Кровь Десяти - Рия Райд

– Не ему, – прервала Лидия Сальмос. – Я передала ее Анне. Она всегда была куда умнее его. Она была умнее их всех.

– Анне Понтешен? Значит, она и правда выследила тебя на тех фотографиях в архивах со дня Десяти.

Лидия опустила руку, словно ослабляя контроль, но Кристиан почему-то до сих пор ощущал теплые следы ее пальцев. На ее лице мелькнуло гордое самодовольство.

– Я оставила уйму подсказок мисс Нозерфилд, но она так ничего и не поняла. Вас бы, Ваше Величество, никогда не было здесь без моего письма. А Анна Понтешен нашла меня сама. Она – единственный человек во Вселенной, которому удалось поймать само время. Как можно не восхищаться ей после такого?

– И за это вы отдали ей не только свою кровь, но и кровь всех Десяти? Зная, к чему это может привести?

– А к чему это привело? – ответила вопросом на вопрос Лидия.

У Кристиана пересохло в горле.

К войне. К нескончаемым смертям. К краху Лиделиума. К кошмарам о прошлом Десяти, в которых он жил долгие годы. Ему правда требовалось объяснять это?

– Миллионы людей погибли из-за экспериментов «Нового света», – хрипло отозвался он. – В том числе и сама Анна. Эта кровь убила и ее саму.

Лидия остановилась. Она так смотрела на него, будто только сейчас впервые увидела по-настоящему.

– Поразительно, – прошептала она. – Вы так ничего и не поняли. Вы правда совершенно ничего так и не поняли.

Она сделала вдох. Потом еще один, еще и еще. Кристиану показалось, что она задыхается, и она правда задыхалась. От смеха.

Лидия расхохоталась так, что у уголков ее глаз выступили слезы. В Кристиана ударили потоки силы, и он пошатнулся. Все вокруг словно пришло в движение – воздух сгустился, образуя невидимый, но ощутимый вихрь, в котором смешивались и время, и пространство. Свет замигал, на несколько мгновений все вокруг стало плоским и кривым. А потом так же резко пришло в норму. Будто ничего не произошло.

Лидия как и прежде стояла перед ним на том же самом месте, слегка прислонившись спиной к ближайшему стеллажу. Она вновь улыбалась, расслабленно и лукаво, но Кристиан видел за этой улыбкой лишь мрак. Он вдруг осознал, почему его так пугал ее смех – в нем не было ни радости, ни насмешки. Он был маской – такой же искусственной, как весь облик Лидии. Она выглядела как ровесница Кристиана, но не являлась ею. В ней не было жизни, не было света, лишь бесконечная, кромешная, страшная пустота.

В ее улыбке, как и в ее смехе не было ничего человеческого.

Но ведь и Лидия Сальмос – не человек.

– Хорошо, – наконец, сдалась она. – Давайте начнем заново. С самого начала.

Глава 27. Ответы всегда крылись там, где все началось

Лидия Сальмос прогуливалась между рядов. Периодически, когда она делала шаг – лампы вокруг реагировали коротким миганием, все погружалось во тьму и тут же вновь озарялось светом.

Каждый раз, когда это происходило – Кристиан боялся, что все пропадёт. Он, библиотека, Лидия. Но ничего не исчезало – как в кошмаре Десяти. Как в издевательском, не прерывающемся сне.

– Все-таки люди – фантастические существа, – вновь повторила Лидия. – Я встречала очень много людей. Так много лиц и судеб – одинаковых, посредственных и блеклых. И лишь единицы – короткие и яркие, как вспышки сверхновой, оставляют след. Способны произвести впечатление. Анна Понтешен определенно была одной из них.

Лидия ненадолго замолчала. И Кристиан понял, что едва дышит в ожидании продолжения.

– Она сама нашла меня на одном из дней Десяти. Вычислила, разглядев меня на старых фотоархивах за прошлые столетия. Поняла, что я питаю слабость к этим вашим человеческим торжествам. Одно это уже заслуживало восхищение.

– Откуда она знала, что найдет вас?

– Она не знала, она надеялась, – подчеркнула Лидия: – Она искала меня на каждом дне Десяти в течение нескольких лет – и я позволила себя найти. Разве вы не знаете, кто нуждается во времени – всегда его найдет. Тогда она впервые рассказала мне о своем плане.

Кристиан впитывал каждое слово.

– Лиделиум умирает, сказала она, как будто я этого не знала, но она могла это изменить.

– Одолжив у вас магию, – Кристиан не собирался перебивать, но не удержался – Воссоздав новых Десять и забрав всю власть у Конгресса.

– Почти, – улыбнулась Лидия. Ее явно это забавляло. – Она обещала собрать наших потомков и сделать все, чтобы вернуть им силы. У Анны определенно был дар убеждения. Иначе она бы никогда не смогла создать «Новый свет». Но это вам и так известно.

Кристиан действительно знал это. Все сходилось кроме того, что он всегда думал, что идея «Нового света» принадлежала Константину, а не Анне.

– И вы дали ей то, что она просила. Зная, чем все закончится. Зная, что кроме нее самой и Константина, кровь Десяти ни у кого не приживется. Вы ведь знали это, не так ли?

Лидия расхохоталась. Ее смех был легким, звонким и… безжизненным.

– Разумеется. Но разве это имело значение? Анне никогда и не было нужно, чтобы она прижилась. Она никогда не собиралась создавать Десять.

Лидия остановилась и посмотрела на него. Кристиан покачал головой.

– Я не понимаю.

– Она думала, я не догадаюсь, что ей известно о tuori mal и о том, зачем ей кровь всех Десяти на самом деле. Вы так и не поняли? Анна не собиралась создавать Десять.

– Она хотела забрать их силу себе, – хрипло закончил Кристиан.

– Все, что ей было нужно – чтобы кровь не убила наследников сразу. Ей требовалось всего несколько минут, чтобы успеть забрать у них силу до момента, как та убьет их, – подтвердила Лидия. – Она пыталась меня обмануть, так же, как и всех идиотов из этого Кальдена, но она была гением, а гении часто пытаются перехитрить Бога.

Кристиан сглотнул.

– Константин Диспенсер не знал об этом, верно? А когда узнал…

– Его маниакальная одержимость Анной, ее идеями и собственной безграничной властью тут же обернулась такой же одержимой ненавистью. Я предупреждала Анну, предупреждала с того самого момента, как познакомилась с ним лично – Константин был фанатиком, но не из тех, кем можно долго управлять. «Новый свет» всегда был предан Анне, Анна создала его, Анна заставила поверить Крамеров, Деванширских, Ландерсов и добрую половину Лиделиума в то, что они на пороге новой эры. Но без сил и поддержки Константина и Диспенсеров – ничего бы не вышло. И когда он узнал об