Кровь Десяти - Рия Райд

Он огляделся. Никто из стоящих рядом ничего не заметил. Пустые взгляды изредка скользили по его лицу – Кристиан даже не был уверен, что кто-то видит его самого.

Письмо в его руке казалось реальнее всего остального. Он провел пальцами по шершавому конверту с острыми краями и по гладкой выпуклой печати с тремя скрещенными треугольниками. Желудок скрутился до размера сжатого кулака, когда на оборотной стороне вместо фальшивого имени Корнелии Кристиан узнал свое собственное.

Вот дрянь.

Он вскрыл конверт и развернул листок.

В отличие от писем Корнелии, там было всего несколько строчек на древнеарианском, которые тут же сложились в кривую рифму.

«Как много подсказок даровано,

и силы для жизни без слез,

Вы так ничего и не поняли —

ответы всегда крылись там,

где все началось».

Кристиан перечитал их несколько раз, и еще раз осмотрел лист со всех сторон. Он даже поднял его, чтобы изучить на просвете, но уродливое четверостишие – было единственными строчками на бумаге.

Никакого адреса. Никаких дат и координат – ничего. В письмах Корнелии они были всегда, как и намеки на будущие послания – но тут не было даже приветствия, отчего Кристиан не мог избавиться от чувства, что это последняя подсказка. Что других писем не будет – ни ей, ни ему. А значит, тот, кто измывался над ними все это время – устал от этой игры и сбрасывал карты.

Прямо как это письмо ему на голову.

«Ответы всегда крылись там, где все началось».

Это звучало как разочарование. Как сожаление, прощание и приговор одновременно.

Вот почему вместе со страхом Кристиан вдруг ощутил ярость.

«…там, где все началось».

Где все началось? Где?

В Конгрессе, когда Вениамин Нозерфилд убил половину Лиделиума? На Мельнисе, когда Мария свела всех с ума? Или еще раньше – в лаборатории Константина Диспенсера?

– Эй, – он скомкал письмо, на ходу сунул конверт в карман и подлетел к Питеру, буквально вырвав его из рук копошащейся вокруг него Муны. – Где Корнелия показала тебе первое письмо?

Питер убрал окровавленный платок от носа. Его взгляд прояснился.

– Там, куда ты без пары пинт эля и не сунешься.

– Где, черт возьми? – процедил Кристиан.

– В какой-то пивнушке.

– Ей передали письмо с печатью Десяти в «какой-то пивнушке»?!

Питер стряхнул руку Кристиана.

– Его передали ей в Центральной Галактической Библиотеке. Тебе какое дело?

– В какой момент? – игнорируя его вопрос, потребовал Кристиан. – Где именно в библиотеке? В закрытой секции Конгресса? Ты помнишь, что было до этого?

– Я без понятия!

– Это ответ на какой именно вопрос? – на всякий случай уточнил Алик.

– На все, ушлепки, – огрызнулся Питер.

Муна нахмурилась, скрестив руки на груди.

– Без понятия, о чем речь, но разве ты сам не упоминал, что Корнелия из вас двоих оказалась куда сообразительнее?

– Это очевидные вещи, – заметил Алик. – У него одна клетка мозга на всю черепную коробку.

– Вы разве ничего тогда не нашли? – не сдавалась Муна.

– Если бы мы что-то нашли, то я бы благословил Эндрю с его библиотеками, – проворчал Питер. – Но да, Корнелия оказалась сообразительнее меня. Я искал информацию о самих Десяти и членах «Нового света». А Корнелия – о том, чем интересовались сами члены «Нового света». Она изучала поисковые запросы Константина Диспенсера, Вениамина Нозерфилда и Анны Понтешен.

– И что нашла?

– Ничего. Если вы думаете, они искали информацию о том, как выкачать побольше кровищи со своих подопытных крыс, то спешу вас разочаровать. В архиве осталась только история поиска Анны Понтешен, и интересовалась она не прошлым своих предков, а фотоархивами со дня Десяти за разные столетия. Это все, что там было. Но попытка была хорошей.

Муна вздернула брови.

– Фотоархивами со дня Десяти? И что Анна там искала?

– Да какая к черту разница!

– Фасоны старых нарядов? – предположил Алик.

Дальше Кристиан их уже не слушал.

«Ответы всегда крылись там, где все началось».

Десять – вот с чего все началось. Сначала были Десять и их силы, перекроившие их мир. Потом Вениамин Нозерфилд, Константин Диспенсер, их эксперименты над Анной Понтешен и попытки возродить магию Десяти. Потом «Новый свет». Потом – он и его силы. Потом – Мария и катастрофа на Мельнисе.

Но все началось с Десяти.

И первое письмо с печатью Десяти Корнелия получила в Галактической библиотеке.

Кристиан отпустил Питера и бросился к двери. Муна окликнула его, но он отмахнулся.

– Эмилия! – вместо этого крикнул он обернувшись, – она ждёт у выхода! Подхватите ее, мне нужно кое-что проверить!

Через несколько минут его корабль оставил резиденцию Багговут далеко позади. Кристиан снова и снова прокручивал в голове все, что знал о Десяти и Константине Диспенсере.

Все, что знал о Вениамине Нозерфилде, Анне Понтешен и «Новом свете».

Все, что знал об Эйлер.

Все, что знал о себе.

Но это все лишь возвращало его к старым вопросам.

Он и Мария – единственные, кто владел силами Десяти. Почему силы в них пробудились по-разному? Правда ли Мария может забирать его силу? Как Мария связана с Анной Понтешен? Почему она видит ее воспоминания? Кто посылал письма Корнелии? Кто посылает письма ему?

Хорошая новость – Корнелия не врала, письма действительно не были ее уловкой и подкидывал их явно не Вениамин Нозерфилд.

Плохая – Кристиан понятия не имел, кто, черт возьми, это делал!

Диспенсеру казалось, еще немного и он сойдет с ума. Разрозненные мысли разъедали мозг. Он не видел в них, как и в вопросах, никакой связи, но где-то глубоко подсознательно ее чувствовал. Через толщу хаоса и безумия он ощущал тонкую нить, соединяющие все концы головоломки, но никак не мог ее нащупать.

«– Ты же не допускаешь, что Десять…

– Жившие пять тысяч лет назад ведут переписку с мисс Нозерфилд? – усмехалась Рахиль. – Нет, если руководствоваться здравым смыслом»

Но разве хоть что-то, что происходило с ними в последнее время, можно было объяснить здравым смыслом? Корнелия говорила, что ее письма появлялись буквально «из воздуха». И Кристиан не верил ей. До сегодняшнего дня.

Почему они никогда даже не допускали мысли, что это может быть не подделка? Что письма и правда принадлежат кому-то из Десяти?

Кристиан прижал запястья к висками. Константин Диспенсер развязал войну, потому что считал, что «Новый свет» его предал.

«Если я не остановлю их, они придут за остальными. На их стороне само время».

На их стороне само время.

Время.

«Ты когда-нибудь задумывался об этом, Крис? Что, если Лидия Сальмос, которая управляла