Атланты 1-9 - Дмитрий Владимирович Колосов

— Тебе по вкусу моё угощение, Локан? — Сибрид лез из кожи, чтобы быть гостеприимным.

— Да, — искренне ответил я.

— Тогда давай пропустим ещё по одной.

Попытка воспротивиться оказалась безрезультатной. Пришлось влить в себя очередную порцию пива. Шум в голове, сначала едва различимый, стал походить на надвигающуюся грозу. Сквозь глухие сполохи я не без труда уловил голос Сибрида.

— А теперь расскажи мне о себе и своём роде.

О себе? Сколько угодно. Подавив сытый зевок, я начал:

— Я сын Гёльторна, убитого Торлафом Рыжим Волком. Мой отец был честным человеком и храбрым воином. И весь наш род славен честностью и отвагой. Подлец Торлаф подстерёг отца на переправе. При нём было шесть вооружённых людей, а отца сопровождал лишь один раб. Но отец бился отважно, как и подобает воину из рода Вёллеста. Он сразил двух врагов, прежде чем остальным удалось нанести ему смертельную рану. Он славно бился! Мы потом нашли его тело и похоронили на холме у реки Слид. Мать осталась оплакивать своё вдовство, а я отправился на поиски убийц отца.

— Ты ищешь Торлафа?

— Да, — ответил я, в это мгновение почти уверенный, что и впрямь ищу Торлафа.

— Он давно не появлялся в наших краях. Ходят слухи, что этот разбойник где-то на севере. Северные конунги замыслили поход против ётунов. Говорят, что Торлаф намерен участвовать в этом походе.

— Я слышал другое. — Тут я икнул, и Сибрид восприняв это, как сигнал к действию, наполнил кубки. Хмельное питье людей било в голову покрепче, чем хвалёный мёд Хрофта.

Мы чокнулись кубками, после чего, естественно, их опрокинули их. У меня достало здравого смысла отправить за потоком пива преследователей в виде рыбы, хлеба и сладкой печёной репы. Сибрид, по-моему, и не собирался обращать внимание на пищу.

— Что ты слышал? — спросил хозяин, уже нетвёрдою рукою отставив опустевший кувшин и подвигая к себе полный.

— До меня дошли слухи, что Торлаф спутался с каким-то карликом.

— Быть не может! — Сибрид поскрёб заросший рыжим волосом подбородок. — Чтобы человек спутался с презренным цвергом!

— Это смотря какой человек!

— Не болтай лишнего! — Сибрид даже повысил голос, но тут же опомнился, не желая обидеть меня. — Торлаф конечно мерзавец, но он не из тех, кто якшается с карликами.

— Может быть, раньше он и не якшался, — я пьяным упрямством упорствовал я, — а сейчас… Как знать? Люди меняются.

— Это точно. — Сибрид задумался. — Я знаю одного карлика…

Я был пьян, но не настолько, чтоб не насторожиться.

— Как его имя?

Увы, ответа я не получил. Сначала хозяин замялся — Дети Льда не любят говорить об альвах и стараются даже не упоминать их имён. Когда же Сибрид решился на ответ, сквозь раскрытое настежь окно ворвался глухой звук рога. В тот же миг Сибрид напрочь забыл о разговоре.

— Тревога! — выкрикнул он. — Разбойники с Севера! — Сибрид бросился к двери, но на полпути замедлил свой бег и бросил: — Гость Локан, ты можешь остаться здесь.

Но он явно недооценил Локи. Не люблю подставлять попусту голову, но и не люблю праздновать труса. К тому же мне смертельно хотелось узнать имя карлика, о каком упомянул Сибрид. Ну и, наконец, третье — пиво, сваренное маленькой женщиной из рода Гьюки, зажгло в моей груди огонь, погасить который могла лишь хорошая драка.

— Вот ещё! — взревел я, оскорблённый в лучших чувствах. — Я иду с тобой!

Я схватил лежавший на столе меч и устремился за Сибридом, не забыв прихватить со стола кувшин с пивом. Если тревога окажется ложной, ничто не помешает нам закончить разговор прямо на крепостном валу.

Но тревога была самой что ни на есть настоящей. Я убедился в этом собственными глазами, когда не без труда, ругаясь и расплёскивая пиво, вполз вслед за Сибридом на вал. К селению приближался отряд всадников. Их было не так уж много — не более полста, но для немногочисленных защитников деревни нападавшие выглядели настоящей ордой. Пятьдесят отменно вооружённых, насколько можно было судить по быстрому взгляду, здоровяков в металлических и кожаных панцирях, восседавших на добрых конях. Настоящее войско. И даже со стягом. Он развевалось впереди отряда, а рядом сверкал шлем могучего воина — видимо, предводителя.

Нападавшие приближались. Рог на дозорной башне надрывался испуганным воплем. Со всех концов деревни к валу и воротам сбегались вооружённые люди. Увы, и число, и само качество, если вправе выразиться, защитников оставляли желать лучшего. Трудно даже вообразить, что пять мужчин да два десятка стариков и юнцов сумеют справиться с вдвое превосходящим числом отрядом опытных воинов. Смерть надвигалась на деревеньку Сёфрегосс лавиною беспощадных всадников. И очень многое теперь зависело от гостя, назвавшегося Локаном из рода Вёллеста, то есть от меня, я мог, вернув естественную форму, а с ней и присущую как богу неуязвимость, в одиночку перебить агрессивных пришельцев и спасти обитателей Сёфрегосса. Но в таком случае мне пришлось бы раскрыть себя, а это значило, что Семья вскоре будет извещена о местонахождении блудного сына. Подобное не входило в мои планы. Я мог поступить иначе — оседлать Гюллира, ухватиться за одну из спиралей и прыгнуть как можно дальше от этого места, предоставив людям самим выяснять отношения. Подобный вариант был наиболее прагматичен. Он нравился асу Локи, подчинившему весь смысл своего существования интриге. Но он не устраивал человека, порою пробуждавшегося в моём сердце, а если быть более точным — человеческое, что есть у каждого бога. Человек считал бегство постыдным, и бог был согласен с ним.

Итак, после недолгого колебания я принял самое глупое из решений, какое только можно было придумать. Я остался с людьми рода Гьюки для того, чтобы сражаться, как подобает человеку. Приняв это решение, я отметил свой выбор добрым глотком пива.

Всадники были совсем близко. Уже можно было отчётливо различить оскаленные морды задыхающихся от быстрого бега коней. Уже были слышны воинственные кличи. Резко хлестнувший порыв ветра развернул стяг так, что можно было его рассмотреть. На синем фоне стяга был изображён красного цвета волк. Он стоял на задних лапах, сжимая передней правой меч.

— Торлаф Рыжий Волк! — охнул стоявший рядом Сибрид.

Это и впрямь был Торлаф, выдуманный мною враг.

На валу началась суета. Защитники Сёфрегосса занимали наиболее уязвимые места, намереваясь достойно встретить нападавших. Но у меня не было желания сражаться здесь, на валу. В свалке, какая непременно возникает в подобных случаях, легче всего получить стрелу в бок или удар клинком в спину. Хлопнув Сибрида по плечу, я