"Фантастика 2026-178". Компиляция. Книги 1-22 - Екатерина Насута

В груди похолодело. Промелькнула жалкая трусливая мыслишка: может, отец всё-таки ничего не знает? Мысль тут же была изгнана: такого ещё ни разу не случалось. Он всегда в курсе всего, что происходит в доме. Значит, и сказка про нездоровье не пройдёт. И ужин пройдёт куда хуже, чем если бы на нём был этот…

Разумеется, на ужине тема утренней ссоры не поднималась: говорить о делах за едой считалось дурным тоном. Но по тому, как отец хмурил брови, было ясно: их с господином Веретенниковым разговор ему доложили в подробностях, если не дословно. Матушку, судя по всему, тоже известили: её взгляды, удивительным образом совмещающие укор и сожаление, ничего хорошего не обещали. Учитывая, что родители обычно читали нотации порознь, вечер обещал быть долгим. И от этого Варвара и сама сидела мрачнее тучи, без аппетита ковыряясь в нежнейшем бифштексе.

Отец не выдержал первым. Кивнув матушке в ответ на её безмолвный вопрос, поднялся из-за стола, проигнорировав десерт.

— Варвара, как закончишь ужин, изволь явиться ко мне в кабинет, — приказал он.

Взглядом успокоив жену, повернулся и быстрым шагом вышел.

Когда Варя зашла в кабинет, князь сидел мрачный, как грозовая туча. Молча кивнул дочери на кресло напротив стола. Та осторожно присела на краешек. Таким отца она ещё не видала даже после самых безумных её проделок. Это выглядело пугающе.

Наступила долгая пауза. Варя сидела, ожидая разноса. Глядела в сторону, разглядывая обои на стене. Отец глядел на неё в упор, и взгляд его не обещал ничего хорошего. Наконец, князь нарушил затянувшееся молчание:

— Ты меня разочаровала, — холодно произнес он. — Я никак не ожидал обнаружить в тебе столько снобизма, столько сословной спеси. Поздравляю, ты побила все рекорды: в кратчайшие сроки несколькими словами оскорбила и унизила человека, который не имел права ответить тем же. Не так давно ты громко и бурно возмущалась поступком Кутайсова. Сегодня ты сделала то же самое, только если барон ударил физически, ты хлестнула словом, а это намного больнее. Настолько больно, что человек в ту же минуту принял решение уехать из этого дома. Догадываешься, почему?

Варя, сжавшаяся было под суровым взглядом князя, резко вскинулась. Отец в одну минуту перевернул всё вверх ногами. Вдруг оказалось, что это она виновата во всём. А этот… этот совершенно не при чём и вообще потерпевшая сторона. Вновь вспыхнул гнев:

— Значит, он имеет право причинять мне боль, а я нет? Он посмел поучать меня! Решил, что имеет право указывать мне!

Девушка с вызовом смотрела на отца. А тот внезапно поник:

— Да, — тяжело вздохнул он, — всё ещё хуже, чем я думал. Как говорится, если факты противоречат женскому мнению, тем хуже для фактов. Мне казалось, ты способна к рациональному логическому мышлению. Ну, хотя бы, время от времени. А выходит, что ты ради того, чтобы защитить свои иллюзии пожертвовала единственным другом и совершенно не испытываешь сожалений по этому поводу.

— Друг? Какой друг? — не поняла Варя.

— И ведь не притворяется, — опять вздохнул князь. — Неужели у меня, несмотря на все старания, выросла обычная девка с куриными мозгами?

И прежде, чем Варвара успела возмутиться, продолжил:

— Две недели назад я рассказывал тебе о своём разговоре с Веретенниковым и о том, что он считает тебя другом. Я согласен, что его нынешняя реплика была излишне эмоциональна, но в ней не было ничего для тебя нового. Тогда же, две недели назад, я тебе говорил то же самое, и ты не протестовала, стало быть, была согласна. А когда об этом сказал твой единственный друг, ты смешала его с дерьмом, опустила до уровня навоза. Можешь смело считать, что друзей у тебя теперь не осталось.

Видя, что Варя пытается что-то сказать, остановил её повелительным жестом:

— Язык у тебя работает быстрее мозгов, так что сперва обдумай, как следует, свои слова. Двух недель для самоанализа тебе, видимо, не хватило. Теперь о главном: сейчас Веретенников активно проектирует новые модификации вашего самолёта. И я приложу все усилия, чтобы он занимался этим и дальше. Для меня это важнее твоего душевного спокойствия. И если вы не сможете работать вместе, значит, он будет заниматься разработкой один. Со временем придут молодые, дерзкие, талантливые инженеры, образуется полноценное конструкторское бюро.

— А я? — с обидой в голосе спросила Варвара.

— А ты выйдешь замуж. И не смотри на меня волком, это всё равно когда-то случится, так почему бы и не сейчас? Предложения мне поступают каждую неделю, и не по одному.

На столе пронзительно задребезжал телефонный звонок. Князь снял трубку, выслушал короткий доклад, ответил:

— Через полчаса.

— Ну, дочь моя дорогая, — произнёс он, кладя трубку на рычаг. — у тебя полчаса на раздумья. Приехал Веретенников, чтобы забрать оставшиеся вещи, и я намерен с ним переговорить. Можешь уйти, можешь остаться. Но имей в виду: если ты не уверена в том, что сможешь нормально, с полной отдачей работать с ним в паре, скажи об этом сразу. Предупреждаю потому, что по должности он будет выше, и тебе так или иначе придётся выполнять его распоряжения. Если меж вами пойдут склоки, мешающие общему делу, я приму решение сам. Единолично. И тебя уже спрашивать не стану.

* * *

Андрей ехал медленно. Теперь, когда работа была закончена, ничто не спасало его от тягостных раздумий. Не то, чтобы он считал себя неправым по сути. Но вот так разом вываливать на девушку свои мысли не собирался. Даже наоборот, хотел улучить момент и поговорить спокойно, без лишних эмоций. Ну вот, поговорил. Что её дёрнуло провоцировать? Что его дёрнуло отвечать? Может, Варя была права? Резкое поднятие статуса спровоцировало резкий ответ?

Наверное, теперь это неважно. Жгучая обида, причинённая заведомой ложью, за день стёрлась, ушла, оставив после себя лишь сожаление. Но вот последний выпад, откровенное стремление указать место, подчеркнуть высокий статус Варвары и его подчинённое, зависимое положение, никак не давал покоя. Когда он так ошибся в человеке? Но ведь она каждый раз подчёркивала своё неприятие сословных различий, горячо протестовала против даже шуточного своего титулования. Неужели это была маска, которая сейчас, в привычном кругу, наконец, слетела?

Как было бы легко сейчас просто сесть в мобиль и уехать куда-нибудь подальше, затерявшись на просторах империи. Послать ко всем чертям и Тенишева, и княжну, и деньги, и место. И никогда больше не связываться с