Град на холме - Дмитрий Чайка

— Кто смеет так поступать с нами? — возмущенно загалдели купцы.

— Догадайтесь, — хмыкнул Авле.

— Те же самые, кто насилует знатных дам, — поднял голос Леон, купец из местных, поверенный нескольких аристократических семей. — Солдатня удержу не знает. Когда они рыбачкам юбки задирали, никому до этого и дела не было. Но тут несколько случаев произошло…

— Мы здесь собрались втайне, почтенные, — покашлял Спури, привлекая к себе внимание, — и все мы очень сильно рискуем. Прошу простить мою грубость, но мне нет дела до каких-то баб, будь у них хоть по три герба сразу. Мне передали, что уважаемые люди желают обменяться важными сведениями, и решили обсудить, как нам жить дальше. Кто нас собрал?

— Я собрал, — негромко ответил Леон, и глаза присутствующих повернулись к нему. — Вы все знаете, что я веду денежные дела нескольких знатных семей. И дела покойной ванассы тоже вел я. Она непросто умирала, почтенные. Если и были у нее грехи, поверьте, она свои муки при жизни приняла. Она кое-что сказала мне перед смертью.

Леон взял паузу и повел взглядом по людям, которые ворочали огромными деньгами. Гости молчали и, не мигая, смотрели на него.

— Свет Маат принес не покойный царевич Гектор, — сказал, наконец, Леон. — Его добыл из гробницы Энея некто Бренн, сын Дукариоса, кельт из племени эдуев. Он отдал медальон под страхом смерти.

— Ванасса сказала об этом только тебе? — быстро спросил Спури.

— Точно нет, — Леон покачал головой. — С ней тайно простились многие из родни, и она рассказала это всем. Месяц-другой, и по стране пойдут слухи. Это изрядно расшатает народ. Все-таки, благодать Энеева — это вам не кошель с серебром, чтобы его из рук выхватить.

— Я всегда подозревал, что тут дело нечисто, — хмыкнул кто-то из купцов. — Но что нам с того! Все это было бы важно, почтенный, будь сиятельный Гектор жив. А теперь твоя новость не стоит даже засохшей лепешки. Что сейчас значит кража благодати покойного государя по сравнению с тем, что на троне сидит отцеубийца. Мне лично на мелкие трения в царской семье плевать, но ведь он не хочет платить по своим счетам! И пороха у него почти нет. Нас только его брак с фригийской царевной и удерживает от поражения на востоке. На нас просто никто не нападает.

— Некто Бренн из племени эдуев сначала измочалил, а потом остановил Ветеранский легион около Виенны, — сказал Леон. — Он попросту запугал их. Я сам разговаривал с солдатом, который стоял в первом ряду и слышал каждое слово.

— Мы все это знаем, — загудели вокруг. — Многовато совпадений, почтенные! Вы не находите? Да кто это такой? Где он сейчас?

— Он берет мечом Думнонию, — громко сказал один из купцов, и Спури поморщился, понимая, что шила в мешке не утаить. Он неохотно сказал.

— Да, Бренн сейчас воюет в Думнонии. Мой дом ведет с ним дела. С ним и с его отцом. В это вложены мои деньги, почтенные, поэтому вас эта война не касается.

— Ты что это, тихоня, решил всё олово под себя подмять? — неприятно удивились купцы и оценивающе посмотрели на конкурента. — Нехорошо поступаешь!

— Это Бренн решил, не я, — примирительно поднял перед собой руки Спури. — Кто я такой, чтобы спорить с потомком Феано Иберийской и Энея Сераписа? И вообще, я его боюсь до ужаса. Вроде милый на вид паренек, а как будто с умудренным старцем разговариваешь. И на расправу он весьма скор. Вы помните ту смешную историю, когда купца Доримаха какая-то баба из варваров порезала? Так это была жена Бренна Дукарии, и в тот момент они выходили из дверей моей конторы. Они с ним друг друга стоят.

— Это все не совпадения, — мрачно сказал Авле. — Я в такие совпадения просто не верю. Одноклассник самого ванакса, потомок Энея, открывший гробницу своего божественного предка, под страхом смерти уступивший эту честь царевичу Гектору… Потом он побеждает без крови сдвоенный легион, который кое-кто из нас вооружил на свои денежки. А потом царевича Гектора режут на мелкие кусочки в буквальном смысле. Я ничего не пропустил, почтенные?

— Кара это, — мрачно сказал Леон. — Кара за то, что посмели присвоить священное наследие. Эней Серапис прогневался и наказал их. Мне сама ванасса Хлоя это сказала. А перед смертью люди не врут.

— Это кара от богов, несомненно, — согласился Авле. — Но ведь это не все странности. Наш государь, да продлятся дни его, захотел пойти и добить Кельтику, но тут совершенно внезапно взрывается пороховой завод, и ни в какой поход он не идет, ибо не с чем. И вот с чего бы только заводу взрываться? Да еще и так вовремя.

— Я знаю, с чего, — сказал пожилой, седовласый купец, который до этого не произнес ни единого слова. — Я большие убытки понес из-за этого взрыва. Мои корабли на пристани стояли. Два корабля горящими обломками накрыло, они даже в море не успели уйти. Вспыхнули как факел и сгорели. Я до сих пор спать не могу, как об этом подумаю. Мне ведь и за селитру ничего не заплатили, потому как все документы сгорели. Поэтому я это дело и раскопал.

— Рассказывай, Пифей, — все головы повернулись к нему, а в подвале повисло напряженное молчание.

— Я поинтересовался этим взрывом немного, — начал свой рассказ купец, — денег кое-каких потратил. Знаете, жаль ведь два корабля, просто до слез жаль. Пока стража варнаков и окрестных крестьян пытала, я другим путем пошел. Сначала списки людишек на заводе проверил. Искал тех, кто недавно на службу пришел, а потом исчез без следа. Или, наоборот, кто остался в Сиракузах и начал ни с того ни с сего жить богато. Сами ведь понимаете, дурные деньги из рук сразу уходят. Пьянки, шлюхи и все такое. И знаете что? Я в этих списках нашел ветерана одного, египтянина. Он пришел на службу последним. И вот ведь какая странность обнаружилась, почтенные. Он участвовал в том походе на Кельтику, там попал в плен к Бренну Дукарии и был им отпущен на волю. Историю