Пустая. Корона огня и пепла - Мира Салье

Протоптанный, политый кровью Эмилиана клочок земли даже в лучах солнца казался безжизненным, лишенным всякой надежды на возрождение.

Один из близнецов был мертв.

А в это же время в королевстве ночи и крови, на бесплодных гиблых землях Риналии, прямо у ворот замка династии Дас'Вэлоу выросла черная с красной сердцевиной роза…

39

Когда нашими действиями движет любовь, даже для худшего из нас всегда остается надежда…

Дневник неизвестного. Том второй

Делла

Душераздирающий крик.

Повелитель молний, чье лицо искажено от боли и вины.

Разверзнутые небеса, истекающие кровью.

Все пребывало в хаосе.

Затем Николас исчез. Следом поднебесный мир покинули Кэллам и его родной отец, забрав с собой тело Эмилиана. Алин осторожно поднял на руки Рию, которая была не в состоянии держаться на ногах. Дарнил и Мелина настороженно смотрели на ринальского генерала, явно не понимая, чем вызваны изменения в его облике. Однако Алин не удостоил присутствующих вниманием, молча сотворил разрыв и прошел в него вместе с сестрой – Андрия нуждалась в неотложной помощи целителя.

Делла же опустилась на колени и застыла. Она не знала, сколько так простояла, глядя в одну точку – на место, где совсем недавно стоял ее муж. Она все никак не могла поверить в реальность случившегося.

За годы своего правления Эмилиан убил и поработил тысячи людей и вианцев. Он хотел полноправно властвовать и над Риналией, и над всем поднебесным миром, превратив его в личный обеденный стол. Однако главной его целью всегда было воссоединение с Кэлом. Даже познав его «предательство» и муки заточения, Эмилиан не сдался. Жаждал безраздельного внимания близнеца. Пусть он и не добился цели, зато продолжал управлять их жизнями даже после смерти – через гребаное проклятие.

Из оцепенения Деллу вывело странное веяние в воздухе. Гул, от которого по коже побежали мурашки.

Корнель сосредоточенно всматривался во Врата Дьявола, будто видел в них что-то, неподвластное остальным. Двери в подземный мир хоть и не закрылись на веки вечные, но успели взять часть своей жертвы – одного из нерожденных малышей повелителя небес. Плату, что оказалась безмерно высока.

Словно в ответ на ее мысли, врата озарились яркой вспышкой, и что-то выбросило на берег прямо напротив Дарнила. Он мгновение поколебался, но потом осторожно приблизился и присел на колени, изучая это «что-то».

Свет рассеялся, и на земле осталась лежать обнаженная девушка с длинными серебристыми волосами. Король Мирита встревоженно осмотрел ее с головы до пят, встрепенулся и попытался своим плащом накрыть незнакомку, но она неожиданно пнула его в колено. Дарнил выругался и потер ушибленное место.

Заметив его крылья, девушка округлила глаза и дернулась в сторону.

– Все хорошо. Я не причиню тебе вреда. – Он поднял ладони в примирительном жесте.

– Лжешь! Ты ангел! – Ее голос слегка хрипел, как после долгого молчания, но в нем слышались властные нотки, словно она привыкла командовать.

– Нет, я не ангел.

– Но твои белоснежные крылья…

– Я мириец.

– Кто? – Незнакомка внимательно посмотрела на него, затем огляделась по сторонам. Ее серебристые волосы развевались на ветру, а черты лица своей безупречностью напоминали скульптуры самих ангелов. Она была так же прекрасна, как звездная ночь во всем ее сверкающем великолепии.

– Кто ты такая? – спросил Дарнил, глядя на необычный оттенок ее волос.

Девушка высоко подняла голову и расправила плечи.

– Меня зовут Селина. Я та, кто с помощью дарованной силы архангела впервые закрыла Врата Дьявола.

* * *

Изо дня в день Делла сидела на берегу горной реки, глядя на Врата Дьявола. Чем больше она пыталась вернуться к жизни после ухода Кэллама, тем сильнее ощущала пустоту в груди. Окружающий мир перестал для нее существовать.

В глубине души она всегда боялась, что ей представилась лишь небольшая отсрочка перед неизбежным. Теперь жизнь, о которой она мечтала для себя и мужа, была перечеркнута.

Но Делла не собиралась сдаваться. Она разгадает эту тайну, все исправит и вернет свою любовь. Цена и время не имели значения. Она видела только Кэла, думала о нем каждую минуту, звала его. Снова и снова.

И через несколько недель он все-таки явился на ее зов. Но едва сделал шаг к ней, как клятая зараза мгновенно поразила дьявольскую метку, причинив им обоим неимоверную боль. Каждая новая встреча, каждая попытка приблизиться друг к другу отравляла линии дара, распространяя по ним черноту, поэтому они молча сидели на разных берегах и смотрели друг на друга.

Невыносимо.

Это было новой формой пытки – видеть мужа, но не иметь возможности подойти к нему, прикоснуться…

Сколько могло выдержать ее ринальское сердце?

Все это становилось слишком опасно, но Делле было плевать.

Вот почему, когда она в очередной раз рискнула приблизиться к нему, чувствуя, как яд добирается до сердца, Кэл исчез и больше не появился.

Вместо этого на землю упал тонкий свиток пергамента.

Я вернусь к тебе. Обещаю, что однажды вернусь к тебе, моя упрямая маленькая мышка. А пока ты должна продолжать жить дальше и радоваться свободе.

Ради меня.

Ради нас.

* * *

Со смертью Эмилиана пало и проклятие «дня и ночи».

Делла вспоминала, как солнце своими лучами разогнало алую тьму и расчертило небо яркими красками. Как жители Риналии, наделенные даром, учились управлять адским пламенем – с полными силами они больше не боялись потерять контроль. Она вспоминала, как у черствых ринальцев перехватывало дыхание и лились по щекам слезы, когда на гиблых землях прорезалась первая травинка, когда зубчатые стены и ворота королевского замка оплели дикие черные розы с окрашенными в алый сердцевинами.

Делла не знала, было ли тому причиной долгое отсутствие солнца или необычайная магия Риналии, но даже некогда мрачный туман Багрового леса приобрел радужное сияние, освещая верхушки могучих деревьев, что мерцали разноцветными оттенками.

Камень, на котором она сидела, заметно нагрелся и начал обжигать обнаженную кожу, проглядывающую через полосы платья из тонкой красно-черной ткани. Раньше здесь царила тягостная атмосфера, отчего ей хотелось обхватить себя руками, но сейчас Делла находила в этом месте покой – она находилась рядом с частичкой своей