раз мне повезло, я как раз вместе со штатным дозиметристом из брони вышел. Знаю, не положено, но… вот так. От бронемобиля один покорёженный остов остался, а меня взрывной волной отбросило и довольно сильно приложило. Несколько часов без сознания провалялся, может, это и спасло. Когда очнулся, увидел этих… но они уже грузились в свои… «самолёты». Не знаю, как правильно их назвать.

— Атмосферные боты, — быстро пришёл на помощь офицеру, — это, скорее всего, группа фиксации и контроля поражённую цель отрабатывала.

— Во-во, — покосившись на меня, произнёс майор, — эти боты неизвестной конструкции, без лопастей, без реактивного следа… ну, ты понял меня. Форма необычная, странное оружие, но главное ходили словно роботы: медленно, метр за метром просвечивая каким-то прибором поверхность и брали пробы. Меня-то взрывной волной далеко откинуло… Когда добрался до своих, доложил командованию, но мне не поверили. Почти сразу отправили ещё одну группу, она успела установить резервные камеры обзора. Вот тогда мне поверили, но из них никто не вернулся…

Майор замолчал.

Сочувствия или жалости к себе, как истинный офицер, майор не требовал. Жаль было ребят, что отправили, не уточнив обстановку и не разобравшись, но их гибель не напрасна, как понял. Полковник сохранил солдат, технику. Вот только с провизией у них сейчас проблемы.

— Заря, сколько вас там?

— По команде «Атом!» в убежище укрылся весь личный состав, что находился на резервном пункте. Это, если считать с постоянным и обеспечивающим персоналом, более двухсот солдат и офицеров, — оживившись, ответил майор.

— Хорошо, здесь всем места хватит. Вот только перед тем, как идти за ними, надо отыскать схему.

— Не согласен с тобой, Бес. Схему искать и разбираться в лабиринтах убежища мы можем неделю, но там наши ребята. Когда мы уходили, у них провизии на двое суток оставалось, вода есть. Своя скважина, но вот еды. Никто ж не думал, что так получится. Только недельный паёк, ещё плюс НЗ на неделю, и всё.

— Ясно, возможно ты прав, — согласился с офицером. Логика в его словах была, это я не учёл многие обстоятельства. И что голодный человек физически быстро ослабевает, не выдерживает длительных нагрузок, и что такое количество людей за один раз не доведём, а ведь ещё надо добраться до этой резервной позиции. — Далеко до вас?

— Двое суток, если повезёт. А так можно и дольше. Мы сюда, плутая, шли почти пять.

— Это примерно километров шестьдесят до вас?

— Ну, да. Если по прямой.

За тихим разговором вернулись обратно в зал, где разместились бойцы на ночлег.

— Бес, ты ложись. Я покараулю.

— Не спится что-то, — тихо ответил, чтобы не побеспокоить товарищей. В принципе все устали. И я тоже, но непонятное чувство даже не тревоги, а ожидания чего-то важного или судьбоносного не покидало меня весь этот день. Я уселся в одно из свободных кресел и погрузился в раздумье, пытаясь понять, что меня так сегодня тревожит. Вроде нормально добрались до убежища, как смогли, осмотрели его, запустили генератор, убедились, что в нём можно относительно спокойно разместиться. Еда есть, вода… с водой пока проблемы, но запасов консервированной воды достаточно, но, может, мы пока не отыскали скважину с технической водой. Ведь умывальник и санузел имеется, а это значит, что и вода должна быть. Не из банок же наполнять ёмкости…

Я сидел, смотря на однообразные металлические конструкции, что можно встретить чуть ли не в каждом офисе. Взгляд спокойно скользил, не цепляясь по стройным рядам, как остановился, уставившись на бесформенное образование.

— Заря, — тихо позвал командира. Он также не спал, а занимался чисткой оружия, — не знаешь, что это такое?

— Стеллаж ещё один, только обёрнут бумагой и плёнкой, новый наверно. Мы его ещё не смотрели.

— Странно, — произнёс, подходя к стеллажу. Попробовал пошатать — тяжёлый, не поддаётся. — На стеллаж не похоже, скорее всего, это металлический шкаф. И по высоте чуть ниже, и смотри, ножки совсем другие — сплошные.

— Думаешь это сейф?

— Если так, то именно там лежат нужные нам документы…

Глава 12

— Заря, да послушай меня! — возмущался Партизан, — вдвоём мы быстрее дойдём до наших. А вы тут всё к их приходу подготовите. И воду пустите, и проверите…

— Партизан, прекрати! Приказ разве не ясен??? Идут…

— Заря, а Партизан прав, — вступил в разговор. В убежище мы третьи сутки. Успели отдохнуть и нашли схему расположения, оказавшуюся в том самом металлическом шкафу, что был так умело замаскирован. И сейчас решали, кто пойдёт за остальными. Заря настаивал, что надо идти не менее чем тремя парами. Логика в его словах была. Если одна пара не дойдёт, то вторая или третья доберётся. Но нас слишком мало. Молодых брать с собой не имело смысла. Путь неблизкий, а до конца они ещё не восстановились. Оставались только я, Партизан, Заря и ещё один сержант, что вполне смогут выдержать нагрузку. Ведь идти придётся только ночью, готовя днёвки, и нести с собой довольно большой груз. Вот только одно обстоятельство очень сильно портило весь план. Сегодня днём я вылез наверх осмотреться и едва успел вернуться назад. В нашем квадрате оказалась очень высокая активность анторсов. Их атмосферные боты, тут и там, постоянно мелькали в небе. Сложилось впечатление, что рядом или их аэродром, или какой-то опорный пункт. — Одна пара — малозаметная цель и ей легче пройти незамеченными, — продолжал говорить, — а если из трёх групп хоть одну обнаружат, то всполошим анторсов и они тогда перекроют все пути. Снова высадят десант и будут загонять нас или накроют с воздуха по площадям. В этом деле лучше тишина и незаметность. Тебе, Заря, с остальными лучше остаться здесь в убежище, подготовиться к приёму ребят. А мы с Партизаном сегодня ночью выйдем, осмотримся, если ничего подозрительного не заметим, то пойдём.

— А если заметите? — не унимался Заря.

— Я уже сегодня докладывал, что-то слишком активны анторсы в нашем квадрате.

— Да, ты говорил, — смягчился Заря.

— Так что рисковать людьми не стоит. Если через шесть дней мы не вернёмся, вышлешь ещё одну группу.

— Шесть дней не мало? — засомневался Партизан.

— Это с запасом. Два-три дня туда, сутки там и в обратную.

— Ладно, уговорили, — согласился Заря, — вот вам карта, изучите её, если надо, перерисуйте ориентиры, но чтоб врагу ваши художества не достались…

М-да, погорячился я, заявив, что дойдём до места за двое суток. Ладно, марш-бросок на тридцать километров в полной выкладке для меня не новость, но то, что приходится таиться от каждого чиха, не учёл.

Вышли мы с Партизаном вечером следующего дня. Всё никак не могли подгадать, чтобы анторсы хоть ненамного снизили свою активность, а то и носу было не высунуть. Хотел идти налегке, но пришлось брать с собой много продуктов. Конечно, всех не накормим, но я предложил сделать в двадцати и в сорока километрах схроны с провизией. Вот и шли, нагруженные, едва перебирали ногами. Но скоро станет легче. За первую ночь мы преодолели двадцать километров и сейчас располагались на днёвку. Землянку копать не стали, а соорудили шалаш, где спокойно можно разместиться вдесятером.

— Один рюкзак с провизией здесь оставим.

— Лучше здесь два оставить. Мы из графика выбились, а людям здесь еда нужнее будет. Как раз они сорок вёрст пройдут и здесь отдохнут. Да и неизвестно, какая там обстановка, — высказал своё мнение. Я действительно планировал за ночь пройти половину пути, но не случилось. То пришлось долго сидеть, ждать, пока анторсы уберутся, по крайней мере, перестанут маячить над головой, то менять маршрут, обходя подтопленный участок. Пустыми мы бы его прошли, но гружёными под завязку продовольствием, медикаментами и другими необходимыми на первое время вещами шли медленно. А ещё предстояло форсировать реку. Да, она одна и не такая широкая, но на то она и река. Моста поблизости нет, а делать крюк в десять километров я с Партизаном посчитали нерациональным.

— Соглашусь, — кивнул Партизан, — в пяти километрах река — это единственное труднопреодолимое место. Она неглубокая, но течение сильное. С таким скарбом можем и не преодолеть, тем более ночью. Ладно, давай отдыхать…

Сон у меня был тревожный. Опять снились бои, сражения. Я — Глен сражался за Империю с труднопроизносимым названием, защищал какой-то укреплённый пункт, командуя оставшимися в живых бойцами, а когда всё закончилось… вокруг тела погибших солдат, а я один стою в развороченных