Укротитель Драконов II - Ярослав Мечников

Одна мысль вертелась: если лечат, значит, со скалы пока кидать не собираются. Если поднимают на ноги, значит, я зачем-то нужен. А вот зачем, это уже вопрос.

— Ложись, — Костяник кинул мне на койку одеяло. Толстое, шерстяное, пахнущее овечьим жиром. — Полежи в тепле. Времени у тебя немного.

— А что будет? — спросил я тихо. Голос сел за неделю, вышел сиплый и чужой.

Костяник посмотрел на меня долго. Потом отвернулся.

— Увидишь. Мне говорить не положено. Старшие придут, сами всё расскажут.

Я лёг. Натянул одеяло до подбородка. Камень за пазухой грел бок ровным мягким теплом. Одеяло сверху. Лекарство внутри, от которого по телу расходился жар, добираясь до замёрзших суставов, до забитых слизью лёгких. Тепло снаружи и изнутри, впервые за семь дней.

Койка скрипела, сено кололо спину, масляная лампа потрескивала в нише. Лекарьская. Место, где латают людей и драконов за заднем дворе. Стены из камня, низкий потолок, запах трав и железа. Паршивое место по любым меркам. Сейчас оно казалось раем.

Я хотел сказать Костянику про Молчуна. Что тот приходил, носил еду и спас мне жизнь этим камнем. Слова подкатывали к горлу, и я их глотал обратно. Костяник вызывал доверие. Руки у него были правильные, лекарские, и смотрел он без фальши. Но доверять здесь кому-то, подставлять человека, который рисковал ради тебя… Нет. Молчун молчал, и я буду молчать.

За стенами послышался шум. Шаги. Много шагов, десятки ног по камню. Кто-то выкрикивал команды, голос грубый, незнакомый. И ещё звук, металлический, ритмичный. Звон цепей или кандалов.

Я приподнялся на локте, прислушиваясь.

— Всё, ведут, — сказал Костяник. Он стоял у двери, вытирая руки тряпкой. — Щас я.

И вышел.

Я остался один. Лежал, кутаясь в одеяло, слушал приглушённые звуки снаружи. Лязг, топот, чей-то кашель, окрик. Потом стало тише.

Перед глазами всплыло марево Системы. Тусклое и привычное.

[СТАТУС УКРОТИТЕЛЯ]

[Стадия: Закалённый (1-й круг — «Первый вдох»)]

[Прогресс: +11.2 % к завершению 1-го круга]

[Источник прогресса: экстремальная температурная адаптация,

активная стимуляция внутреннего цикла (7 дней)]

[Магазин воспоминаний: 29 очков]

Одиннадцать процентов за неделю в ледяной дыре. Если бы стоял во Мгле и пил Горечь по расписанию, набил бы вдвое больше. Может, втрое. Но считать сейчас, когда непонятно, доживёшь ли до вечера, было глупо. Я смахнул окно и закрыл глаза.

Время тянулось. Минут тридцать. Может, сорок. Лекарство работало, тепло добралось до пальцев ног, и кашель немного отпустил. Слизь в лёгких не ушла, но стала жиже, и дышать стало легче.

Дверь скрипнула.

Костяник вошёл первым. За ним, пригнувшись в низком проёме, Трещина. И ещё двое Псарей, которых я не разглядел в полумраке.

— Оклемался? — спросил Трещина сухо. Голос ровный, дистанция выдержана.

— Ага, — ответил я с той же дистанцией.

Старик кивнул.

— На выход.

Я откинул одеяло, сел, поднялся. Ноги держали. Голова ещё кружилась, но терпимо. Сунул руки в рукава, проверил камень за пазухой. На месте.

Пошёл к двери. Костяник стоял у верстака, провожая меня взглядом.

Мы вышли из Лекарьской, и Трещина повёл вниз.

Снег на ступенях уже подтаял, перемешался с грязью, и под ногами хлюпало. Я шёл, стараясь не оступиться, придерживаясь рукой за стену. Близнецы топали сзади, Трещина впереди. Молчание продолжалось.

Когда мы вышли на уровень Арены, я увидел их.

Человек пятьдесят, может, больше. Сбитые в кучу на площадке перед воротами. Грязные, в разномастной одежде, кто в чём пришёл. Рваные овчины, дублёные куртки, обмотки вместо сапог. Некоторые в кандалах, тяжёлых и ржавых, с цепью между запястьями. Другие без, но руки всё равно связаны верёвками. Переодевались прямо тут, на открытом воздухе, стягивая с себя лохмотья и натягивая серые рубахи, которые им кидали из мешков. Те кто одевался, тех освобождали, но лишь на время. Стандартные рубахи Червей. Я помнил этот момент. Помнил запах, холод и собственный страх.

Вокруг Псари. Человек пятнадцать, стояли по периметру, следили. Покрикивали на тех, кто мешкал. Один пнул сапогом парня, который слишком долго возился с завязками.

Новое мясо. Свежий набор. Видимо, Империя давит, и Клан расширяет приём. Скоро будет отбор. Арена, клетка, три минуты с диким драконом. Всё как со мной. Я вспомнил жар дыхания, сломанный хвост Багряного, свои первые секунды в этом теле.

Но зачем меня вытащили из Ямы раньше срока? Две недели, сказал Пепельник. Прошла одна. Какая связь между этой толпой новичков и мной?

Среди Псарей я увидел знакомую фигуру. Чёрные кудри, широкие плечи, ожог на правой щеке. Гарь стоял чуть в стороне от остальных, скрестив руки на груди. На предплечье поверх старого клейма из трёх полос виднелась новая метка и серьга-крюк в левом ухе.

Псарь. Значит, вернулся с Охоты. Значит, прошёл.

Гарь повернул голову. Наши взгляды встретились. Секунда, две. Лицо его не изменилось. Никакого кивка, никакого приветствия. Он просто посмотрел на меня, потом отвернулся обратно к новичкам.

Понятно.

Трещина повёл дальше вниз. Мимо Арены, мимо толпы, к загонам. Запах ударил первым. Звериный, тяжёлый, с резкой серной ноткой. Потом звук. Грохот. Удар металла, от которого загудело в ушах. И ещё. И ещё.

Возле одной из клеток, крайней в ряду, собралась группа. Двое Псарей у стены, напряжённые, с баграми наготове. И двое у самой решётки.

Клетка ходила ходуном.

Внутри был дрейк. Каменный. Я видел Каменных в загонах раньше, молодых, измотанных, с потухшими глазами. Этот был другой. Бурая чешуя, цвет мокрой глины с рыжими прожилками. Массивный, грудная клетка широкая, лапы толстые, когти скребли по железному полу. Крупнее любого дрейка, которого я тут встречал. Взрослый, в полной силе. Он бил башкой в решётку, и прутья гнулись. Пасть раскрыта, из глотки шёл низкий рёв, от которого вибрировал камень под ногами.

Система вспыхнула сама, без запроса.

[СКАНИРОВАНИЕ: Дрейк — Каменный — Взрослый]

[Физическое состояние:]

[— Множественные ссадины на морде и плечах (свежие, 1–2 дня)]

[— Обезвоживание: умеренное]

[— Голод: сильный (36+ часов без пищи)]

[— Мышечный тонус: высокий. Зверь в полной физической форме]

[— Повреждений скелета нет]

[Эмоциональный фон:]

[— Страх: [██░░░░░░░░] 22 %]

[— Агрессия: [█████████░] 91 % — территориальная + оборонительная]

[— Боль: [██░░░░░░░░] 18 %]

[— Доминантность: [████████░░] 84 % — зверь считает себя хозяином]

[Уровень стресса: ВЫСОКИЙ]

[Готовность к контакту: [░░░░░░░░░░] 2 %]

[Триггеры агрессии: движение в пределах 4 м, звук металла,

прямой визуальный контакт]

[ПРИМЕЧАНИЕ: Особь поймана недавно (48–72 часа).

Не подвергалась процедурам ломки.

Дикий, территориальный самец в расцвете сил.]

[Прогресс Связи: 0 %]

Страха у него было мало. Агрессии, много. Этот зверь не был