Песнь Ариадны - Guiltythree

Однако ясно было одно: невидимый урон, нанесённый Домену Человечества заражёнными снами, был огромен. Это ускорило распространение чумы, сделав бесчисленное множество людей по всему Царству Снов гораздо более восприимчивыми к ней. Красный Холм пострадал особенно сильно. Что ещё хуже, Торговец Сновидениями оставался подданым Домена Тоски до самого конца, доказывая, что Астерион способен на гораздо большее, чем просто заставить своих рабов слепо служить его делу.

После этого открытия Нефис и её союзники даже не могли сказать, сколько Святых уже пало жертвой чар Астериона.

Но всё же…

Подчинить всех шестерых Святых на борту Ночного Сада — включая такую стойкую личность, как Тирис, или того, кто, казалось бы, был исключительно предрасположен ненавидеть Порождение Снов, как Ночной Странник, — было слишком сложной задачей. Всё произошло слишком быстро.

Кэсси, кажется, согласилась с этим.

[Скорее всего, дело в том, что случилось у Озера Слёз. Чума, судя по всему, достигла там критической массы. Теперь её… невозможно остановить].

Джет сидела на холодном бетоне с закрытыми глазами, словно медитируя. Её тело было похоже на мрачно-прекрасную картину, где белые и чёрные тона подчёркивались алыми полосами крови. Выражение её лица было мрачным.

Она помолчала какое-то время, а затем ровным тоном произнесла:

«Раз Ночной Сад пал… Бастион и Рэйвенхарт падут следом».

Её голос прозвучал хрипло в холодной темноте.

Ответ Кэсси задержался на несколько секунд.

[Похоже на то. На самом деле… ]

Она на мгновение замолкла, а затем спокойно добавила:

[Я потеряла Ночной Сад из виду. Так что нападение на Башню Слоновой Кости тоже, видимо, неизбежно].

Мрачная гримаса исказила лицо Джет.

«Так… что мне теперь делать? Любая моя контрмера, какую ни придумай, обернётся лишь бесполезной тратой времени».

Кэсси молчала довольно долго, прежде чем ответить.

[Положись на Нефис и Санни. Спрячься и выживи до их возвращения].

Джет усмехнулась.

«Я не могу просто залечь на дно, Кэсси. Если я это сделаю, моя эссенция иссякнет, и я умру. Куда бы я ни пошла, там должно быть что-то, что я могу убить».

Кэсси тоже должна была это знать.

[Пока что выбирайся из ОССК. Там больше небезопасно… я укажу путь к отступлению. Когда ты будешь вне непосредственной опасности, сможешь подумать, как утолить свой Недостаток].

Получив инструкции, куда направляться, Джет горько улыбнулась.

«Какая ирония. Но мне это, на самом деле, даже нравится… это последнее место, где они будут искать, учитывая обстоятельства».

Она на мгновение замолкла, а затем спросила:

«А как же ты?»

Ответ Кэсси звучал уверенно, но в нём чувствовался намёк на напряжение.

[Если дела пойдут совсем плохо… у меня тоже есть наготове несколько путей к отступлению. Но, будем надеяться, мне не придётся ими пользоваться].

Джет медленно выдохнула.

Несколько секунд в её сознании стояла лишь тишина.

«Полагаю, теперь ты разорвёшь нашу связь?»

Кэсси ответила после короткой паузы:

[Да. Больше не о чем говорить].

Джет снова вздохнула.

«Береги себя, Кэсси».

Прямо перед тем, как привычное присутствие должно было исчезнуть из её сознания, она внезапно спросила:

«Подожди… Нефис и Повелитель Теней. Где они на самом деле?»

На мгновение повисла тишина, а затем Кэсси усмехнулась.

[Я не знаю].

Джет фыркнула.

[Я не знаю, потому что стёрла свои собственные воспоминания о том, куда они отправились. Так что, даже если Порождение Снов схватит меня, он ничего не узнает].

Она на мгновение замолкла.

[Ты тоже береги себя, Джет].

С этими словами Кэсси исчезла.

Джет никогда по-настоящему не знала, когда их провидица разделяла её ощущения, но сейчас она вдруг почувствовала одиночество в собственном разуме.

Мгновение спустя её ледяные голубые глаза сверкнули в темноте.

«Что ж. Тогда пришло время сбежать из ОССК…»

Глава 2828

Теперь, когда большинство обитателей окраин ушли в Царство Снов, огромные человеческие ульи, прежде кипевшие жизнью и отчаянием, стояли почти пустыми. Впрочем, люди там всё ещё жили — даже если в некоторых башнях-общежитиях вместо десятков тысяч обитателей насчитывалось просто несколько десятков.

Семья, которая раньше ютилась в одной жилой ячейке, теперь занимала целый блок. Но даже тогда остальной этаж пустовал.

В тусклых сумерках раннего рассвета худой мужчина вышел в коридор и опёрся о стену, сгибаясь в приступе сильного кашля. Его жена уже кипятила воду, чтобы развести пакеты с синтетической пастой для детей — однако ему нужно было надеть рабочую форму и отправляться на раннюю смену. Вытерев губы, он, пошатываясь, направился в прачечную.

Однако через несколько секунд он замер и в ужасе уставился вперёд.

Там, перед ним, тесное пространство башни-общежития тонуло в холодном тумане, и на краткое мгновение он увидел движущийся сквозь туман призрачный силуэт.

Плоть, бледная, как у трупа, ужасающие ожоги, сочащиеся алой кровью…

Вскрикнув, мужчина отшатнулся.

«П-призрак! Призрак!»

Развернувшись, он бросился бежать, словно от этого зависела его жизнь.

Через несколько мгновений после того, как мужчина скрылся, из тумана к бельевой верёвке потянулась бледная рука.

«Как будто я прошла полный круг».

Джет выросла в точно таком же общежитии-улье, в окружении худых людей с восковой кожей, которые были подвержены приступам кашля. Она тоже была больной и отброшенной, носила вытертую до дыр одежду, которая не подходила её хрупкой фигуре.

Но какая-то одежда всё же лучше, чем никакой.

Натянув поношенные штаны, потрёпанную рубашку и рваное пальто, она поморщилась, когда грубая ткань оцарапала её ожоги, и превратилась в туман. Вскоре она уже была на первом этаже башни-общежития, прячась в тенях под навесом чёрного входа и глядя вверх.

Там, в бледном небе над ОССК, стая ворон рисовала завораживающие узоры среди облаков, двигаясь огромным роем.

Её лицо омрачилось.

«Старик…»

Джет могла многое сказать о том, что происходит в городе, просто по звукам. Этим туманным утром слышались звуки бронированных автомобилей, катящихся по асфальту, вой сирен вдалеке и гул резких голосов, перекликающихся друг с другом, приглушённый расстоянием.

Эти конкретные звуки отличались и от обычного городского шума, и от панической спешки открывающихся Врат. Как человек, много лет бывший правительственным исполнителем, Джет слишком хорошо знала природу этой грубой мелодии.

Это был звук масштабной облавы.

Подобное случалось редко, так как правительство предпочитало решать большинство проблем тихо. Однако она сама руководила несколькими такими облавами.

Сегодня Джет была уверена, что человек, на которого охотятся… это она.

Оказаться по другую сторону закона было странным чувством.

Она несколько мгновений следила за роем ворон, после чего перестала смотреть, чтобы След Разорения не почувствовал её взгляд.

«Неужели его тоже поработили?»

Даже если Джет не хотела в это верить,