"Фантастика 2026-154". Компиляция. Книги 1-30 - Луций Корнелий

потерялась она. Вот в ней последний рунный мастер и рассказывал все о рунах, как с ними работать, рассматривал те или иные комбинации рун. Тебе бы она очень помогла, но ее нет, так что будем с тобой сами искать пути и дороги в рунной магии, – как-то обмолвился наставник.

За три месяца до каникул Дмитрий выучил все руны, их было двадцать семь, но не всем он сделал описание. Просто почти половина у него ни с чем не ассоциировалась. Когда спрашивал у учителя, почему это так, тот отвечал, что, скорей всего, Дмитрий просто еще мало знает. И начинал еще сильней его гонять, очень много времени они проводили на полигоне и в медитации. Нет, не в подвальном помещении, которое использовали лишь первокурсники, а на полигоне, который располагался в паре километров от поселения. Там Дмитрий мог использовать свой дар на полную мощность. Он стал понимать, что если к руне огня добавить руну сил, то получится стена огня, а если еще и руну ускорения, то будет огненный шар, летящий туда, куда смотрел Дмитрий. Вечерами Дмитрий пропадал в библиотеке, его учитель распорядился давать ему любые фолианты и рукописи, но только без выноса из помещения библиотеки. Однажды ему попалась книга об артефакторике и накопителях энергии для создания артефактов. И Дмитрий стал расспрашивать об этом учителя, но тот лишь отмахнулся от него.

– Этим мало кто занимается, чтобы создавать артефакты, надо иметь сильное ядро и уметь тонким лучом силы прорисовывать рисунок заклинания. Очень сложно удерживать тонкий луч, а большое количество эргов надо для активации изделия. Слабосилок может создать артефакт, прорисовывая вязь заклинания несколько дней, а вот чтобы активировать, его надо отдать сильному владеющему. После первой активации уже не требуется много силы для последующей работы с артефактом. Маги – индивидуалисты, и отдавать созданный артефакт мало кто хочет, потому что за активацию берут большие деньги, да и не все берутся активировать изделия. И самое главное, что у тех, кто прорисовывал вязь заклинания тактильно, артефакты выходили громоздкие. Одна-две руны могли заменить целое заклинание, только вот с рунами работали во всем мире единицы. Многие знания утеряны, в основном используют артефакты, созданные старыми мастерами еще до войны магов. В основном изготавливаются и используются слабенькие лечебные артефакты, а вот боевые никто не делает, они очень сложные, и требуется более десяти эргов силы, чтобы их активировать. А таких магов у нас на империю лишь трое, да и те очень старые, живущие не одну сотню лет. Ты ознакомился лишь с первой книгой, есть и другие, ну те, что сохранились, я дам распоряжение, чтобы и их тебе выдали для ознакомления. А сейчас давай все-таки вернемся к рунной магии.

Вот они с учителем и комбинировали, а также работали над скоростью создания заклинаний. Получалось у Дмитрия неплохо, хотя и не всегда. Единственно, что делал он уже на уровне рефлексов, это владение огнем и созданием магических светильников. Немного хуже получалось с заклинаниями воздуха, и совсем плохо с водой и землей. Ну никак не удавалось удержать ему руны этих стихий. Стекали и растворялись они, а иногда били откатом, но учитель уверял, что наладится, и требовал повторять упражнения раз за разом. В последний день перед каникулами он получил от учителя наставления, чем должен заниматься дома, и принялся собирать вещи.

Глава четвертая

Выйдя за ворота академии, он закинул на плечо мешок со скарбом и отправился на рынок прикупить лошадь. Деньги у него были, потолкавшись и присмотревшись, сторговал рыжего жеребца трехлетку. Погрузил на него свои вещи, в кобуры с каждой стороны седла сунул пистоли и, вскочив на коня, отправился в путь. Ему советовали дождаться попутчиков, так как все учащиеся разъезжались по домам, но Дмитрий решил никого не ждать. Погода была прекрасная, теплая, на небе ни одной тучки, в случае чего и под кустом заночевать можно, решил он. Хотя и в любой деревне на ночлег можно попроситься.

Первую ночь он так и сделал. Уже смеркалось, когда Дмитрий остановился у небольшого придорожного села и попросился на ночлег, пообещав заплатить серебром. Дом был довольно приличный, стоял он в стороне от села, во дворе загоняла в клеть кур женщина, возраст которой определить было невозможно, да Дмитрий и не пытался.

– Хозяйка, на ночлег пустишь? – спросил Дмитрий, останавливаясь.

Та подняла голову и посмотрела на него.

– А вы кто будете? – поинтересовалась она.

– Да вы не бойтесь, стрелец я, ездил по службе, вот возвращаюсь, – ответил он, вроде бы и не соврал и правды не сказал. «Кто его знает, как она отнесется к тому, что я ученик магической академии», – подумал он и добавил: – Я вам заплачу.

– Ну что ж, заходите. – И она открыла проезд в огороже.

Дмитрий въехал, тут же спешился и снял с седла свои вещи.

– Ванька, – закричала женщина, и из дома выглянула веснушчатая рожица пацаненка лет восьми.

– Коня у барина прими, да в конюшню поставь.

Паренек птицей слетел с крыльца и подбежал к Дмитрию.

– Барин, не бойся, у нас конюшня добрая, – проговорил он, беря повод из рук Дмитрия.

– Пойдемте в дом, – сказала женщина, когда ее сын увел коня.

В доме у большой русской печки возилась старуха, на лавке сидела девочка лет пяти и болтала ногами. Старуха что-то ей говорила, но Дмитрий не разобрал.

– Мир дому сему, – сказал он и хотел перекреститься, но, глянув в красный угол, увидел что там, где должны были быть иконы, висела шторка, закрывающая их. Но Дмитрий все равно наложил на себя крест. «Что там на душе у хозяев, то их дело, – думал он. – Хоть и странно, что иконы закрыты».

– Марья, кто там пришел? – раздалось из угла у печки, завешенного шторкой. Женщина, ничего не говоря, метнулась туда.

– Присаживайся, боярин, а вещи тут поставь, – указала старуха на лавку у стола.

В это время в дом вошел и паренек, отводивший коня. Из-за занавески раздался тихий бубнеж, разобрать который было невозможно. Потом оттуда выскользнула женщина, платок, укрывающий волосы, она сняла и оказалась женщиной молодой, но очень уж бледной, словно после болезни. Да и все в доме были бледными и немного странными, однако Дмитрий не обратил на это внимание. При горящем каганце сильно не разглядишь, но и этого света было достаточно, чтобы Дмитрий углядел, но ничего не понял, да и не придал странности этой значения.

– Марья, принеси попить, – попросили из-за занавески, и женщина, зачерпнув в стоящем деревянном ведре