Светопад. Пепел бессмертного - Эд Крокер

– Нет. Не убит. Но говорят, он в ярости. Полегли первые дозорные гвардейцы со времен нашествия серых. С тех пор серые еще никогда не подбирались так близко к городским стенам.

Я пожимаю плечами:

– Может, Центроземья им недостаточно, нужен Первый Свет.

– Сэмми! – Раскрыв рот, Бет изумленно смотрит на меня. – Что ты говоришь?

– А почему нет? Хуже все равно не станет.

Я опускаюсь на кровать и похлопываю себя по икрам. От этой работы останешься без ног. Немного мидвейского напитка, хотя бы зачарованной коровьей крови, – и мы бы не испытывали этих убийственных ощущений. Но кого волнует самочувствие слуг – подумаешь, поболеют немножко!

Бет плюхается на кровать и смотрит на меня во все глаза:

– Еще как станет! Мы можем умереть. Погибнет много невинного народа, и этой кровожадной знати тоже.

Я придумываю ответ, но спорить не хочется. Она права. Все могло осложниться. О нашествии серых я читала достаточно много. У атмоса Регардиса, колдуна-историка, этому событию посвящены целые тома. Когда серые внезапно появились в городах Центроземья со своими беспощадными пулями, одинаково смертельными для волков, вампиров и колдунов, в один день были убиты тысячи семей. Словом «расправа» не исчерпывается весь ужас произошедшего.

– Ты права, Бет. Прости. Ты ведь знаешь, иногда я бываю злюкой. Сегодня я столкнулась с Руфусом. С глазу на глаз. Вероятно, еще и это на меня подействовало.

– Постой… что? С этим чертом с протухшими мозгами? Как ты после этого, Сэм?

– Все нормально, не беспокойся. Он зашел в покои младшего Адзури, когда я там убирала. Сказал, что помнит, как я попала во дворец. И мою сестру помнит тоже. Стал смаковать подробности.

Бет берет мою ладонь и крепко сжимает:

– Что бы он там ни наговорил, помни, ты – лучше. – Она невольно передергивает плечами. – Черт, ну и мерзавец!

– Но это еще не все, Бет.

Я достаю клочок бумаги и протягиваю ей. Она его разглядывает, пока я объясняю, откуда он взялся.

– Давай теперь ты, – говорю я, закончив рассказ. – Рассказывай, что там.

Она смотрит на меня в замешательстве.

– Хочешь сказать, ты даже не глянула?

– Нет, Бет. Я убирала комнаты. А когда неожиданно входит Руфус, поневоле занервничаешь.

– Ладно. В общем, тут… – Она стыдливо морщится. – Список имен, я полагаю?

Я забираю у нее листок. В детстве Бет почти не училась, поэтому читает с трудом. Больше ждать у меня не хватает терпения, и я сама проверяю, что там.

– В первой строке написано: «капитан Тенфолд». Во второй: «Банковский клерк Кипсейк».

Бет во все глаза смотрит на меня:

– Первое имя мы знаем, Сэмми.

– Его все знают.

Читаю вслух последнюю строку в самом низу:

– «Кажется, я знаю, кто такие серые. Сегодня я это выясню наверняка».

– Сэмми, это…

– Это ключ к разгадке его смерти, Бет, – вот что это такое. Взгляни на чернила, которыми начертана последняя строка.

– Ты сейчас говоришь, как страж крови. Даже как следователь.

– Я ведь прочла достаточно много их книг. Но эти чернила, Бет… Они выцвели гораздо меньше. Они свежее. Совсем свежие. Думаю, он написал это в последнюю ночь своей жизни. А значит, говорит о причине, по которой отправился за городскую стену. Так что погиб он, возможно, в тот момент, когда пытался проверить свою гипотезу о том, кто такие серые. И за это его убили.

Не успев договорить, я понимаю, что пропустила множество цепочек рассуждений и пытаюсь что-то нагородить. Но вот уже десять лет я жду хоть какой-то ниточки и не собираюсь корить себя за то, что сейчас наплела.

– Сэм, – чуть слышно говорит Бет. – Если узнают, что ты это взяла, они же… схватят тебя. Привяжут к столбу и сожгут на утреннем солнце, не успеешь и глазом моргнуть. И меня тоже – просто за то, что прочитала это.

– Но этого же не случится, да? Они ничего не знают.

– Сэмми…

– Я собираюсь выяснить подробности. – Я хватаю Бет за обе руки. – У меня есть этот клочок, к тому же я добралась до запретной части библиотеки. Ничто меня не остановит. Я убегу, и они меня не найдут, а мои находки помогут мне начать новую жизнь с помощью знаний или шантажа – мне все равно.

Бет собирается протестовать, но я ее утихомириваю:

– Все хорошо. Все хорошо. Тебя я не оставлю. Заберу с собой. Мы убежим из этой жизни и больше не будем о ней вспоминать.

– Ты сошла с ума, Сэм. – Такой серьезной я Бет давно не видела. – Они тебя убьют.

– Тогда я умру. И отправлюсь пить в Кровавые Чертоги. Или подавать выпивку, если учесть, сколько всего я знаю.

Бет отворачивается, и я понимаю, что зашла слишком далеко – даже для нее, – но меня уже понесло. Со мной всегда так, я умею предположить худшее развитие событий.

– Ты не устала, Бет? Не устала от такой жизни? Тебе не надоело бояться? Не надоело, что на нас смотрят как на пустое место? Мы лучше тех, кому служим, и я знаю, тебя это бесит не меньше моего.

Бет молчит. Может, я ее уже достала? Со мной и моим стремлением к большему жить тяжеловато. Спустя какое-то время энергия, которую тратишь на то, чтобы выносить меня, просто заканчивается, как топливо в факеле.

В конце концов Бет тихо произносит:

– Сэм, ты помнишь, как мы познакомились?

Помню. А еще я помню наши разговоры о том, как мы познакомились. Когда вы знаете друг друга десять лет, эта тема возникает регулярно. Не представляю, как некоторые вампиры мирятся с этим веками.

– Помню. Как вчера.

– Помнишь, что ты мне сказала? И что я ответила?

Я невольно улыбаюсь этим воспоминаниям:

– Конечно. Сказала, что не могу больше без своей сестры. Одна в этом мире. Говорила, что мой огонь погас. А ты крепко меня обняла и сказала, что мы тобой едва знакомы, но ты уже знаешь: во мне есть нечто большее, и оно никогда не погаснет.

– Точно. Пожалуй, это самые задушевные слова из всех, что я когда-либо произносила. – Бет тихо усмехается. – Я не в силах тебя остановить, Сэм. Наверное, и не должна останавливать.

Она вновь поворачивается ко мне лицом. Мне казалось, она успела немного всплакнуть, но глаза у нее сухие. Похоже, моя подруга сильнее, чем я ожидала.

– Пиявицы! – внезапно говорит она. – Пусть они тебе помогут.

– Что?

– Ты прекрасно слышала, что я сказала, Сэмми. Они занимаются именно тем, что тебе нужно, так ведь?