Небесный всадник - Кирико Кири

Глава 36

Она остановилась прямо перед дверью в ту часть шпиля, где жили служанки.

— Господин, вам не обязательно идти за мной. Я принесу вам галдинку.

— Да мне просто интересно посмотреть, как у вас там всё выглядит, — пояснил я. — У вас бывали другие всадницы?

— Только в случае крайней необходимости заходят к старшей прислужнице.

По факту их часть шпиля представляла из себя один-единственный прямой коридор, куда выходили комнаты слуг. Принцип примерно тот же, как и у нас, разве что комнат в разы больше, и я могу предположить, что по размерам они будут скромнее, чем наши. Да и выглядел сам коридор и меньше, и мрачнее.

— А у вас тоже есть свой обеденный зал, комната отдыха и бассейн? — спросил я.

— Да, господин. Всё, кроме бассейна, — ответила девушка. — Но у нас нет своих умывален в комнатах. Мы моемся в общей умывальне.

— Понятно…

Нисса открыла дверь в небольшой, но по-домашнему уютный и неплохо обставленный зал. Не такой роскошный, как у нас, но выглядело всё очень по-домашнему. Можно сказать, здесь каждый мог найти себе мягкий уголок. Она скрылась внутри на несколько секунд и вернулась, держа в руках нечто похожее сразу и на балалайку, и на укулеле, и на гитару. Хотя о чём я, они между собой все похожи. Короче, какая-то средневековая балалайка.

Служанка протянула мне это чудо местной музыкальной инженерии, и я осторожно взял его за гриф. Покрутил в руке, разглядывая со всех сторон. По факту всё тот же струнный инструмент с теми же металлическими ладами, колками и резонаторным отверстием, просто размер чуть меньше, да и форма другая. Даже струн было шесть, хотя ладов не хватало, конечно.

Я щипнул струну, и по коридору разнёсся до боли знакомый мне звук.

— Господин, я не вправе вам что-то говорить, но, возможно, вы разбудите других прислужниц, а у них завтра работа, — извиняющимся голосом произнесла Нисса.

— Оу, сорян, я чёт затупил, — я огляделся. — Лады, давай пойдём обратно на кухню, там никому мешать не будем.

Вернувшись обратно, я протянул инструмент девушке.

— Сыграй что-нибудь. Для разогрева, скажем так, — попросил я.

Нисса аккуратно села, но взяла это чудо музыкальной инженерии вертикально. Внезапно. Ну то есть корпус на ноге, гриф вертикально вверх. Ещё дай ей смычок и будет мини-виолончель. Теперь понятно, почему на нижнем овале есть выемка — специально под ногу.

И Нисса заиграла что-то зауныльно-затяжное, что аж уши завяли. Оставалось только завыть, но от боли, которую эта музыка выжимала из меня.

— Стой-стой-стой, а можно что-то повеселее? Пожалуйста? — попросил я.

Девушка тут же прервалась, кивнула и заиграла вновь, теперь уже более весёлые мотивы. Следующая мелодия мне почему-то сразу напомнила те, которые играют в тавернах. Что-то типа ирландского, что ли, или в этом духе. Закончив одну песню, она сразу начала играть другую, тоже относительно мажорную, хотя такую и на похоронах можно было бы сыграть.

Уверен, что, вбей я в Ютубе «средневековые песни» (будь он вообще здесь), и вот будет как раз то, что она играет. И что дико странно, они все, по факту, похожи, просто под разными углами. Правильно нам на сольфеджио говорили: до всех Вивальди, Баха, Монтеверди и прочих музыки не было.

— А что-нибудь спеть? — попросил я. — Ну, музыку со словами.

— Я поняла, — улыбнулась Нисса.

Её пальцы запрыгали по струнам, а через мгновение к ним присоединился и её голос. Вот что-что, а петь девчонка умела. То ли у неё талант, то ли набила рот… руки… короче, наиграла опыт. Это была не чета тем песням в тавернах, где горлопанил пьяный чел, пытаясь попасть по нотам на своей балалайке, мало похожей на эту.

Красивый, тонкий, высокий мелодичный голос под стать мелодии, которая игралась буквально по одной-двум нотам без аккордов.

Когда она закончила, я протянул руку.

— Дай-ка, попробую…

Давно же я не брал в руки гитару. Как закончил музыкалку, так и расхерачил свою о какое-то дерево прямо перед дверьми ненавистного мною места, гори оно вместе со всем в аду. Ну, кроме учителя по музыке, у той были реально стальные нервы терпеть такого музыкального дегенерата, как я. Но это не мешало мне потом с друзьями на гитаре играть.

А, ну а ещё я ноты курил, вот.

Короче…

Я взял эту недогитару, как меня учили в школе, и чудо, она легла в руки, как родная. Ну не совсем родная, но не было чувства чего-то непонятного и инородного, как у некоторых туристов, подцепивших в Тае красивую девушку и засунувших ей руку в трусы.

Несколько щипков, и инструмент покинули ноты из совсем простой песни про кузнечика. Быстро наиграл, прикидывая расположение нот на грифе, и с попытки пятой у меня даже начало что-то выходить, а ещё через десять минут я уже вполне освоился. Да, чуток не хватает нот, но, блин, это как на пианино, где просто октав будет поменьше.

Короче, что-то помню, что-то лабаю.

Нисса с удивлением и интересом наблюдала за тем, как я держу их галдинку, но с советами, очень важными и полезными, не лезла. Наверняка в голове у неё крутилось что-то типа: «Как он, блин, её держит, это же неправильно!» Но думаю, я ей скоро открою глаза на то, как можно было ещё играть на этой укулеле.

Так, а чё сыграть-то… Ну, думаю, Шнура про выборы стоит пропустить, не поймёт. Да и про Владика не стоит тут зачитывать, а то психику ей сломаю. Что я ещё знаю… О, знаю, что сыграть… Так, ток надо вспомнить, как там с аккордами было-то…

Первые попытки взять аккорды начального риффа (это типа короткого и запоминающегося отрывка мелодии) пошли вкривь и вкось. Но вот потом, поймав наконец нужное положение, наобум отыграл пару аккордов, и…

Ладонь прижала струны, после чего я отрывисто забарабанил по струнам правой рукой, пока левая едва успевала перебирать аккорды на грифе. И эту кухню огласила музыка, хорошо известная моему миру.

Знакомьтесь, дети, «Нирвана — Тим спирит».

Реально, на меня прямо что-то нашло. Я едва смотрел на струны, руки сами на автоматизме пробивали каждую ноту, выдавливая звуки, которые ни эти стены, ни этот мир никогда не слышали, с совершенно иными ритмами и стилем игры. Так приятно было услышать что-то родное, что я совсем погрузился в себя, пока звук и тон нарастали. Правая рука хреначила по струнам