Майор Македонов & царь Александр Македонский. Том 2 - Сергей Свой

— Нет, царь. Наши проводники из местных пастухов говорят, что это земли племени «нагов». Людей-змей. Они якобы живут в пещерах, стреляют отравленными стрелами и могут принимать облик рептилий. Чушь, конечно, но…

Но в глазах Аминты читался суеверный страх. И этот страх, Александр знал, был заразнее чумы.

В это время в палатку вошёл Филота. Его лицо было бесстрастно, но в уголках глаз таилось напряжение.

— Царь. «Эос» вернулся. Совершил экстренную посадку в пяти стадиях от нас, в скрытой долине. Леоннат ранен.

Александр вскочил.

— Ранен? Как? Что случилось?

— Стрела. Но не простая. Леоннат жив, рана в плечо, неглубокая. Но он настаивает, чтобы ты выслушал его лично. И увидел… увидел то, что они привезли.

Александр отдал несколько быстрых приказов: Аминте — усилить охранение и никого не подпускать к ущелью; Птолемею — продолжать движение к Белой Скале; Кратеру — быть готовым к развёртыванию боевого порядка. Сам же с Гефестионом, Филотой и небольшим отрядом гетайров помчался к месту посадки.

«Эос» покоился в небольшой каменистой лощине, скрытой от посторонних глаз. Его серебристая оболочка была помята в нескольких местах, на корпусе виднелись две рваные дыры, заклеенные на скорую руку кусками кожи и смолы. Рядом, на разложенных плащах, сидел Леоннат. Египетский врач перевязывал его плечо. Лицо юноши было белым от боли и потери крови, но глаза горели не страхом, а яростью и торжеством.

— Царь! — он попытался встать, но Александр жестом велел ему сидеть. — Мы нашли их! И они нашли нас!

— Кто «они»? Что случилось?

— Мы шли на высоте трёхсот локтей, как и приказано. Всё было спокойно. Потом мы увидели ущелье, которое на карте было отмечено как потенциальный проход. Решили снизиться, рассмотреть получше. И тут… — Леоннат сделал глоток воды из бурдюка. — …тут из расщелин в скалах, из-за камней, появились они. Люди. Но не такие, как здесь. Одежда из тёмной ткани, плотно облегающая. Лица раскрашены чёрным и зелёным. И луки… царь, у них были арбалеты.

Последнее слово Леоннат выпалил с особым ударением. Александр почувствовал, как холодок пробежал по спине. Арбалеты. Здесь. В этих диких горах.

— Они стреляли? — спросил он, хотя ответ был очевиден.

— Градом. Стрелы с широкими наконечниками, некоторые — тряпичные, пропитанные чем-то смолистым. Они подожгли один из наших газовых мешков в кормовой части. Мы стали терять высоту. Я дал полный ход двигателю, рули на подъём. Ещё одна стрела пробила обшивку и воткнулась мне в плечо. Мы смогли вырваться. Но перед этим… — Леоннат посмотрел на одного из своих людей, тот кивнул и принёс два предмета.

Первый — арбалетный болт. Деревянное древко, оперение из тонкой кожи, и наконечник… не железный, а костяной, зазубренный, с канавками. Александр понюхал кончик. Горьковатый, сладковатый запах. Яд.

Второй предмет заставил его замереть. Это была небольшая, тонкая пластинка из бронзы, видимо, нашивка на одежду или амулет. На ней был выгравирован тот же символ, что и на камне: человек с луком и зигзаг-змея. Но здесь детализация была лучше. И стало ясно: это не зигзаг. Это стилизованный дракон.

«Наги… Люди-змеи…» — мысль пронеслась со скоростью молнии. Но это не мифология. Это реальное племя, возможно, наследники какой-то древней, деградировавшей цивилизации, сохранившей технологию арбалетов. Или… или периферийные отголоски той самой цивилизации, к которой он и шёл.

— Ты видел наших людей? Четверых конных? — резко спросил Александр.

Леоннат мрачно кивнул.

— Видел. На самом дне ущелья. Они были привязаны к кольям. Я не успел разглядеть… живые или нет. Но вокруг них было много этих… «нагов».

Александр закрыл глаза. Первая кровь. Первые потери. И первое столкновение с врагом, который не выстраивается в поле для честного боя, который действует из засад, использует яды и, судя по всему, обладает тактическим интеллектом.

— Что с «Эосом»? — спросил он, открыв глаза. Теперь в них горел холодный, расчётливый огонь. Гнев отошёл на второй план. На первый вышла задача.

— Повреждения серьёзные, но поправимые, — доложил механик, стоявший рядом. — Нужен день, максимум два, в укрытии. Газа хватило чудом. Один мешок сгорел, но остальные уцелели.

— Сделайте. Здесь, в этой лощине, организуйте мастерскую. Все материалы — будут доставлены. Леоннат, ты — в лазарет. Вылечивайся.

Он повернулся к Филоте и Гефестиону.

— Собирайте военный совет. Сейчас. Мы стоим у Белой Скалы. Впереди — ущелье, в котором сидит враг, вооружённый лучше, чем мы ожидали, и, судя по всему, не намеренный пропускать нас просто так. Мы не можем обойти — горы слишком круты. Мы должны пройти. И мы пройдём. Но это будет не просто марш. Это будет первое сражение в этой новой войне. И мы должны выиграть его так, чтобы эхо этого удара прокатилось по всем окрестным племенам. Они должны понять: мы не просто проходим. Мы несём свой порядок.

Через два часа у Белой Скалы, огромного известнякового выступа, служившего естественным ориентиром, развернулся гигантский лагерь. Но настроение в нём было не походно-усталое, а боевое, напряжённое. Весть о пропаже разведчиков и о повреждении «летающего корабля» (слухи о котором уже поползли, несмотря на все меры секретности) взвинтила нервы до предела.

В палатке Александра собрались все ключевые командиры. Воздух был густ от запаха пота, масла и тревоги. На грубом столе лежала карта, на которую только что нанесли данные с «Эоса»: контуры ущелья, примерные места засад.

— Они сидят здесь, здесь и здесь, — Александр водил пальцем по карте. — В пещерах и расщелинах. Классическая партизанская тактика. Они не выйдут в открытое поле. Они будут выбивать нас по частям, если мы пойдём колонной.

— Значит, нужно выкурить их, как лисиц из нор, — проворчал Кратер. — Пехота штурмует пещеры. Потери будут чудовищные.

— Нет, — сказал Александр. — Мы не полезем в их норы. Мы заставим их выйти. Или умолкнуть навсегда. У нас есть три козыря. Первый — они не знают о нашей дальнобойной силе. Второй — они не знают, что мы видим их сверху. Третий — у них нет кавалерии и тяжёлой пехоты.

Он начал отдавать приказы, чёткие и быстрые.

— Птолемей, к утру мне нужна насыпная платформа у входа в ущелье. Ширина — двадцать локтей, высота — десять. Укреплённая брёвнами. На неё будут установлены две «громовые трубы».

— Кратер, твоя пехота обеспечивает прикрытие работ. Построиться в плотную фалангу, щиты сомкнуть. Любая вылазка