Фантастика 2026-100 - Вадим Фарг

Сегодня утром она привезла корзину продуктов: отборное мясо, свежие овощи, сливки. На мой вопросительный и немного возмущённый взгляд дочь князя лишь фыркнула и заявила:

— Даже не смей отказываться! Я здесь ем, значит, должна вносить свой вклад. Иначе получится нечестно, а я не люблю быть нахлебницей.

Я подумала и согласилась. В конце концов, она права. Я была благодарна ей, но не за помощь с продуктами. Вчера и позавчера дочь князя помогала Лиле с латынью и историей, объясняя сложные моменты так просто и понятно. У меня бы так точно не получилось.

Лила… Моя умничка ушла в учёбу с головой. Ей было сложно, нагрузка в гильдии колоссальная, но я видела, как горят глаза девочки. Она пылала жаждой знаний. Рвалась к своему мастеру, отзываясь о нём как о человеке строгом, требовательном, но внимательном и справедливом.

Ближе к вечеру дверь распахнулась, и Лила влетела в дом, ослепляя своими эмоциями ярче выпавшего снега.

— Сегодня мы ходили в морг! — заявила она с порога с такой широченной улыбкой, словно ходила не в царство мёртвых, а как минимум во дворец на приём к самому императору.

В кухне повисла тишина. Мы с Амалией, которая осталась на ужин и как раз нарезала свежеиспеченный хлеб, шокировано переглянулись, не находя, что сказать.

— Э-э-эм… — в итоге протянула она, откладывая нож. — Ну-у-у… я тебе сочувствую…

— Да нет же! — взволнованно дышала Лила, глаза которой горели от переполнявших её эмоций. — Там… там столько всего интересного! Мы изучали строение мышц! Мастер показывал, как проходят нервы!

Мы с Амалией опешили ещё больше, а Май так и вовсе замер с ложкой у рта, боясь моргнуть. Он хоть и маленький, но прекрасно знал, что такое морг и кто там "живёт".

Лила, не замечая нашего ступора, начала рассказывать с придыханием:

— Мастер Солус такой… такой! Он так ругался сегодня! Представляете, он что-то объяснял, а я увидела… ну, одну особенность на руке… экспоната. И случайно коснулась её. Без перчатки!

— О боги… — прошептала Амалия, побледнев.

— Ой, что было! — продолжала Лила восторженно. — Мастер покраснел, как рак! Схватил спирт, начал самолично дезинфицировать мне пальцы, ворча, что с такой ученицей он помрёт раньше времени! Кричал: «Если не от заразы, которую ты с лёгкостью подхватишь и передашь мне, то от нервов точно!»

Мне вдруг стало смешно. Я хихикнула. Представила сурового мастера, натирающего пальцы моей дочери спиртом.

Следом за мной прыснула Амалия. За ней заулыбалась Лила, а потом захохотал и Май, хотя вряд ли понял всю соль ситуации.

Сквозь смех я чувствовала: суровый мастер Солус, каким его описал Лестр, проникся к Лиле. Он ворчит, но заботится. И он понял, что моя девочка действительно старательная, раз позволяет ей такие вольности и лично следит за её безопасностью.

Поместье рода Валторн:

В каминной комнате поместья Валторнов трещали дрова, разгоняя вечернюю прохладу. Лорд Арион, в своём любимом бархатном халате, разливал по бокалам янтарный напиток.

Сегодня у него был редкий гость — мастер Солус. Глава гильдии лекарей редко покидал свою обитель, но дружба с Арионом была проверена годами.

— За встречу, друг мой, — поднял бокал Арион.

Дверь приоткрылась, и в комнату заглянул Лестр. Он явно искал отца, но, заметив гостя, его лицо мгновенно изменилось. В глазах вспыхнул живой интерес.

— Мастер Солус! — он буквально набросился на лекаря, забыв о приличиях. — Добрый вечер! Как там Лила? Она справляется?

Лорд Арион хмыкнул, глядя на сына поверх бокала.

— Посмотри на него, Солус. Наседка, не иначе.

Мастер Солус удивлённо вскинул кустистые брови, переводя взгляд с отца на сына.

— Лестр, ты так печёшься об этой девчонке.

Арион отмахнулся, пряча улыбку в усах.

— Не обращай внимания. Это дела … сердечные, скажем так.

Лестр метнул на отца недовольный взгляд, но тут же снова повернулся к лекарю.

— Ну так что, мастер? Как у неё успехи?

Солус фыркнул, закатил глаза, а потом сделал глоток напитка, словно ему нужно было успокоить нервы.

— Успехи… Она меня сегодня чуть до нервного тика не довела, твоя протеже!

— Что случилось? — напрягся Лестр.

— Повёл я её в анатомическое крыло. В морг, проще говоря. Думал, девчонка в обморок шлёпнется, нюхательную соль приготовил. А она? Стоит, глаза горят, вопросы задаёт умные… А потом — раз! И хватает труп за руку! Голой ладонью!

Отец Лестра хохотнул, хлопнув себя по колену.

— Храбрая девчушка!

— Это не храбрость, Арион, это необдуманная глупость! — проворчал Солус, но в его голосе не было настоящей злости. — Я думал, поседею окончательно, пока оттирал ей руки, — он помолчал секунду, глядя на огонь, и выражение его лица смягчилось. — Но… должен признать. Она меня поразила.

Лестр затаил дыхание.

— Девочка скромная, тихая, но рассудительная не по годам, — продолжил мастер, задумчиво вращая бокал. — Сегодня, когда мы разбирали состав мази от ожогов, она не побоялась возразить мне. Представляете? Мне! И не просто возразить, а обосновать. Предложила альтернативу одному редкому ингредиенту, который действует мягче, — Солус покачал головой, будто до сих пор не отошёл от удивления. — Это вообще другой уровень знаний, Лестр. Откуда у неё всё это в голове? Такая молодая, из глуши… Если честно, я был приятно поражён, когда сумел познакомиться с ней поближе. Думаю, я смогу с ней сработаться. И, если она не сбавит темп, сделаю из неё достойного лекаря. Может быть, даже одного из лучших.

55. Золушка поневоле

Эля

На сердце лежал камень, который с каждой минутой становился всё тяжелее. Я смотрела на своё отражение в мутноватом зеркале и не узнавала женщину, которая глядела на меня в ответ.

Три часа назад посыльный от Амалии доставил огромную коробку, перевязанную лентами. Внутри лежало оно — платье.

Ткань цвета персика, нежная и прохладная, струилась по телу, словно вторая кожа. Никаких кричащих рюшей или нелепых бантов — только изящный крой, подчёркивающий талию, и скромное, но манящее декольте, прикрытое тончайшим кружевом. К платью прилагались туфли — из мягкой кожи, в тон наряду, расшитые мелким жемчугом. Я провела пальцем по бусинам. Гладкие, прохладные, с перламутровым отливом. Что-то мне подсказывало, что жемчуг этот самый настоящий, морской, а не стеклянная подделка.

Волосы я накрутила ещё с вечера, используя старый, проверенный способ из моего мира — на лоскуты ткани. Дёшево, сердито, а результат — упругие, естественные локоны, которые теперь каскадом спадали на плечи.

Когда дверь скрипнула и вошла вернувшаяся с учёбы Лила, она