Влад - Дея Нира

станет задавать лишних вопросов, а проверит все, даже самые невероятные теории. Милица хотела знать наверняка, что случилось. Она хотела сделать это ради Петру. Это могло бы помочь ему пойти на поправку – конечно, в зависимости от того, что сообщит сыщик.

Если окажется, что Елена и правда поступила столь вероломно и поддалась уговорам Влада… Или кем он там был…

Милица поморщилась, внутренне содрогаясь. Она и так провела множество бессонных ночей и полных ожидания дней, с ужасом раздумывая о том, что в их доме столько времени жило чудовище, которое они впустили сами, позволив ему творить кошмарные, немыслимые вещи. Чего он хотел? Справедливости спустя столетия? Посмеяться над ними? Забрать то, что было им дорого? Он добился своего. Внес разлад и сумятицу в их дом, который, впрочем, хотя и пошел трещинами, не рухнул окончательно. Милица не готова была отступить. Она хотела получить обстоятельные ответы на все вопросы.

Голова шла кругом. То, что она тогда узнала от Петру, не соотносилось ни с логикой, ни со здравым смыслом. Но Милица напомнила себе, что в данном деле надо быть готовым ко всему, даже самому необычному и невероятному.

Петру внимательно наблюдал за матерью и профессором из кабинета через окно. Он попросил привести его сюда, и сиделка с ворчанием подчинилась.

– Вам бы пообедать, господин Синешти, – проговорила она. – Матушка ваша и так расстроена, а вы совсем аппетит потеряли.

Он усмехнулся, и в застывшем взгляде отразилось беспокойство. Не обратив внимания на ее слова, он произнес, извлекая из-под стола сложенную газету:

– Карла, я хочу попросить вас…

Она страдальчески закатила глаза, зная, что именно он попросит, но послушно потянулась за газетой. Услышав шорох тонкой бумаги, Петру оживился:

– Милая Карла… Прочтите мне, пожалуйста, эту новую статью. Говорят, дело весьма таинственное! О нем говорили буквально все, даже в королевском дворце!

Сиделка очень хотела сказать ему, что этой «новой» статье исполнился ровно год, но понимала, что хочет услышать бедный господин Синешти. Она знала эту проклятую статью наизусть! Успела выучить каждое слово, пока находилась при пациенте. Но то ли он притворялся, что не помнит, то ли испытывал необъяснимое удовольствие, когда она читала статью вслух. Как бы то ни было, добрая Карла подчинилась со смиренным, хотя и несколько уставшим видом.

Когда газета впервые попала Петру в руки, он пришел в невыразимое возбуждение и его едва удалось успокоить. При этом в умственных способностях господина Синешти трудно было усомниться, потому что он непостижимым образом ухитрялся находить другую такую же газету, и только потом выяснилось, что он распорядился доставить ему треть выпущенного тиража, который спрятал где-то в доме. Профессор велел не мешать пациенту, но внимательно наблюдать за его действиями.

Заметив, что Карла развернула газету, Петру с особым интересом приготовился слушать, удобно расположившись в кресле.

«Загадочное убийство в поезде! Полиция ведет расследование!

Вчера вечером, 24 августа 1884 года, внимание общественности привлекло ужасное и необъяснимое событие, случившееся в поезде, следовавшем из Бухареста в Вену, где был обнаружен труп молодого мужчины. При этом двое пассажиров, чьи личности установить не удалось, бесследно исчезли. Когда поезд пересек австро-венгерскую границу, сотрудники местной полиции были немедленно уведомлены и начали тщательную проверку.

В ходе расследования в погибшем опознали наследника одной из почтенных фамилий Румынии, чье имя следствие просило не разглашать из уважения к скорбящим родственникам. Известно лишь, что молодой человек следовал в Вену по делам семьи, вел довольно уединенный образ жизни и никогда не был замечен в порочащих его честь и достоинство связях. Некоторые пассажиры припоминают, что незадолго до трагической смерти видели юношу в сопровождении двух неизвестных, которых, как оказалось, не смог опознать по описанию ни один из кассиров на железнодорожных станциях. Кондуктор также не мог припомнить, чтобы проверял билеты у этих неизвестных. При этом удалось установить, что их впервые заметили после значительного удаления от станции в Тимишоаре: высокого, крепкого господина и молодую девушку – обоих в трауре.

Свидетели отмечали изумительный медно-рыжий оттенок волос девушки, который не могла скрыть густая вуаль, и неестественную бледность и отталкивающий ярко-красный цвет хищных губ ее спутника.

При осмотре тела на шее под воротником были обнаружены глубокие отметины, нанесенные неустановленным чрезвычайно острым предметом, которые сами по себе не могли быть причиной гибели, так как не затронули жизненно важных органов. Впрочем, возникло предположение, что таким образом был введен смертельный яд, вызвавший остановку сердца. Полиция отказалась дать разъяснения по данному вопросу, однако загадочная гибель молодого и вполне здорового человека породила волну слухов.

Пока следователи остаются в неведении касательно судьбы пропавших пассажиров, которые необъяснимым образом оказались в поезде и так же покинули его, оставшись незамеченными. Нас, как и наших читателей, беспокоят вопросы: могут ли быть связаны эти таинственные незнакомцы со смертью молодого человека? Были ли они знакомы прежде? И какую преследовали цель, если предположить, что их появление закончилось для несчастного юноши столь печальным образом?

Прозвучали даже самые невероятные предположения. Некоторые связывают случившееся с волнениями в деревнях в уезде Арджеш, где население столкнулось с необъяснимыми событиями, для чего даже было начато специальное расследование по распоряжению властей. На сегодняшний день эти слухи о жестоких убийствах не подтвердились, однако они пошли именно оттуда.

Мы непременно обратим внимание на все аспекты этого дела и проверим факты, чтобы исключить любые попытки воспользоваться этим происшествием для каких-либо неблаговидных целей. Мы продолжим информировать наших читателей о ходе расследования, а также о любых новых подробностях, которые способны пролить свет на эту загадочную историю».

Карла закончила чтение и выразительно посмотрела на господина Синешти: на его лице отражалась крайняя сосредоточенность, а на губах порхала легкая улыбка.

– Итак, милая Карла, – начал Петру. – Каковы ваши предположения касательно этого случая?

Сиделка отложила газету. Он всегда спрашивал ее об этом и, в зависимости от ответа, мог начать сердиться, радоваться или возмущаться. Профессор велел не беспокоить пациента, но и не потворствовать его фантазиям, поэтому Карла сказала простодушно:

– Ума не приложу, господин Синешти. Дело запутанное.

– Оно кажется таким на первый взгляд. Однако все ведь весьма просто!

Петру рывком выпрямился в кресле и подался вперед, опираясь о край стола. На лице сиделки возник наигранный интерес. Она уже знала, что он скажет ей.

– Он похитил Елену, – заговорил Петру, волнуясь все больше. – Похитил и превратил в свое подобие. А тот бедняга в поезде лишь случайно подвернулся им.

Его глаза загорелись огнем предвкушения. Он вскочил, потирая руки.

– Время не ждет! Я должен спасти ее! Спасти мою Елену! Иначе она погибнет с этим чудовищем!