Резонанс 1-11 - Павел Николаевич Корнев

— А какую мощность выдаёшь? — уточнил он.

Странный переход от хобби к сверхспособностям немало удивил, но сослуживцы ждали ответа, пришлось сказать:

— Двадцать восемь киловатт пока только.

— А на пятнадцати-восемнадцати сколько протянешь?

Я пожал плечами и без особой уверенности ответил:

— Минут сорок, наверное, а что?

Усатый ефрейтор с довольным видом осклабился.

— Бинго!

Захар Козодой развернулся на стуле и окликнул сидевшего за соседним столом зампотеха:

— Данила Сигизмундович! У нас новый боец без вредных привычек, футболом-охотой-рыбалкой не увлекается, семьи нет, занимался мотокроссом и пятнадцать лошадок минут сорок тянуть может!

Прапорщик внимательно посмотрел на меня и кивнул.

— Понял. Учту.

Мне как-то даже немного не по себе сделалось.

— Это что сейчас было? — потребовал я объяснений, глотнув кваса.

Сержант рассмеялся.

— Не бери в голову, Петя.

— Нет, серьёзно?

Захар Козодой пожал плечами.

— Ну смотри — у нас у всех с учётом суточных дежурств график плавающий, а с тобой так не выйдет, у тебя с понедельника по субботу обучение, воскресенье — выходной. И что тебе делать на Кордоне, если ты не рыбак, не охотник, не футболист, не пьёшь и семьёй не обременён? От скуки же скиснешь! Ведь скиснешь, так?

Я воздержался от однозначного ответа, лишь неопределённо хмыкнул, ожидая продолжения.

— Каждое воскресенье трёх человек от взвода командируют в Новинск, утром туда — вечером обратно. У кого на воскресенье выходной выпадает, тех не допросишься: это ж ни рыбалки, ни охоты и не выпить. А если кто по собственной инициативе в город лыжи навострил, то и подавно командировочными не соблазнится. Туда ведь едут в кабаках гульнуть. Вот и приходится кого-то с дежурства снимать, и они потом весь день в Новинске без дела болтаются. Понимаешь, к чему клоню?

Но нет, я ничего не понимал за исключением того, что просто так никто командировочные предлагать не станет. С другой стороны — своим ходом до Новинска добираться очень уж проблематично, а вот за счёт корпуса почему бы и не скататься в город? Льва проведаю, с Ниной на танцы схожу, за студентами присмотрюсь…

Плохо разве? Да ничуть!

— Что делать-то надо будет? — полюбопытствовал я.

— Экий ты, брат, шустрый! Не гони лошадей, у тебя пока ещё допуска нет. Вот согласует твою кандидатуру начальство, всё на инструктаже объяснят.

Я не удержался и усмехнулся.

— Неужто всё так секретно?

Вова-футболист махнул рукой.

— Да прям…

Сержант Козодой стукнул пальцем о край стола и шикнул на подчинённого:

— Ну-ка, цыц!

Кружки у бойцов опустели, за новой партией выпивки собрался Иван Черепица, но командир отделения на второй круг оставаться не пожелал и поднялся из-за стола.

— Да брось! Ещё по одной! — попытались удержать его сослуживцы, только без толку.

Сержант лишь покачал головой.

— Это вы охломоны холостые, а меня жена с дежурства ждёт. — Он посмотрел на бренчавшего нерастаявшими кусочками льда о стенки стакана Вову и предупредил: — Пете с заселением помоги и насчёт женского пола проинструктируй.

Сержант ушёл, а Вова ухватил меня за руку и потянул к помосту с оркестром, перед которым уже начали собираться парочки.

— Тут такое дело, — усмехнулся он, — на дамочек в возрасте даже не смотри. Они все замужние, закрутишь с такой — голову оторвут. Или начальству нажалуются, а уже оно оторвёт. Если незамужнюю барышню охмуришь, а она из ОНКОР — не страшно, запретов нет. Но сам понимать должен: вам ещё служить и служить вместе, просто так в тень уйти не получится. Самое милое дело — это транзитные студенточки, которых сюда для стабилизации внутренней энергетики отправляют. Вот они — свободная добыча, кто успел, тот и съел. Но если залёт случится, последствия самыми паршивыми будут.

Я невольно усмехнулся.

— Да у меня уже есть девушка.

— Где она у тебя есть? В Новинске? Но ты-то здесь, а не там.

— Не там, — подтвердил я.

— А вот с кем аккуратней надо, так это с медперсоналом. Среди медсестричек такие цыпочки встречаются — аж дыхание перехватывает, но не советую отношения заводить. С нашей работой загреметь в больницу ничего не стоит, а если там тебя кто-то сильно не любит, есть все шансы не вылечиться, а ещё лишних болячек заработать.

— Почему сразу — не любит? Наоборот же!

— Наоборот — это пока не поругаетесь и не разбежитесь. — Вова-футболист завертел головой по сторонам и указал куда-то мне за спину. — Или, взять хоть, к примеру, Вальку…

Я обернулся и увидел знакомую светловолосую медсестру, столь впечатлившую меня своей ладной фигуркой ещё в первую встречу.

— Красотка, а?

— Угу.

— Я и сам не прочь с ней закрутить, — ухмыльнулся мой сослуживец. — Только по ней один аспирант-медик сохнет. Ты эту кралю отобьёшь, а потом по его части какая хворь приключится, и лихо придётся. Отказать — не откажет, но как бы от такого лечения хуже не стало.

И точно — Андрей Игоревич обнаружился тут же, принёс два высоких бокала то ли с лимонадом, то ли с игристым вином, один протянул Вале, другой передал Ольге Мороз, которую я до того не приметил.

А Вова переключил своё внимание на Олю и мечтательно вздохнул.

— И новая медсестричка тоже хороша, спасу нет!

— Это Оля Мороз, — подсказал я. — Она в комендатуре через день да каждый день истерики закатывала, имей в виду.

Сослуживец глянул на меня с нескрываемым сомнением.

— Её от вас перевели? А не свистишь?

— Очень надо!

— Ну, кто предупреждён — тот вооружён, — усмехнулся Вова. — Ладно, пойдём заселяться. Эту ночь толком не спал, а завтра с утра тренировка. Надо подушку ухом придавить.

Я возражать и не подумал. Мы попрощались с сослуживцами и для начала зашли за моими вещами в расположение мотоциклетного взвода, а затем покинули территорию авточасти, пересекли дорогу и поднялись на крыльцо длинного двухэтажного общежития, в которое мне и предстояло заселиться. Никаких проблем с этим не возникло: и комендант оказался на месте, и ордер был заполнен верно от первой и до последней строки. Получил комплект постельного белья, пошёл устраиваться.

Жить мне предстояло в одной комнате с Вовой, и вещички я разбирать не стал, мешок кинул в шкаф, а чемоданчик задвинул под свободную кровать, предварительно достав из него щётку и банку зубного порошка.

Когда вернулся из уборной, сослуживец уже сопел в две дырочки, но стоило только подо мной заскрипеть сетке панцирной кровати, он перевернулся на бок и спросил:

— Погуляешь где-нибудь, если вдруг девушку привести понадобится? С комендантом у меня всё схвачено.

— Само собой, — не стал отказывать я в пустяковой просьбе и усмехнулся: