Демонхаус - Софи Баунт

меня и в бескрайнюю пустоту одновременно. Я слышу скрип веревок. Порывы ветра раскачивают два женских тела, двух висельников. Сумка с моими скромными вещами падает в траву: я собиралась убежать налегке, мне ничего было не нужно… кроме Лавра.

«Я тебя прощаю…»

Цепляясь за траву трясущимися пальцами, я ползу под сестрами, содрогаясь в истерике, я рыдаю, ничего не понимая.

Они мертвы!

Их убили…

Из-за меня…

Мое сердце вырвали, уничтожили душу, стерли в прах… Сквозь слезы я замечаю, что не одна. Мужчина, окутанный мраком, подает мне руку.

* * *

Волаглион возвышается над Сарой, рассматривает ее равнодушными глазами, наполненными тьмой. На лице его нет сострадания или жалости, но он поднимает ее и позволяет рыдать на своей груди, выплескивая боль. Сара держится за него – последнего, кто остался в ее жизни, – и плачет, проклиная предателя Лавра.

– Ты вернешь их? – всхлипывает она. – Ты поможешь!

– Оживить – не могу, – пожимает плечами демон и гладит рыжие волосы девушки. – Не мое ремесло. Да и зачем? Их души мои. Таковы условия договора.

– Ты обещал защищать их! – кричит Сара, шагая назад и замахиваясь, чтобы ударить Волаглиона в грудь, но демон перехватывает тонкое запястье девушки.

– Нет, – равнодушно отвечает он. – Я обещал твоим сестрам силу, но она их не спасла. Увы.

– Они и пожить не успели. – Сара падает в ноги Волаглиона, хватает его за черный плащ. – Умоляю! Оставь их! Не забирай их души!

Демон медленно приподнимает голову Сары за подбородок, по которому текут слезы.

– Если я исполню твое желание, что ты готова дать взамен?

– Что угодно! Прошу! Скажи, что мне сделать, что ты хочешь?

Волаглион наклоняется к ее лицу и тихо выдыхает:

– Все…

– Я не… не понимаю.

Сара моргает, вытирая рукавом слезы.

– Я хочу твою душу. Тело. Жизнь. Волю. Навсегда. Ты просишь освободить не одну душу, а две. Это высокая цена. Ты готова ее заплатить? – Демон гладит щеку Сары тыльной стороной ладони. – Несчастная, одинокая и такая прекрасная девочка… Ты боишься меня? Не стоит. Я не враг тебе. Далеко не враг. Я тот, кто поможет, тот, кто хочет тебя защитить. Возможно, ты считаешь меня монстром, но мы-то с тобой знаем, кто в этом мире монстр на самом деле…

Он бросает взгляд на повешенных сестер.

– Если ты не согласна со мной, – Волаглион скрещивает руки за спиной, – уходи. Иди к ним. К тем, кто называет себя… людьми, к тем, кто убил твоих сестер.

Сара сглатывает и бормочет:

– Нет, я… все, что скажешь. Умоляю… освободи моих сестер.

Волаглион вытирает слезы на темно-коричневых ресницах Сары, поднимает девушку и притягивает к себе в объятия. Их тела обволакивает бархатная тьма. Черные полосы касаются кожи, ползут дорожками, забираются под одежду.

– Я хочу, чтобы ты была со мной, – произносит демон. – Будешь мне служить: верно и беспрекословно. Будешь рядом. Станешь моей тенью. Частью моей сущности. Но взамен я не только освобожу твоих сестер, я подарю тебе вечную жизнь и силу. Тебя будут бояться, уважать. Будь моей – и твои сестры свободны. Будь моей – и больше никто, никогда не сможет тебе навредить. Будь моей – и я стану твоим защитником. Вовеки.

Из пальцев мужчины вырастают когти, и взмахом руки он срезает пуговицы на спине Сары: они рассыпаются по траве. Демон сдергивает платье с девушки. Голубая ткань скользит с изящных плеч, падает на землю. Сара стоит перед темным господином – нагая, испуганная и безупречная. Тьма окутывает ее, ласкает, лентами ползет по телу, хочет распробовать и поглотить…

– Я согласна, – шепчет Сара, прикрывая грудь.

Демон пробегает взглядом по стройной нежной фигуре девушки.

– С этого момента… ты живешь для меня. Ты моя. И будешь моей, даже когда мир перестанет существовать. Подумай, девочка. Нарушить договор нельзя. Невозможно. Я спрошу тебя последний раз: ты готова стать… моей?

Демон проводит ладонью по тонкой девичьей спине, останавливает пальцы на пояснице и притягивает Сару ближе к себе. В его глазах нет ничего, кроме мрака.

– Да, – тихо говорит девушка, покрываясь мурашками. – Только освободи их…

Волаглион припадает к губам Сары с поцелуем, и все поглощает тьма.

Глава 45

Ночь у озера

Я возвращаю нас на озеро лотосов и смотрю на мрачного Рекса, утонувшего в размышлениях. В крипте разума я не слепа. Ступлю за пределы комнаты – и вновь угольная пустота, но это место – часть сознания. Рекс не сразу понимает, что я могу видеть, а когда замечает, то двумя шагами преодолевает расстояние между нами и берет в ладони мою голову.

– Твои глаза, – радуется он.

– За стенами этой комнаты слепота вернется.

Рекс поджимает губы, берет меня за руку и едва слышно спрашивает:

– Как Лавр убил твоих сестер?

– Не он… – Я сжимаю теплую мужскую ладонь. – Не совсем он. Их повесили из-за обвинений в колдовстве. Тот пожар… Лавр наговорил уйму всего про моих сестер: что они варят отраву, что холера, убивающая народ, – это их рук дело, что они похищают детей для Сатаны…

Рекс хмурится.

– А что было потом?

– Я… убила его.

Рекс округляет голубые глаза, и я беру его руку в свою, изучая каждую деталь лица, по которому я так скучаю после потери зрения, ищу во взгляде презрение.

– Как это произошло? – вздыхает Рекс, поглаживая мои запястья. – Ты отыскала его после заключения договора с Волаглионом?

– Я не искала Лавра. Когда мы заключили договор, демон забрал меня к себе. В этот особняк. Он заявил, что я должна выполнять любые приказы, но ничего не требовал, а потом… привел его.

Я закрываю глаза, вспоминая, как демон швырнул Лавра к моим ногам, сунул в руку кинжал и надел мне на шею этот треклятый медальон, прошептав лишь одно: «Убей, любовь моя…»

А я не могла. Ненавидела, да, но убить не могла. Я медленно приблизилась к Лавру и спросила, как он мог так поступить, на что парень ответил: «Потому что вы гребаные ведьмы! Убийцы! Нечисть!»

И тогда я воткнула кинжал ему в шею. По самую рукоятку.

– Он стал первым призраком дома? – спрашивает Рекс.

– Медальон проклят кровью предателя. Смерть Лавра и моя боль… из всплеска этой энергии создана магия медальона. Волаглион связал его силу с домом и сказал, что души мужчин в этих стенах будут питать меня и поддерживать его самого. Я воспротивилась. Никто не рассказывал мне заранее, как действует контракт с демоном, а я отдала ему всю себя, Рекс. Всю! Я продала даже свою волю. Я не