Пенрик и Дездемона. Книга 2 - Лоис МакМастер Буджолд

Пираты и вооруженные портовые стражники вновь собрали пленников и повели в город. Капитана ненадолго отвлекла троица суровых, покрытых татуировками женщин, желавших знать, где их мужья, которые, очевидно, остались на захваченных кораблях. Капитан попытался отделаться отговорками, которые явно не удовлетворили дам. Избавившись от этой угрозы, он наконец доставил свой… улов, вот отличное слово, подумал Пен, в другое здание, на этот раз – с более привычными белеными стенами. Стены были толстыми, и внутри царили полумрак и прохлада.

Пен не знал, чего ждать, тюрьмы или аукциона, но это было нечто иное. Передняя комната с гладким цементным полом была просторной, лестница в дальнем конце вела на верхний этаж. Готова спорить, там спальни, прошептала Дез. Из комнаты выходили коридоры в какие-то другие помещения, среди которых, предположительно, была кухня, потому что у стены стояли несколько сложенных столов на козлах, а также несколько скамей. Значит, место предварительного содержания. С одной только группой Пена оно казалось пустым. Очевидно, люди здесь не задерживались? Хотя ожидалось еще два корабля с несчастными матросами.

Быть может, имелась какая-то более защищенная тюрьма для буйных пленников. Насколько велик этот остров? Есть ли на нем дикие места, где может спрятаться беглец, или другие города и деревни с лодками? Море не привлекало Пена, однако опытный моряк может увидеть в нем дорогу, а не преграду.

Судя по всему, о кандидатах на выкуп заботились. В некотором смысле. Сначала стражники согнали всех в маленький огороженный двор, где им разрешили вымыться и напиться у крана в стене, вода из которого стекала в желоб, а оттуда уходила в сток под стеной. За несколько дней, что они просидели в тесном трюме, размерами не превышавшем тот, где оказались Пен и сестры Корва, пленники избавились от всякой стеснительности, а потому мужчины разделись, чтобы хорошенько вымыться, передавая друг другу кусок грубого мыла и ведро. Пен безропотно терпел взгляды, которые украдкой бросали на него другие во время этой процедуры. Возможность избавиться от корабельной вони того стоила.

Пожилая женщина мылась по частям, и все остальные вежливо игнорировали бессмысленность попытки ее пожилого мужа прикрыть супругу грязной рубашкой. Пен, в свою очередь, уговорил женщину помочь вымыться девочкам. Они в этом очень нуждались. Поморщившись, он вновь натянул грязную одежду, но, надо полагать, никто не захватил с собой чистой смены. Вернут ли им личные вещи, когда корабль придет в порт, или их просто украдут? Он не слишком надеялся получить что-то назад.

Пока все это происходило, явилась местная повитуха в тунике, подпоясанной зеленым поясом, – небрежной данью Ордену Матери. Она принесла аптечку, чтобы осмотреть раненого адриакского торговца, которого звали Алоро, и сына пожилой пары, у которого было сломано предплечье. По мнению Пена, руку требовалось сломать заново и вправить, но вместо этого повитуха лишь подергала ее туда-сюда, в результате чего ситуация не улучшилась, а мужчина потерял сознание. Но женщина хотя бы снабдила его перевязью. Она промыла и перевязала раны Алоро – несколько на руках и длинный порез на торсе. В ходе этой небольшой пытки торговец лежал на спине, хватая ртом воздух, стиснув потную ладонь своего напуганного друга Ардити так, что пухлая розовая плоть побелела. Раны были красными и неприглядными от инфекции, процесс заживления шел плохо.

Не вмешивайся, прошептала Дез, встревоженная мятежными, рефлексивными размышлениями Пена. Хотя бы до тех пор, пока мы не поймем, что можем себе это позволить. Но Пен под предлогом помощи повитухе все равно снабдил раны хорошей дозой восходящей магии, поскольку его ресурсы от вызванного на корабле хаоса еще не истощились.

Когда они вернулись в главную комнату, появились местные мужчина и женщина, которые велели немногим крепким пленникам во главе с Пеном расставить столы и помочь принести пищу из задней кухни: простые, но щедрые порции плоских лепешек, сыра, оливок и сардин в масле, сушеных фиг и сильно разбавленного вина. Пен хмыкнул, когда пленники попросили «Просвещенного Поцени» в качестве святого Отца благословить трапезу. Что тот и сделал, вполне приемлемо, одновременно посредством ответных знамений раскрыв, что все присутствующие были квинтарианцами – или делали вид, – за исключением девочек из Джоконы, которые не понимали незнакомого языка и сидели молча и неподвижно. Еды было много, и Пену не требовалось следить за тем, чтобы его «племянницам» достались их порции. Значит, их не станут морить голодом, чтобы заставить подчиниться.

По просьбе собравшихся Пен поведал, на городском лодийском адриакском, как по невероятной случайности встретил сестер, которых искал, в трюме пиратского корабля. Без сомнения, это было благословение белого бога. Этот драматичный и неправдоподобный рассказ пожилая женщина восприняла с изумлением, а все прочие – с явным недоверием. Хотел бы Пен тоже не сомневаться, что тут обошлось без божественного вмешательства. В ответ он услышал истории неудачливых путешественников, которые не слишком отличались от той, что Пен только что сочинил сам.

Когда они убрали со столов, Пен чувствовал себя настолько расслабленным после мытья и пищи, что с трудом держался на ногах и надеялся, что их вскоре отведут в спальни. Однако расслабленность и надежда мгновенно испарились, когда вернулся пиратский капитан – Пен узнал, что его звали Валбин – в сопровождении портового клерка с ворохом бумаг в руках. За ними тащился Тотч с его дубинкой. После него в дверь вошли еще два незнакомца, одного из которых сопровождал слуга.

Приземистый, кряжистый мужчина с темными волосами и глазами был одет в тунику, штаны и кожаные туфли, как любой другой торговец на этих берегах, однако на пальцах у него красовались тяжелые золотые кольца, а куртка без рукавов, вышитый подол которой доходил до колен, была выкрашена в дорогой темно-красный цвет. Сопровождавший его молодой человек нес ящик с письменными принадлежностями. Ростом и цветом кожи и волос он походил на первого мужчину, хотя его платье было более скромным. Родственники или нет, но они определенно очень напоминали дартакийцев.

Догадка Пена подтвердилась, когда старший пробормотал на дартакийском:

– Следи за этими островитянами. Портовые власти без промедления вступят в сговор с вольными капитанами, чтобы сбагрить хлам, который не смогут впарить своим рокнарийским соседям.

Младший серьезно кивнул.

Более высокий и поджарый незнакомец был загорелым, и его бронзовая кожа буквально блестела, возможно, умащенная маслом. Рыжевато-бронзовые волосы были заплетены в сложную прическу, оставлявшую несколько живописных локонов качаться на висках. Широкая туника без рукавов доходила до лодыжек, позволяя обойтись без штанов в такую жару. Отбеленная ткань была перехвачена на