Среди змеев - Марк Дж. Грегсон

И она научила… а теперь она падает.

Дядя победоносно взирает на кровопролитие. Он осуществил свой план, окружив себя теми, кто ему предан. Теперь его власть несокрушима.

Мне дурно. Я кричу. И плачу. Вырвавшись из хватки стражей, кидаюсь к мастеру Коко, беру ее на руки. Она часто-часто дышит; в груди у нее рана. Но вот суровые черты ее покрытого шрамами лица смягчаются. Она меня узнает.

А потом она обмякает.

Дядя триумфатором стоит над этой комнатой смерти. В неудержимой воле к возвышению он упрочил свою власть. Теперь никто не бросит ему вызов.

Глава 47

Я сижу на скамье – одной из тех, что окружают знаменитую площадь Дебатов. В жарком воздухе Дандуна сохнет кожа. Шурша песчинками на бетонном покрытии, я нервно подергиваю коленом. На этой арене происходили знаменитейшие дуэли умов среди ученых. Таков способ возвышения у них в цехе – через навык использования этоса, пафоса и логоса[1].

Однако Тара, убив своего мастера, пошла иным путем.

Взойдя на подиум у основания амфитеатра, дядя обращается к разгневанной толпе. Все трясут кулаками. Новость о гибели мастеров и многих эрцгерцогов и эрцгерцогинь уже разошлась. Для публики виновники убийств – лантиане; никто не знает, что почти сразу же после бойни дядя отдал «Неустрашимому» команду самоуничтожиться. Ведь никто не поверит в легенду о том, как Нижний мир сумел ликвидировать каждого из лидеров Скайленда поодиночке.

Чем-то нужно было пожертвовать.

О том, как жертвовать чем-то ради возвышения, дядя знает все.

Я едва успел вывести с «Неустрашимого» Арику, Громилу и Эллу. Хорошо еще, что «Гладиан» был готов лететь. Сотням других человек на борту королевского судна повезло не так сильно.

– Грязееды уничтожили мой корабль! – возмущается дядя. – Они не сдались! Под угрозой наш образ жизни, меритократия. Перед гибелью в огне мастер Охоты, – говорит он, смягчившись, манипулируя чувствами собравшихся, – хотела подать в отставку. В тот самый день.

Толпа в ужасе ахает, а я сжимаю кулаки, глядя на стоящего выше меня садиста и злодея.

Дядя говорит, будто, по счастливому стечению обстоятельств, его в роковой момент на «Неустрашимом» не было, а иначе мы остались бы совсем без лидера. Он говорит, что ему пришлось лично отбирать новых мастеров, ибо только ему мы можем доверять.

– И сейчас они здесь, – произносит дядя, обводя рукой толпу.

По его жесту мастера выходят на арену из тоннелей по обеим сторонам амфитеатра, одетые в мантии и цвета своих цехов. Первой идет Тара из Кайлов, а за ней – единственный мастер, которому дядя сохранил жизнь, Мэриан из Сандовалов.

Толпа гудит в знак поддержки.

Дядя вскидывает руки, прося тишины.

– Скайлендцы, война еще не окончена. Мы отомстим грязеедам за этот гнусный удар. И дабы свершить возмездие, я посылаю своего племянника, Конрада из Урвинов, возглавить силы вторжения в Нижний мир. Он вызвался добровольцем, хочет пойти в первых рядах. В бою воздать по справедливости паразитам, погубившим мастера его цеха.

Толпа разворачивается ко мне, аплодирует.

Я весь горю, а в животе крутит. Правда рвется из меня задушенным криком, но власть – у дяди. Он бы не думая раскрыл всем мое истинное происхождение, а потом с ветрами разлетелись бы слухи. Отправить меня вниз, в лантианские колонии – это дядин способ избавиться от неугодного родственника. Там внизу что-нибудь произойдет. Я погибну, а у короля все равно останется наследник.

Может быть, дядя сохранит жизнь Элле. Если она будет слушаться.

Он все говорит и говорит.

Я смотрю на него злым взглядом из-под припорошенных песчаной пылью бровей. Эта сволочь отправила меня спасать Скайленд, и я все сделал. Но вот он снова собирается отнять то, что принадлежит мне.

Я встаю под аплодисменты, адресованные королю. Следом поднимается сестренка. Вместе мы разворачиваемся и идем вверх по ступеням между рядов амфитеатра. Ветер треплет мне волосы, обжигая и без того разгоряченную кожу. Кирси велела не держаться за мертвых, иначе они затянут в омут вины. Вряд ли я с ней согласен. Смерть мастера Коко не вызывает угрызений совести. Она напитывает гневом, который окрылит меня, даст возвыситься над проклятым тираном.

Дядя называет меня Урвином, но я – Конрад, сын Элис.

Закончив чертову войну на поверхности, я вернусь. Встречусь с ним в его гнезде на вершине вершин. И в этот день он содрогнется, словно маленький мальчик, которым когда-то был я. Он беспомощно взглянет на то, как ломается его трость. И будет скулить, валяясь у меня в ногах.

Скоро я свергну его.

Благодарности

Уф!

Написание первого в жизни сиквела было для меня сродни путешествию по неизведанным небесам, но, к счастью, если не считать некоторых задержек – вроде сорока тысяч слов, которые увели историю не в том направлении, – опыт получился крышесносным.

К созданию романа «Среди змеев» я приступал, поставив перед собой несколько целей. Во-первых, хотелось написать нечто, чем я смог бы потом гордиться, а во-вторых, мне отчаянно нужен был ответ на вопрос: как Конраду и его товарищам победить ужасающего гигатавна? Ну и, наконец, нужно еще было придумать, как снова ввести в повествование дядю.

Могу сказать, что все цели достигнуты, я очень сильно доволен и надеюсь, что ты, читатель, с нетерпением ждешь эпичного завершения трилогии «Черная бездна».

Эту книгу я бы не написал без поддержки моей удивительной и терпеливой супруги. Пока я трудился над этим романом, она сделала мне неожиданный подарок: превратила гостевую комнату в подвале нашего дома в писательский кабинет и даже поставила там новехонький рабочий стол. Эшли, я тебя люблю и очень благодарен за то, что ты помогаешь мне идти за мечтой.

Словами не передать, как я благодарен за поддержку своему агенту Хизер Кэшмен. Первую версию романа «Среди змеев» она прочла за два дня, а потом горячо похвалила в письме, сказав, что я на верном пути и надо только внести кое-какие правки, прежде чем показывать рукопись издателю.

Также хотелось бы поблагодарить своего издателя Джону Геллера, который вновь сумел проникнуть в суть моего замысла. Под его чутким руководством книга получилась просто супер. Вообще, без него вся трилогия не вышла бы. Спасибо, Джона. Работаю с тобой уже несколько лет, и это – огромная честь для меня. За кулисами остается еще много тех, кто помогает книге оформиться и принять окончательный вид, поэтому моя особая благодарность – редактору Пэм Глабуер, которая на протяжении обеих книг помогала мне выдерживать ритм и последовательность. Спасибо также корректору Ману Шэдоу Веласко, у нее просто глаз-алмаз. Благодарю вас, Пэм и Ману.

Хотелось бы также поблагодарить моих удивительных, странных и забавных детей. Люблю вас всей душой и сердцем.