Несгибаемый граф-2 - Александр Яманов

Экипировку приготовили заранее, но не на всех. Вот так на ровном месте появляются новые враги. До этого момента публика в качестве развлечения посмотрела спектакль моего театра. Затем гости устроили целых два литературно-музыкальных вечера, не особо меня впечатливших. Но надо двигаться вперёд.

Поэтому на катке оказались Павел, Наталья Алексеевна, её фрейлины Евдокия Белосельская и Прасковья Леонтьева, Александр Куракин, а также Николай Юсупов. Естественно, не обошлось без меня, ставшего фанатом коньков ещё во время учёбы в Нидерландах. Оказалось, великая княгиня тоже любит кататься, о чём месяц назад сообщил Куракин, с которым мы состоим в переписке.

Забава удалась на славу, хотя вначале некоторые вопросы вызвали специально пошитые костюмы и сами коньки. Пришлось дворцовым портным хорошо поработать. Зато какой эффект! Три молодые женщины выглядели очаровательно в коротких шубах и вязаных шапочках с помпонами. Пышные платья, конечно, немного мешали, но все быстро приноровились. Мужчины щеголяли в приталенных камзолах в старорусском стиле. Особый интерес у публики вызвали лезвия, привинченные прямо к ботинку. Даже в Нидерландах пока используют коньки, крепящиеся ремешками. Этакое ноу-хау из будущего.

Сначала спортсмены осваивались с немного необычной обувью. Да и кататься умеют не все. Здесь подвела память прежнего графа. Я думал, что коньки в Россию привёз Пётр I и они прижились. Но оказалось, что постепенно заморская новинка сошла на нет и сейчас это развлечение узкого круга лиц. Благо в него входят Павел, Куракин и Юсупов. Иначе пришлось бы людям краснеть перед толпой, собравшейся на берегу. Это над фрейлинами нельзя смеяться — они почти и не катались, впервые встав на лёд. И чего полезли? А вот мужчины должны показать себя во всей красе. Тем более под взглядами стольких дам.

Только цесаревич не обращал внимания на свиту, полностью увлечённый молодой супругой. Как я его понимаю! Мне самому хочется дурачиться и сделать жизнь Анны похожей на сказку. Пока вроде удаётся, хотя мы и сторонимся лишних глаз. В Кусково проходят самые настоящие музыкальные, литературные и театральные вечера. Вороблевский значительно расширил репертуар нашей труппы. Заодно актёры радуют тётушек с сестрёнкой. Понимаю, что мои слова прозвучат цинично, но театр сейчас сродни телевизору. И вообще, я развлекаюсь, как хочу!

* * *

— Мы и так вызвали немало подозрений. Одним больше или меньше — неважно, — произнёс Павел, садясь в карету. — Думаешь, я не замечаю приставленных ко мне людей? Поэтому едем впятером, а гвардейцы пусть сопровождают нас верхом.

Цесаревич порядком устал от навязчивого внимания свиты, из-за чего с радостью одобрил моё предложение посетить мастерскую и школу. О последней уже ходит немало слухов, всё благодаря Волконскому, ставшему фанатом проекта типовой казармы. Только злые языки придумали целый воз сплетен. Мол, Шереметев готовит себе чуть ли не башибузуков или просто сошёл с ума, разбрасывая деньги на ветер.

После катка мы в узкой компании выпили чаю, там и решили посетить Вешняки, благо отсюда всего две версты. Конечно, гладко было на бумаге. Во-первых, наследника с женой обязана сопровождать охрана. Во-вторых, кроме гвардейцев нашлось немало любопытных и парочка явных стукачей, пожелавших осмотреть хозяйство графа Шереметева. Мы еле отбились от публики — и то после всплеска недовольства со стороны Павла. В любом случае подготовка к выезду заняла более полутора часов. Ведь бравым кавалергардам надо похмелиться и приказать седлать коней. Копуши!

Это мой выезд слуги могут организовать буквально за пятнадцать минут. О чём я и намекнул покрасневшему как рак премьер-майору Мусину-Пушкину, отвечающему за безопасность цесаревича. Так-то он неплохой человек, участвовавший в двух войнах и, конечно, дворцовом перевороте. Не люблю я гвардейцев, а уж как на них иногда поглядывает Павел!

Поэтому наследника долго не покидало раздражение. Мы уже тронулись в путь, а он всё морщился. В возке также находилась Наталья Алексеевна, быстро успокоившая мужа. Куракин и Юсупов ехали во втором возке. Хорошо, что на улице снег и можно спокойно ехать на санях без опасности повредить позвоночник.

— Необычно! — воскликнул Павел, осматривая общую диспозицию после нашего приезда.

Особого шума я устраивать не стал, просто отправил вперёд Ермолая, дабы он предупредил директора школы о гостях. Мы остановились на площади перед главным зданием и начали осматривать прилегающую территорию.

Судя по виду гвардейцев, их полоса препятствий не впечатлила. Оно и немудрено — зачем она кавалерии? Хотя Мусин-Пушкин задал несколько вопросов о назначении некоторых сооружений. Оба князя тоже в подробности не вникали. А Наталья Алексеевна кутала руки в муфту, больше следя за мужем.

Само здание мы обошли быстро, зайдя в один из классов. Там цесаревич также удивился необычным партам и оформлению кабинета. Кивнув детишкам, Павел направился в сторону выхода. Думаю, его не заинтересует и экскурсия по мастерской. Настолько человеку просто хотелось побыть подальше от свиты.

* * *

— Я правильно понял предназначение сего механизма?

К моему удивлению, Павел впечатлился происходящим в мастерской. Да и школа ему понравилась, просто всё необычно, и он побоялся выказывать невежество. Надо смотреть на ситуацию с позиций XVIII века. Когда человек слышит про учебное заведение для крестьян, то представляет себе хибару с каким-то мужиком, едва умеющим писать и втолковывающим грамматику голодным оборванцам. У них на десятерых одна доска, и дети сидят за стареньким столом. А по факту ты видишь целый учебный комплекс со столовой, спортзалом, отличным общежитием и невероятной полосой препятствий. Добавьте ко всему прочему чистых и сытых детей, одетых в единую форму, расположившихся за необычными партами, обучающихся в светлом и отапливаемом классе. Плюс на стене висит большая школьная доска, а по маленькой лежит перед каждым парнем. Это шок даже для цесаревича!

Даже в МГУ ситуация скромнее. После потери Шуваловыми прежнего влияния дела в единственном русском ВУЗе ухудшились. Хотя Иван Иванович Шувалов сохранил звание куратора университета и старается помогать своему детищу. Однако финансирование постоянно задерживают, да и чиновники воруют как не в себя.

Если рассматривать происходящее с позиции цесаревича, то эмоции Павла понятны. Ему всегда нравились точные науки и технические штучки. А их в мастерской хватает. Дю Пре и Горюшков спелись сразу и решили пока не форсировать события, объединив усилия. В Вешняки доставили часть оборудования помещика и его людей. Пока размер здания позволяет разместить в нём лишь небольшую инженерную группу.

— Это механизм по производству гвоздей из металлической проволоки, — беру на себя роль гида, так как гугенот растерялся, поняв, кто посетил его мастерскую. — Пока перед нами опытный образец, требующий доработки. Но в скором будущем мастера доделают механизм и начнут производить различные гвозди в больших