Фантастика 2026-158 - Максим Арх

– Стелла, Стелла!

Серж узнал голос Ольги.

– Где же она, черт возьми!

– Что, нет? – раздался еще один, более отдаленный, глухой голос, в котором Серж узнал Дукшта-Дукшицу.

– Все закрыто.

– Это еще ничего не значит. Ладно, пошли, еще там посмотрим.

Они зашевелились, лишь, когда в коридоре стихли шаги. Серж отстранился, она, удерживая от резкого выхода, придержала его за талию.

– Тише, тише, – повторила его недавние слова. – Ох, ты... Жезл доброй воли. Не смущайся, ты был великолепен. Полагаю, я тоже.

– Несомненно! – он поцеловал ее в подставленную великодушно щеку. Она довольно хмыкнула.

– Но где это мы?

– По-моему, рыбный цех.

– О, Господи! То-то у меня вся попа в чешуе. Чувствую себя русалкой.

– Русалка моей мечты! Впервые я любил русалку.

– Любил, да...

Он помог ей спуститься со стола.

– Стало быть, ты Стелла.

– Глупо теперь отпираться.

– И кто же ты такая? Что за активность вокруг твоей персоны?

– Не обращай внимания, не вникай, – посоветовала она. – Давай-ка лучше выбираться отсюда побыстрей. Пока не поздно.

– И то, правда, – согласился Серж. – Но теперь мы пойдем другим путем.

Он открыл окно и, выглянув на галерею, убедился, что она пуста. Быстро вернувшись к двери, вытащил из ручки стул и поставил его на пол.

– Не будем оставлять следов, – прокомментировал свои действия.

Потом через окно он первым выбрался на галерею и помог спуститься на нее Стелле. Тем же порядком они перебрались через металлическую решетку на боковую лестницу и по ней спустились на улицу. Уже находясь в самом низу, на тротуаре, услышали шум и голоса на галерее.

– Быстрей, быстрей, – взяв Стеллу за плечи, он буквально втолкнул ее в сокрытый навалившимися на стену кафе разросшимися кустами неприметный, но ему хорошо известный проход в соседний двор. Перед тем, как последовать за ней, он оглянулся, и в этот момент что-то вспыхнуло, ослепляя, раз, другой...

– Черт, – выругался Серж.

Глава 22. Геннадий Юрьевич нарисовался.

Глава 22.

Геннадий Юрьевич нарисовался.

Когда Серж возвращался обратно к кафе, вокруг полноправно царила ночь. Городок, хоть и являлся областным центром, оставался сугубо провинциальным и, следуя астрономическим часам, давно уже спал. Где-то в районах частной застройки переругивались собаки, от железнодорожного вокзала отошел ночной поезд и стальным ураганом покатился на край земли. Долго слышалось, как он обреченно грохотал на стыках, медленно погружаясь в пространство. Вот и все звуки. Небо над головой от света фонарей выглядело вылинявшим полотнищем, и на этом куполе совсем не было видно звезд. Потянуло прохладцей из садов и парков, и она после вечерней духоты ощущалась как благость. Запах ночной фиалки наплывал волнами, и всякий раз, попав в сгусток аромата, хотелось набрать полную грудь этой душистой смеси и затаить дыхание. Что Серж и делал, ввергая себя в головокружение.

Он шел неторопливо, шагал широко, покачиваясь, словно баркас на мелкой ряби, сунув руки в карманы брюк, и ни о чем не думал. Так ему казалось, что ни о чем. То, что с ним случилось, было удивительно, даже по меркам его богатой на любовные приключения биографии. Он просто не понимал, как такое вообще стало возможно, ведь Стелла, строго говоря, совсем не похожа на женщину, склонную к сексу по первому требованию с кем угодно и где угодно. Нет, она вовсе не была ни экстремалкой, ни нимфоманкой, в ней явственно ощущались и наличествовали и характер, и достоинство, позволявшие ей при малейшем поводе моментально увеличивать дистанцию. Было несомненно, что стояла за ее плечами какая-то судьба, вот только разгадать ее Сержу никак не удавалось. Он почему-то даже не думал о том, что сам мог воздействовать на нее так же, как она на него, то есть ошеломительно и возбуждающе. Нет, что-то было еще, что-то другое, чего он не понимал. Тем не менее, случилось, что случилось, и Серж никак не мог определиться, как к этому относиться. Чаще всего после такого внезапного, нечаянного секса он ощущал опустошенность, словно естество получило, чего жаждало, и отдало, что желало отдать, но душа понимала, что силы потрачены впустую, ей ничего не досталось. Тело, понятное дело, требовало своего, и добивалось своего, но как быть с душой? Ведь без души человек не полный. Вот с Томой все было по-другому, с ней он чувствовал себя по-настоящему счастливым. И теперь Стелла. Непонятно. Он словно прикоснулся к чему-то неизвестному, но значительному, понимал, что событие не было случайным, но как оно стало возможным, что значило, не знал. Поэтому, пребывая в благостном неведении, ощущал в душе наполненность жизненной силой и даже отголоски счастья. Тревоги, или какой-то опасности он не чувствовал, вовсе нет.

Когда до кафе оставалось рукой подать, с полусотню шагов, и его освещенный подъезд и люди перед ним уже были отчетливо видны, откуда-то из кустов, из темноты навстречу ему выскочил Дукшта-Дукшица. Лицо его и глаза на нем светились в сумраке, как сигнальное табло с предупреждением об опасности. Не хватало только голосового сигнала, и он его тут же воспроизвел.

– Ты где был?! – сходу волной налетел он на Сержа.

– Не понял, – опешил Серж. – А что такое?

– Тебя все ищут!

– Да ну на фиг! Львович, не сочиняй. Кому я нужен в это время? Тем более, всем.

– Да вот, хватились, а тебя нет, пропал куда-то. Где тебя носило?

– Ну, прогуляться я пошел, всего лишь. Сейчас домой ехать, хотелось проветриться, перед тем, как за руль садиться. Да и с городом проститься, уезжаю ведь скоро.

– А, ну да, ну да. И что, ты там никого больше не встретил?

– Никого. А кого должен был?

– Нет, не должен был. Как раз наоборот. Тебе постоянно твердят, чтобы не лез, куда не надо, но ты все равно туда прешься. Ну, стало быть, пеняй на себя. Не говори, что не предупреждали.

И, ополоснув напоследок практически бывшего уже подчиненного студеной влагой своих глаз, Захарий Львович повернулся к нему спиной, точно вычеркнул из жизни, и откатной волной подался по направлению к группе лиц, толпившихся на пороге кафе. Тут Серж заметил, что на плече у Дукшицы, на широком