Bleach: Император душ. Том 1 - Всеволод

половину кровли, из дома посыпались полуголые девицы, кутаясь в простыни. Они голосили на разный лад, что их то ли убивают, то ли насилуют, — я так и не разобрался.

Через секунду на улицу вырвались семь пудов чистой ярости. Он бешено вращал налитыми кровью глазами, а полы незапахнутого кимоно разошлись, не скрывая необъятного живота.

— КТО ПОСМЕЛ?!

Рык разнёсся по округе, а спустя мгновение взгляд капитана сфокусировался на мне.

— ТЫ-Ы-Ы!!! — закричал он, выхватывая из ножен занпакто.

Я решил немного остудить его пыл и обрушил во все стороны мощное давление рейацу. Уцелевшие створки особняка задребезжали, а мелкие обломки кровли поползли по земле. Мне не хотелось начинать сражение с бухты-барахты посреди толпы, которая уже стягивалась со всей территории отряда.

Мой манёвр вернул во взгляд капитана каплю осмысленности. Клинок он не опустил, но бросаться вперёд передумал.

— Какого хрена тебе надо, обсос?! — рявкнул он.

— Добрый день, капитан Киганджо. А я к вам по срочному делу. — Я радушно улыбнулся.

Казалось, от этой улыбки он готов был улететь на луну на жопной тяге.

— Какому, блять, срочному делу?! Ты, ебанько, разнёс мне полдома! Дай мне хоть одну причину, чтобы я не превратил тебя в отбивную!

— Так я по этому поводу к вам и пришёл. — Я снова радушно улыбнулся.

Взглянув на его багровую рожу, я понял, что дальше бесить капитана не стоит: ещё его хватит удар, и нужного шума уже не выйдет.

— Ладно, пошутили — и хватит. — Я стёр с лица последние следы улыбки, выпрямился и заговорил громко и чётко: — Капитан Одиннадцатого отряда Госуке Киганджо, я, Неот Сигиллит, бросаю тебе вызов за звание Кенпачи и право занять твой пост.

Киганджо замер, а затем его багровая рожа растянулась в широкой улыбке.

— Принимаю, сосунок, — прорычал он. — Через двадцать минут на полигоне.

Двадцать минут спустя мы стояли на полигоне Одиннадцатого отряда, друг напротив друга. За это время весть о вызове успела облететь казармы, и теперь по краям площадки толпились бойцы. Киганджо привёл себя в порядок и предвкушающе улыбался, не сводя с меня глаз.

Я же думал о том, что мог бы повторить путь Зараки Кенпачи. Никакой интриги в предстоящей схватке для меня не было: я мог с лёгкостью зарубить этого самоуверенного идиота, но сознательно не собирался заканчивать сражение сразу. Пока я добирался сюда, у меня как раз было немного времени, чтобы продумать стратегию.

До того как гонец принёс неутешительные новости, я планировал тихо и мирно прирезать этого болвана и занять его место. Не было никакой надобности показывать свой уровень силы и привлекать лишнее внимание. Однако теперь всё перевернулось. Мне нужно было создать такой громкий резонанс, чтобы отвлечь Готэй 13 и Совет 46 от окраин Руконгая. Если сбежавший шинигами рассказал о стычке с моими людьми, то своим перформансом я намеревался полностью перебить эту новость.

— Ну что, сосунок, готов к смерти? — Подловатая улыбка расплылась по жирной роже Госуке.

Я смотрел на это недоразумение, зовущееся Десятым Кенпачи — то есть лучшим бойцом поколения, — и испытывал отвращение пополам с недоумением. Как такое ничтожество могло занять этот пост и удерживать его на протяжении стольких лет? Почему система Готэй 13 не занималась выбраковкой подобного сброда и позволила этому дерьму существовать? Я решительно отказывался это понимать.

— Что, язык проглотил? — насмешливо бросил он и вытащил занпакто из ножен.

Металл сухо прошелестел, и по краям полигона один за другим стихли голоса.

Мне не хотелось следовать «славной» традиции, требовавшей перед боем облить противника грязью, поэтому я решил молча приступить к делу. Едва моя рука легла на рукоять, интуиция буквально прошила всё моё естество. Я точно знал: если прямо сейчас не обнажу занпакто и не высвобожу шикай, всё пойдёт насмарку. И даже эта схватка, как бы она ни закончилась, не сможет отвести угрозу от моего детища.

Доверившись предчувствию, я выхватил клинок.

— Созидай по моей воле, уничтожай по моему слову —…

Место действия: Внутренний мир.

Время действия: Первая встреча героя и духа занпакто.

Первым инстинктом было как следует выматериться. Долго, со вкусом, смешивая конструкции из нескольких языков, чтобы у мироздания не осталось сомнений в моём отношении к происходящему. Однако сознание, затопленное коротким приступом паники, распорядилось полутора тысячами лет накопленного опыта весьма специфически. Из бездонных архивов памяти оно услужливо вытащило древний мем ещё из первой жизни:

«No, God! Please, no! No! No! NOOOOOO!»

— Не стоит так напрягаться, — прервал мой малодушный приступ паники чужой голос.

Фигура на троне мигнула — и в следующее мгновение исполин оказался прямо передо мной. Между нами осталось всего несколько шагов, и мне пришлось высоко задрать голову, чтобы посмотреть ему в лицо. Опасения, терзавшие меня перед самым перерождением в этом мире, оправдались на все сто сорок шесть процентов, только в лице моего занпакто. Он оказался великаном ростом в четыре с лишним метра.

Когда наши глаза встретились, меня прошибло внезапное озарение.

— Ты не он.

— Я не он.

Мы произнесли это одновременно. На несколько секунд в тронном зале воцарилась тишина.

— Я не он, — повторил дух занпакто. — И, как я уже сказал, тебе не стоит так напрягаться.

Его слова немного разрядили обстановку.

— Это не может не радовать, — с облегчением выдохнул я и улыбнулся. — Я понимаю, что ты не Император Человечества — это как раз очевидно. Но ты выглядишь как он и ощущаешься точно так же.

— Если нечто выглядит как утка, плавает как утка и крякает как утка, то это, скорее всего, утка? — перебил меня дух.

Я кивнул.

— У меня есть часть его воспоминаний, его устремления и чаяния, — продолжил великан. — Однако я чётко осознаю, кто я и ради чего существую.

Он замолчал, оставив меня теряться в догадках.

— И кто же ты? Ради чего существуешь?

Исполин пожал огромными плечами.

— Я твой занпакто. Не больше и не меньше.

Сказано это было на удивление буднично. А ведь, едва увидев Императора на троне, я больше всего испугался, что столкнулся с абсолютно автономной сущностью колоссальной силы. Сущностью, которая в ответ на заявление «ты мой занпакто» лишь рассмеётся мне в лицо и попытается выселить мою душу из этого тела. К счастью, я ошибался, и это вселяло надежду. Однако оставался один фундаментальный вопрос, не позволявший до конца поверить его словам.

— Тогда у меня вопрос.

Дух приподнял бровь.

— Почему ты пытался стереть мою личность?

От этого ответа зависело то, какими станут наши взаимоотношения.

— Я? — искренне удивился он и