Фантастика 2026-151 - Сергей Тамбовский

Но здесь, в этом кармане, правила были другие. Для местных тварей ядро — всего лишь блестящий камень. Они не чувствовали страха.

Выходит, это не универсальная защита. И уж точно не гарантия выживания. Оно подавляет только тех, кто слабее ловца душ, которому принадлежало. Всё, что сильнее — не обратит на него внимания. И всем кто не принадлежит Московскому разлому плевать на это ядро.

Я сжал ядро в кулаке.

«Полезная вещь, но не щит от всего. Нужно быть осторожнее. Привыкнешь к защите — и однажды окажешься без неё, лицом к лицу со смертью».

Я перевёл взгляд на мрачные коридоры, уходящие в глубину разлома. Лезть туда смысла не было. Не сегодня. Сегодня я получил то, за чем пришёл — ответ.

Я убрал ядро обратно в сумку и привалился к стене. Силы ещё кипели, но в голове стало яснее. Главное — не обманываться.

Камень вокруг выглядел иначе, не как дома. Казалось, он пульсирует, словно живой, и это навевало тревогу, но усталость брала своё. Несколько часов отдыха — роскошь, но и необходимость. Глаза сами закрылись, и я позволил себе провалиться в поверхностный, чуткий сон.

Когда проснулся, за щелью портала всё так же клубился туман, а внутри царила мёртвая тишина. Кровь в жилах успокоилась, боль от перенапряжения стихла, и даже дыхание стало ровным. Я поднялся, поправил перевязанную куртку, убедился, что нож и клинок на месте, и шагнул обратно в глубину.

Воздух там был тяжелее, гуще, будто наполнен чужой злой волей. Каждое движение отдавалось эхом в тишине, и всё же я чувствовал себя увереннее. Поглощённое ядро оставило внутри меня не только усталость, но и силу. Пускай ещё не освоенную, не до конца укрощённую, но ощутимую.

Глава 6

Я шёл осторожно, не углубляясь слишком быстро. Всё внутри подсказывало — рано или поздно этот разлом проверит меня по-настоящему. А пока нужно было разогреться, нащупать новый предел.

И шаг за шагом я приближался к следующему столкновению.

Не успел пройти и сотни шагов, как тишина треснула — будто кто-то когтями по металлу провёл. Сердце отозвалось ударом, и я замер.

Из-за изломанного корня вывалилось нечто, похожее на гигантскую крысу, только с костяными наростами вдоль хребта и мордой, искривлённой в подобие человеческой ухмылки. Глаза сверкнули красным, и существо издало низкое, гулкое рычание.

— Ну, привет, — выдохнул я, перехватывая копьё.

Монстр рванулся вперёд. Движения были резкими, рваными, но скорость — пугающая. Я отскочил, едва избежав удара когтей, и тут же нанёс укол. Древко дрогнуло, наконечник впился в плоть, но не глубоко — кость под шкурой держала удар.

Тварь взвыла, развернулась, ударила хвостом, и меня едва не сбило с ног. Я стиснул зубы, удержал равновесие и пошёл в контратаку, заставляя себя не тратить лишнюю силу.

Каждый выпад — точный. Каждый удар — выверенный. Я чувствовал, как тело работает иначе: быстрее, крепче, чем ещё неделю назад. Это ядро действовало. Пусть и немного, но действовало.

Монстр рванул снова, открывая пасть с игольчатыми зубами, и я воткнул копьё прямо в глотку. Взрыв тёплой крови окатил руки. Существо дёрнулось, затрепыхалось, и рухнуло на камни.

Я вырвал оружие, тяжело дыша. Несколько секунд слушал тишину. Никто больше не шевелился.

— Вот и разогрелся, — пробормотал я и присел, чтобы вскрыть тушу и достать ядро.

Ещё один шаг вперёд.

Вытащил ядро крысообразной твари — мутное, серое, не особо ценное, но лишним не будет. Спрятал в сумку и двинулся дальше.

Чем глубже я шёл, тем гуще становился воздух, и тем страннее звучали шаги. Казалось, камни сами шепчут под ногами, предупреждая: «Ещё немного — и назад не вернёшься».

Следующим мне попалась пара существ. Вроде бы обычные волки, но слишком крупные, с перепончатыми лапами и спинами, покрытыми наростами, будто их вывели специально для болот. Они рычали синхронно, почти по-военному, и пошли врассыпную, пытаясь взять меня в клещи.

— Умные, значит, — буркнул я, поднимая топор.

Бой вышел дольше, чем с крысой. Один из них метнулся прямо под копьё, но я успел развернуться, вытащить клинок и рубануть по шее. Второй бросился сбоку, и пришлось прыгать в сторону, ощущая, как когти скользнули по коже доспеха. В конце концов я добил их обоих, но уже вымотался куда сильнее.

Третьим стало нечто совершенно иное. Оно вылезло из тени, будто сама тьма приняла форму. Длинные конечности, узкое туловище, без лица — лишь дыра, засасывающая взгляд. От него несло холодом, и с каждой секундой казалось, что воздух становится тяжелее.

— А вот это уже серьёзно… — прошептал я, пульс участился.

Тварь двигалась беззвучно, но быстро. Мне пришлось вложиться всерьёз: и клинок, и свет, и усиление. Каждый удар отзывался болью в рёбрах, но выбора не было.

Бой был долгим и изматывающим. Казалось, я сражаюсь не только с телом врага, но и с его присутствием, с этой давящей тьмой. В конце концов клинок нашёл цель — грудь монстра. Вспышка света прорезала его, и существо рассыпалось, будто пепел.

Я рухнул на колени, тяжело дыша. Тело гудело, но внутри зародилось странное чувство: я выдержал. Стал крепче.

И впереди наверняка ждало ещё больше.

Я позволил себе лишь пару минут отдыха. Слишком рано расслабляться. Этот разлом чувствовался особенным — будто он не терпел слабых.

Шёл я долго. Коридоры сжимались, превращаясь в узкие проходы, потом вдруг расширялись в огромные залы, где каменные стены светились бледным фосфорным светом. В каждом таком зале я ожидал нападения, и оно действительно случалось — но враги становились всё сильнее и хитрее.

Сначала были трое существ, похожих на обезьян с лишними руками и глазами, вылезавшими прямо на груди. С ними я справился топором, но каждая секунда боя стоила литров пота.

Потом на пути оказался змей, чёрный, словно вырезанный из самой ночи, с капюшоном, напоминающим корону. Его клыки чуть не пробил кольчугу, и лишь чудо позволило уйти без серьёзного ранения.

Я уже начинал понимать ритм этого разлома: он наращивал напряжение. Шаг за шагом, бой за боем, он вёл меня туда, где должен был ждать главный противник.

И вот, наконец, я вышел в очередной зал — и сразу понял: это конец пути.

Здесь не было ни слабого света, ни дрожащих теней. Всё помещение тонуло во мраке, но ровно посередине стояло