Перекрестки миров. Том 1 - Джек из тени

Отряд из десятка бойцов неспешно выходил из разграбленного ювелирного магазина на углу бульвара. Назвать их эльфами язык поворачивался с трудом. Да, высокие и худощавые, с характерными острыми ушами, торчащими из-под шлемов, но на этом сходство с книжными эльфами заканчивалось. Никакой воздушности или возвышенного благородства. Это были профессиональные убийцы. На них была надета сегментированная броня, пластины из тёмно-серого металла, плотно пригнанные друг к другу и переливающиеся странным маслянистым блеском. Двигались они с экономичной грацией, постоянно контролируя периметр.

Двое из них тащили за собой добычу. Две девчонки, совсем молодые, лет по двадцать, в разорванных пуховиках и перепачканных грязью джинсах. Одна упиралась, рыдая в голос, за что тут же получила жестокий удар закованным в металл кулаком в живот. Она согнулась пополам, захлёбываясь воздухом, и ушастый просто поволок её по асфальту, вцепившись в волосы. Вторая девчонка шла сама, спотыкаясь, с абсолютно стеклянными от ужаса глазами. Но хуже всего было то, что замыкало эту процессию.

Барон чуть довернул монокуляр. Огромный, размером с хорошего першерона, волк. Его шерсть была не серой, а скорее пепельно-чёрной, жёсткой, похожей на стальную проволоку. Массивная грудная клетка, толстые, как стволы молодых деревьев, лапы, заканчивающиеся когтями, скребущими по асфальту с тошнотворным звуком. Из приоткрытой пасти капала слюна пополам с кровью, а в глазах горел неестественный, багровый свет.

На спине чудовища, в специальном седле с высокой задней лукой, сидел всадник. В отличие от пехоты, его броня была богато украшена золотистой вязью, а шлем венчал плюмаж. В руке он небрежно держал длинное копьё, наконечник которого пульсировал тем самым бирюзовым светом, который описывали выжившие омоновцы. Всадник осматривал улицу с откровенной скукой и презрением, словно находился не во вражеском городе, а на сафари в собственном угодье.

Лёха опустил монокуляр. Холодная, расчётливая машина внутри его головы заработала на полных оборотах. Эмоции отключены, девочек жалко, но если дёрнуться бездумно, полягут все. Дистанция минимальная, метров семьдесят. Цели открыты, но девчонки находятся на линии огня, их используют как живой щит. Пехота врага держит в руках внушительные изогнутые луки.

Барон дважды щёлкнул тангентой рации, вызывая командиров групп.

— Леший, видишь их?

— Вижу, командир. Красавцы, сука, так бы и расцеловал из подствольника, — мрачно отозвался взводный.

— Отставить гранатомёты, там гражданские. Заденем осколками. Работаем стрелковкой. Гвоздь, бери своего второго номера и мухой на второй этаж дома справа. Там балкон с выбитыми стёклами. Занимаешь позицию для пулемёта.

— Принял. — ответил пулемётчик, и Барон краем глаза заметил, как две тени бесшумно скользнули в тёмный зев подъезда.

— Коробочки, слушай мою команду, — Корнев переключился на частоту механиков. — БТР-один, наводишь пушку на собачку-мутанта с наездником. Ждёшь моей команды. Если тварь дёрнется в нашу сторону, рви на куски. БТР-два, БТР-три, кроете фланги из ПКТ, пушки не применять.

Он посмотрел на новичков. Шмель и Кабан лежали рядом, вжавшись в асфальт. Кабан облизывал пересохшие губы, не отрывая взгляда от перекрёстка.

— Рязань, — тихо позвал Лёха. Десантник вздрогнул. — Видишь того крайнего ушастого, что девчонку за волосы держит?

— Вижу.

— Твоя цель, бьешь в сочленения брони, шея, подмышки, пах. Хрен его знает, что у них за металл, грудную пластину может не пробить. Шмель, на тебе второй конвоир. Запомните: промахнётесь и девчонки трупы.

Кабан сглотнул, но кивнул, упирая приклад автомата во впадину плеча. Спесь с парней слетела окончательно. Сейчас они понимали, что всё, чему их учили на плацу, здесь не работает.

Отряд толкинистов тем временем остановился прямо посреди перекрёстка. Всадник что-то гортанно рявкнул своим подчинённым, указывая копьём в сторону парка. Пехота послушно перестроилась, образуя полукруг вокруг пленниц. Они явно никуда не торопились, чувствуя себя абсолютными хозяевами положения.

— Гвоздь, как принимаешь? — бросил Корнев в микрофон.

— На месте, командир. Вижу цели, как на ладони.

— Отлично. По моей команде…

Барон плавно перевёл флажок переводчика огня в положение автоматической стрельбы. Навёл коллиматорный прицел на рослого эльфа, стоявшего чуть впереди остальных с луком наперевес. Красная точка легла точно на неприкрытую горловину вражеского шлема.

— Огонь.

Звук разорвал тишину так, будто кто-то ударил кувалдой по натянутому листу кровельного железа. Первым ударил ПКМ Гвоздя со второго этажа. Семь-шестьдесят-два миллиметра, это не изящная стрела и не магический импульс. Это увесистый кусок свинца со стальным сердечником, вылетающий из ствола с охренительной скоростью. Длинная очередь прошила перекрёсток.

Эльф, стоявший в центре группы, даже не успел понять, что произошло. Три пули ударили его прямо в грудь. Хвалёная, переливающаяся броня брызнула мелкими осколками, не выдержав кинетического удара. Инопланетного бойца просто снесло назад, перебросив через бетонную клумбу. Его тело ещё в полёте превратилось в изломанный кусок мяса. Едущий следом за ним воин лишился руки по самое плечо, пуля крупного калибра оторвала её вместе с куском наплечника, залив асфальт густой тёмной кровью. В ту же долю секунды ударили автоматы разведчиков.

Возле пленниц сухо треснули выстрелы новичков. Кабан не подвёл, его двойка легла точно в незащищённую шею конвоира. Эльф захрипел, выронил волосы девушки и рухнул на колени, пытаясь зажать фонтанирующую рану руками в латных рукавицах. Шмель снял второго, прошив ему бедро и живот. Девчонки, обезумев от грохота, инстинктивно рухнули на асфальт, закрыв головы руками, что спасло их от перекрёстного огня.

Но противник не был стадом баранов для забоя, они были солдатами. Чужими, непонятными, но тренированными. Пережив первые секунды шока и потеряв половину бойцов, оставшиеся ушастые мгновенно среагировали. Один из них, невысокий, облачённый в более лёгкую броню, вскинул руки вверх, выкрикивая команду.

Воздух перед группой эльфов резко уплотнился и пошёл рябью, как асфальт в июльскую жару. В следующее мгновение над ними вспыхнул полупрозрачный, мерцающий бирюзой купол. Это была та самая магия, о которой докладывали полицейские. Очередь из автомата Казановы, летевшая прямо в лицо магу, с мерзким стеклянным звоном впилась в этот барьер. Пули не срикошетили, они просто увязли в светящейся плёнке, потеряв инерцию, и со стуком посыпались на землю.

— Щиты! У них щиты! — заорал кто-то из бойцов на фланге.

Толкинисты, укрывшись за магической преградой, натянули свои светящиеся луки. Их ответка была предсказуемой, но от этого не менее стремной. Вокруг стрел, что сорвались с тетивы, образовались сгустки светящейся энергии и ударили по укрытиям разведки. Один такой снаряд врезался в остов «Газели», за которым прятался Корнев. Раздался шипящий хлопок. Металл кузова мгновенно раскалился добела, превратившись в поплывшую, капающую на асфальт струю. Барона обдало волной чудовищного жара, от которого на предплечье мгновенно сгорели волоски, а синтетическая ткань рукава начала