Ключник - Максим Казанцев

— Что? — голос вновь подал молодой Новгородов. — Ты возомнила себя…

Не договорив, он закашлялся, подавившись своими словами. И причина была не только в локте отца, вонзившемся в его бок, но и в том, что черный кончик палочки с легкостью пробил вспыхнувший эфирный барьер, глубоко уколов палец Алисы.

Осмотрев холодным взглядом смотрящих на нее людей, она буднично убрала палочку в чехол и, дождавшись, пока рубиновая капля набухнет, изящным жестом стряхнула ее на камень.

Секунда. Две. Три.

Древний камень, как и прежде, впитал кровь — но дальше ничего не происходило.

— Почему…

Голос неизвестного пожилого эфирника потонул в общем радостном вопле — вспыхнув, плита озарилась ярко-зеленым светом, отразившимся в изумрудных глазах Алисы всполохами огня. Несколько секунд свет заливал помещение, пока вновь не погас.

Ликование вскочивших людей было остановлено очередным неукоснительным приказом императора:

— Тишина!

— Но почему? Мы же нашли…

Мгновенно исчезнувший император появился прямо перед говорившим.

— Напомни мне, Баринов. Я разрешил оспаривать свои приказы?

Пожилой мужчина, лидер крупного клана, слегка побледнел и, покачав головой, быстро ответил:

— Нет, ваше величество.

Александр IV несколько секунд сверлил его взглядом, а после таким же скачком вернулся к Алисе.

Бросив взгляд на плиту, продолжающую, как и прежде светиться, обратился к девушке:

— Чувствуешь что-то?

— Нет.

Больше на лице Алисы не было обиды. Ища растерянными глазами Марка, она желала только одного — взять его за руку, скрывшись от всех этих взглядов, буквально пожирающих ее. Особенно ей хотелось спрятаться от пристального взгляда отца, смотревшего на нее совершенно по-новому…

— Прикоснись к ней.

Вместо немедленного выполнения приказа Алиса выжидающе посмотрела на Марка — что не понравилось Александру IV. Был еще один человек, сжавший кулаки до побелевших костяшек: Геннадий Волков в очередной раз за день испытывал сильнейший гнев — в качестве поддержки дочь выбрала не его, а какого-то безродного юнца!

— Это не опасно? — Марк не стал молчать, без страха глядя в глаза императора.

— Нет, — ответил Казанцев, — Мы неоднократно проводили подобный эксперимент.

Дождавшись его утвердительного кивка, Алиса прижала ладонь к центру плиты. Зажмурив глаза, она несколько секунд прислушивалась к себе, пока не произнесла, покачав головой:

— Ничего.

— Не может быть, — недоумевающе произнес Казанцев. — Неужели мы ошиблись?

— Да, — ответил император, глядя на Алису. — Цвет — всего лишь мерило качества силы. — Уважительно кивнув девушке, закончил: — Результат твоего упорства достоин восхищения.

Тишина…

Пока собравшиеся анализировали услышанное, Марк думал, что многолетние тренировки девушки, подкрепленные разминкой древних, не прошли зря: контроль был максимальным для ее уровня.

— Следующий! — произнес Александр IV, не отводя взгляда от Марка.

Как бы тому ни хотелось отсрочить данный момент, он видел — отказаться не получиться. А значит… значит пришло время породить еще один слух, связанный с ним.

«Знать бы к чему это приведет…»

В полной тишине, не изменившись внешне, он сделал первый шаг вперед, ощутив, как внутри головы зазвенела напряженная струна, связывающая его с плитой. И чем ближе он подходил, тем сильнее была эта вибрация. Почувствовав его волнение, артефакт в груди успокаивающе застучал — будто говоря: «Все будет хорошо».

Поборов внезапное желание достать гвоздь, Марк одним движением извлек Губитель, вызвав очередной многоголосый вздох, в котором безошибочно читалась — зависть. В глазах же императора проскочила искра неподдельного уважения и одобрения.

Как и Алиса, он уколол палец кончиком копья и забросил его обратно в ножны. Приготовившись к неизбежному, Марк стряхнул кровь на артефакт, мысленно отдавая дань уважения проницательности императора. Сейчас, имея хорошую возможность рассмотреть нанесенную на камень рунную цепочку невероятной сложности — он видел: центральной руной, на которую было все завязано, была руна — КЛЮЧ!

«Какую же дверь ты предлагаешь мне открыть…»

Секунда. Две. Три…

Когда прошло больше пяти секунд, из уст Кирилла Новгородова вырвалось презрительное:

— Слабак! Не смог даже…

Но видимо, сегодня был поистине «черный» день для потерявшего берега наследника.

Ярчайшая белая вспышка ослепила находящихся в помещении, выбивая жгучие слезы из множества глаз — ни эфирные щиты, ни многочисленные артефакты защиты, не смогли уберечь людей.

Проморгавшись, они увидели невероятное зрелище: едва светившиеся прежде руны теперь периодически вспыхивали в неспешном ритме, напоминавшем биение сердца. И никто из присутствующих даже не сомневался, чей сердечный ритм они повторяют.

— Приложи руку, — с отчетливо слышимой хрипотцой приказал Александр IV.

Не став противиться, Марк приложил правую ладонь.

Замерев, он уже не видел, как его фигуру окутывает кокон нестерпимо-белого цвета.

Не видел, как ликующе вскакивают люди, демонстрируя разнообразную палитру эмоции. Строганов. Волков. Каменев…

В глазах всех присутствующих его ценность только что взлетела на недосягаемую высоту.

А вот во взгляде Льва Новгородова вспыхнула нестерпимая жажда убийства — глава великого клана мысленно проклинал наглого вора, укравшего у него что-то, что позволило случиться происходящему. Сжимая кулаки, он клялся, что не оставит этого просто так…

Все это Марк пропустил — в данный момент его сознание было поглощено приемом информационного пакета — очень похожего на те, которые он получал, осваивая наследие Кайрона.

И если раньше сконденсированные знания вызывали непереносимую боль, разрывающую мозг на части, то сейчас… сейчас Марк не только спокойно воспринимал входящий поток, но и успевал тут же анализировать его.

Он не знал, сколько это продолжалось — время перестало для него существовать. Но в какой-то момент все разом прекратилось: и свечение, поглотившее его фигуру, и прием последнего послания, оставленного…

АВЕНТОРОМ…

Невероятно — но судьба столкнула его с очередным существом, считавшим себя ВЕЛИКИМ ТВОРЦОМ!

Открывая глаза, Марк только и успел подумать: «За что мне все это…»

Но ответить на собственный вопрос не успел — в него впился стальной взгляд императора.

Наполненным неподдельным азартом голосом тот произнес:

— Ну здравствуй… КЛЮЧНИК!

Глава 4

Плата

«Ключник…»

Марку не понравилось, как император его назвал. Чувствовалось в слове нечто… пренебрежительное. Казалось, что его роль уже четко определена — открыть нужную дверь.

На этом все.

В душе разгорелись злость и… азарт. Схожее чувство он испытывал неоднократно — и каждый раз это были ситуации, когда он собирался смертельно рискнуть.

Увидев, что Марк никак не комментирует сказанное, Александр IV спросил сам:

— Что ты узнал?

Из зала полетело множество возгласов:

— Рассказывай скорее!

— Чего молчишь?

Поморщившись от поднявшегося шума, Марк тихо сказал:

— Я не собираюсь кричать.