Фантастика 2026-171 - Игорь Валерьевич Минаков

Я обвел взглядом собравшихся.

— В-четвертых, «воздушные извозчики» из АГОН ГВФ и группа Мазурука — ваш резерв. Они не для линейных бомбардировок. Их задача — особые задания в сложнейших метеоусловиях, доставка грузов в окруженные гарнизоны, ночные полеты. Используйте их опыт полетов вслепую… Главное, что вы должны понять, — заключил я, — мы воюем не с отсталой армией. Мы воюем с умным, подготовленным и мотивированным противником на его территории. Каждый ваш вылет должен быть не просто исполнением приказа, а продуманной операцией. Цель — не отметка в журнале о вылете, а реальный ущерб врагу. И сохранение ваших экипажей. Донесите это до каждого летчика, штурмана и бортстрелка. Вопросы есть?

Вопросы были. Их было много. И разговор пошел не о превосходстве нашей техники, а о тактике, взаимодействии, выживании и эффективности. Первый, кровавый урок, похоже, был усвоен.

Теперь предстояло превратить разношерстную, понесшую потери, но все еще мощную армаду из двадцати одного полка «СБ» в отлаженный инструмент воздушной войны. А это было нелегко. Тем более, что и сроки поджимали.

Надо было сделать, чтобы наша авиация могла не просто летать над Финляндией, а методично разрушать ее оборону, коммуникации и волю к сопротивлению. И для этого нужно было ломать не только вражеские объекты, но и собственные, укоренившиеся шаблоны.

И не только — авиационные. Пусть и товарищи моряки проявят расторопность и недюжинную смекалку. Финны не должны себя успокаивать тем, что Балтику сковало льдами и со стороны моря можно не ждать опасности.

Штаб Краснознаменного Балтийского флота

Меня встретил не командующий флотом, а помощник начальника штаба КБФ, Пантелеев, и командующий отрядом легких сил, капитан 1-го ранга Святов — амбициозный и агрессивный командир, известный своей готовностью к риску.

— Товарищ комкор, — помощник, сухой и подтянутый, разложил карту Финского залива. — По указанию Ставки и личному приказу наркомвоенмора товарища Кузнецова мы готовы оказать вам полное содействие. Однако хочу напомнить, что наш ресурс не безграничен. Лед крепчает, действуют в основном линейные корабли и тяжелые крейсера у кромки. Малые корабли и подлодки — на грани возможного.

Я обвел взглядом карту, ткнул пальцем в россыпь островов в заливе, к западу от театра военных действий сухопутных сил.

— Вот что нам нужно, товарищи. Ваша задача — не просто поддержка с моря. Ваша задача — создать второй, морской фронт, который заставит финнов дрогнуть.

И я изложил план, который созревал у меня давно:

— К концу недели наши части выйдут к побережью залива у Койвисто, но этого мало. Нужно взять острова Сескар, Лавенсаари, Пенисаари и Соммерс. — Каждое название я подтверждал указанием точки на карте. — Это не просто куски суши. Это будущие артиллерийские плацдармы. С них ваши дальнобойные орудия смогут бить по финским тылам на тридцать-сорок километров вглубь, по шоссе и железным дорогам, ведущим к Выборгу. Туда нужно перебросить десантные батальоны морской пехоты под прикрытием корабельной артиллерии.

Святов загорелся и тут же начал предлагать:

— Десантные баржи у нас есть. Морпехи рвутся в бой. Но нужна артподготовка. Линкор «Октябрьская революция» может подойти на дистанцию эффективного огня. Он одним залпом накроет квадрат.

— Артподдержка наземных частей — это хорошо, — сказал я. — Однако главное — удары по тыловым узлам, по станциям Тали и Халила, переправам через реку Вуокса. Координаты будут уточнены разведкой. Нужен непрерывный «огневой вал» с моря в момент штурма второй и третьей полос вражеской обороны. Не для подавления ДОТов — для паралича управления и снабжения.

Пантелеев кивал, делая пометки:

— Это возможно, но требует идеальной связи и корректировки. Один шальной снаряд — и наши же…

— Риск есть, — отрезал я. — Риск бездействия — больше. Финны дерутся за каждую кочку, потому что знают: сзади у них надежный тыл. Мы должны этот тыл превратить в пекло.

— Ваша третья задача — не дать финскому флоту, особенно броненосцам береговой обороны «Вяйнямейнен» и «Ильмаринен», уйти в Швецию. Если они уйдут, завтра или через месяц их пушки могут обстреливать наши десанты или прибрежные укрепления. Их нужно найти и уничтожить. Или заблокировать в шхерах.

Святов нахмурился, проворчал:

— Они в Або-Оландском районе, в шхерах. Туда крупные корабли не пройдут. Нужны авиация и торпедные катера, но катера застрянут во льду… А авиация в такую погоду, сами понимаете…

— Найдите способ, — ответил я. — Используйте подлодки для слежения. Готовьте атаку торпедоносцев при первой же возможности. Эти корабли — символ. Их гибель станет для финнов таким же ударом, как падение линии Маннергейма. Перекройте все коммуникации. Топите любой транспорт, идущий в финские порты или из них. Гражданские останавливать и досматривать. Не пропускать транспорты с топливом и продовольствием. Пусть помогут пограничники. — Я видел, что Пантелеев напрягся. Ведь это был приказ почти на неограниченную подводную войну. — Цель — создать морскую блокаду прибрежных городов. Чтобы паника с побережья покатилась вглубь страны. Чтобы в Хельсинки поняли, война идет не только в карельских лесах, она уже возле их порога.

— Это… вызовет возмущение нейтралов, — осторожно сказал Пантелеев.

— Именно, — кивнул Жуков. — Пусть реагируют. Пусть видят, что СССР ведет войну всерьез. И что помогать Финляндии — значит рисковать своими судами. Это лучшая страховка от интервенции Швеции. Они не сунутся, если увидят, что залив — зона тотальной войны. И потом — мы с вами не политики и не дипломаты, давайте будем заниматься своим делом. Поставьте активные минные заграждения на подходах к шведским территориальным водам и к основным финским портам. Не для обороны — для наступления. Чтобы ни один их корабль не чувствовал себя в безопасности.

В кабинете повисло тяжелое молчание. План был серьезным и трудно выполнимым, но эффективным. Он превращал флот из пассивного средства поддержки в активный инструмент стратегического удушения.

— Товарищ комкор, — наконец сказал Пантелеев. — Для такого… нужна санкция Ставки. Или лично товарища Сталина.

— Санкция будет, — уверенно сказал я, подумав о Берии, который, наверняка, оценит циничную эффективность этого плана. — Готовьте силы. Я утрясу с Москвой. Начните с островов и ударов по береговым целям. Через три дня я жду первых результатов. И, товарищ Святов, — он повернулся к капитану 1-го ранга, — подберите группу смелых командиров катеров и подлодок. Им предстоит работа в условиях, которых нет ни в одном уставе.

— Будет сделано, товарищ комкор!

Покидая Кронштадт, я смотрел на угрюмые силуэты линкоров, вмерзших в лед. Теперь это были не просто корабли, а часть гигантской военной машины. Битва на суше, на море и воздухе сливались в одно целое.

Финны, готовились к лобовым атакам в лесах, и вскоре