"Фантастика 2026-154". Компиляция. Книги 1-30 - Луций Корнелий

– Кузьма, ты тут осмотрись, что к чему, потом расскажешь, – прошептал он еле слышно.

Не успел он дойти до крыльца, как из дома выскочила Лизка и, радостно вереща, повисла на его шее.

– Димка, Димка приехал, – вопила она. Следом из дома вышла, улыбаясь, мать.

– Елизавета, веди себя подобающим образом, отпусти брата, – строго проговорила она.

Лизка нехотя разжала руки, обхватывающие шею брата, уступая место матери, которая тоже обняла своего первенца.

– Ну и чего мы тут стоим, пошли в дом, – сказала она, беря Дмитрия под руку.

– Петр, затопи баню, княжичу надо с дороги помыться, – громко сказала она уже в дверях, обращаясь к слугам. – Ты кушать хочешь? – спросила она сына.

– Сейчас нет, а вот после бани поем.

– Ну тогда иди в свою комнату, положи вещи и спускайся. Пока истопят баню, мы с тобой попьем чаю, и ты расскажешь, как проходит твое обучение. Дуська, проводи княжича в его комнату, – обратилась она к стоящей тут же девице в белом переднике.

– Прошу вас, княжич, идите за мной, – сказала девица и стала подниматься по лестнице на второй этаж, покачивая бедрами.

При взгляде на ее пышный зад Дмитрия даже в пот бросило. Постарался отогнать от себя пошлые мысли, даже губу прикусил до боли. А та, словно почувствовав интерес парня к ее прелестям, остановившись перед дверью комнаты, провела руками по своему телу сверху вниз. Потом томно вздохнула и, бросив на Дмитрия взгляд из-под опущенных ресниц, сказала:

– Вот ваша комната, княжич, проходите.

Когда девица открыла дверь комнаты, он постарался быстро шмыгнуть мимо нее и закрыть дверь. Вытерев пот со лба, перевел дыхание. «Вот же чертовка, специально же старалась смутить, зараза». Потом бросил свой мешок и принялся доставать из него кое-какую одежду, которую надо было привести в порядок.

Потом он сидел с матерью и Лизаветой в столовой и пил чай, попутно рассказывая об обучении в академии.

– А какая у тебя сила? – вдруг спросила мать.

Дмитрий уже открыл рот, но тут в столовую вошел один из слуг и сказал, что баня готова, можно идти париться княжичу. Уже сидя на полке, он вдруг подумал, почему она спросила, ей разве отец не говорил. Парился он долго, он и в той жизни любил попариться в баньке. Петр, так звали слугу, аккуратно обработал его веничком, подливая на раскаленные камни воду с настоями хвои, чабреца и еще неизвестно чего, но уж очень ароматный дух шел от того, что он плескал на камни. После бани распаренный и расслабленный он снова пил чай с небольшими пирожками с клюквой. И снова отвечал на вопросы матери, ту интересовало абсолютно все – и как учится, и чем кормят, и как и где он живет, и многое, многое другое. Спас его пришедший со службы отец.

– Ты только посмотри, кто к нам заглянул, – сказал он, входя в столовую.

Дмитрий, смущаясь, поднялся ему навстречу. Тот облапил его, потом повернул в одну сторону, в другую.

– Мать, ты только посмотри, как парень-то вымахал, – сказал он, улыбаясь. Дмитрий и правда за время, проведенное в академии вытянулся и уже был вровень с отцом.

– Как дела, сынок, как учеба? – спросил отец, наконец выпуская Дмитрия из объятий и усаживаясь за стол.

Служанка поднесла ему миску с водой, тот сполоснул руки, вытер поданным полотенцем и махнул ей рукой, чтобы уходила.

– Нормально, отец, занимаюсь уже индивидуально, а не в группе. – Хотел уже добавить, что единственный из всех учит рунную магию, но натолкнулся на взгляд отца и прикусил язык.

– Ну что там, вечерять будем сегодня али как, – спросил отец в пространство, ни к кому не обращаясь.

– Да, все у нас готово, – сказала мать и распорядилась служанке, чтобы накрывали на стол. После ужина отец, прихватив с собой небольшой кувшин с вином, увлек Дмитрия в одну из комнат в доме.

– Тут у меня будет кабинет и библиотека, – сказал он, отпирая дверь и пропуская Дмитрия. Зажег свечу и, указав на кресло, предложил присаживаться. Дмитрий решил немного пофорсить и запустил к потолку светлячка, который осветил комнату намного лучше свечи.

– Хм, значит завтра пошлю в императорскую лавку, пусть купят магические светильники, а ты их будешь заряжать, – проговорил отец, с улыбкой глядя на Дмитрия.

– А ты разве сам не можешь их зажигать? – спросил он, зная, что это одно из самых простых заклинаний.

– Могу, конечно, но надо же тебе свою силу домашним показать.

– А чего светильники-то не купил?

– Да я сам несколько дней назад вернулся, в Новгород посылали. Мать с домашними только привез, а на следующий день мне предписание вручили. Ладно. А теперь рассказывай, что изучаешь, кто у тебя наставник. А дворовым, да и матери не стоит докладывать все подробности. Нет-нет, не думай, я ей как себе доверяю, просто женщина может кому-то похвалиться, не стоит возбуждать зависть людскую.

Услышав, что Дмитрий изучает рунную магию, вскочил, прошелся по комнате и снова сел в кресло напротив сына.

– Да уж, удивил ты меня, еще раз прошу, будь осторожен, тут сейчас такие дела закручиваются. После покушения императрица некоторые рода отправила в поместья и приказала в столице не появляться под страхом смерти. Шуйские в столицу так и не вернулись, хотя им и предъявить нечего.

– А что, тати молчат? Что, блок так и не смогли снять и узнать что-то? – засыпал отца вопросами Дмитрий. Отец хмыкнул и посмотрел на сына.

– С блоком уже что-то стало получаться, еще бы день-два и сняли бы. Да, видно, те, кто послал, прознали и подсуетились. Отравили их в тот же день, когда ты уехал.

– Как отравили?

Вот так. По всей вероятности, охранник, который им еду разносил, и подсыпал. Потому что, когда узнали, что их отравили, всех подняли, дознание проводить стали, а охранника того и нет. Нашли уже по весне, когда снег сходить начал, ему горло перехватили и в сугроб сунули, а сверху снежком присыпали. Он до весны и пролежал. Поэтому и прошу тебя быть осторожным, слухи все равно о тебе разойдутся. Но, думаю, ты к тому времени уже уедешь, все ведь понимают, что ты здорово можешь императрицу усилить. А недовольных ею много, в какие-то веки впервые на троне баба сидит. Вот и попытаются тебя убрать, пока ты мало что умеешь. Рунной магией у нас лишь один человек владел, и то лет триста тому назад.

Спать разошлись поздно, отец обрисовал ему всю расстановку вокруг трона. Дал